627 цитат Бориса Акунина про любовь, время и выбор

Подборка из 627 цитат Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Меняются племена, меняются варвары, а трудности всё время одни и те же...

   Меняются племена, меняются варвары, а трудности всё время одни и те же...

   — Огненный перст · книга
2. «

   Худший из врагов, не тот, кто чужд, а тот, кто тебе родня.

   Худший из врагов, не тот, кто чужд, а тот, кто тебе родня.

   — Константин Петрович Победин · книга
3. «

   Сильнее всех тот, кого не видно и не слышно, но кто видит и слышит всех.

   Сильнее всех тот, кого не видно и не слышно, но кто видит и слышит всех.

   — Алмазная колесница · книга
4. «

   Из слабого вышел сильный.

   Из слабого вышел сильный.

   — Любовница Смерти · книга
5. «

   Мужчине слёз стыдиться нечего, если только они не от боли и не от страха.

   Мужчине слёз стыдиться нечего, если только они не от боли и не от страха.

   — Особые поручения · книга
6. «

   Любить можно или умом, или телом, а и тем и другим вместе — никак.

   Любить можно или умом, или телом, а и тем и другим вместе — никак.

   — Мона · книга
7. «

   Швейцарский революционер — звучит смешно. Как пудель-людоед.

   Швейцарский революционер — звучит смешно. Как пудель-людоед.

   — Теофельс · книга
8. «

   Люди творческих профессий относятся к так называемой группе высокого суицидального риска. Это объясняется обнаженностью нервов, особой эмоциональной незащищенностью и еще — опасной кощунственностью избранного ими ремесла. Человеческое творчество в известном смысле святотатственно; ведь с точки зрения большинства религий Творец только один, а земные творцы — узурпаторы, берущие на себя прерогативу Высшей Силы. В первую очередь это относится именно к писателям, создающим собственный космос. Чем писатель талантливей, тем эта бумажная вселенная правдоподобней и жизнеспособней. Но писатель не бог, и ноша, которую он на себя взваливает, иногда оказывается непосильной.

   Люди творческих профессий относятся к так называемой группе высокого суицидального риска. Это объясняется обнаженностью нервов, особой эмоциональной незащищенностью и еще — опасной кощунственностью избранного ими ремесла. Человеческое творчество в известном смысле святотатственно; ведь с точки зрения большинства религий Творец только один, а земные творцы — узурпаторы, берущие на себя прерогативу Высшей Силы. В первую очередь это относится именно к писателям, создающим собственный космос. Чем писатель талантливей, тем эта бумажная вселенная правдоподобней и жизнеспособней. Но писатель не бог, и ноша, которую он на себя взваливает, иногда оказывается непосильной.

   — Писатель и самоубийство · книга
9. «

   Кто мало думал — много плакал.

   Кто мало думал — много плакал.

   — Любовник смерти · книга
10. «

    Религия — она была нужна прежде всего для того, чтобы никогда не оставаться одному и чтобы кто-то удерживал от маленького шага, отделяющего край обрыва и жизнь от падения в пропасть смерти. Религия возникла, чтобы примирить человека с идеей смертности, ослабить страх перед небытием <...>.

    Религия — она была нужна прежде всего для того, чтобы никогда не оставаться одному и чтобы кто-то удерживал от маленького шага, отделяющего край обрыва и жизнь от падения в пропасть смерти. Религия возникла, чтобы примирить человека с идеей смертности, ослабить страх перед небытием <...>.

    — Писатель и самоубийство · книга
11. «

    В каждом человеке гений спрятан, маленькая такая дырочка, через которую Бога видно. Только редко кому удаётся в себе это отверстие сыскать. Тычутся все, как слепые котята, да всё мимо. Если же свершится такое чудо, то человек сразу понимает — вот оно, ради чего он в мир пришёл, и живёт он дальше спокойно и уверенно, ни на кого не оглядываясь. Вот это и есть гений. А таланты много чаще попадаются. Это те, кто окошка того волшебного не нашёл, но близок к нему и отсветом чудесного сияния питается.

    В каждом человеке гений спрятан, маленькая такая дырочка, через которую Бога видно. Только редко кому удаётся в себе это отверстие сыскать. Тычутся все, как слепые котята, да всё мимо. Если же свершится такое чудо, то человек сразу понимает — вот оно, ради чего он в мир пришёл, и живёт он дальше спокойно и уверенно, ни на кого не оглядываясь. Вот это и есть гений. А таланты много чаще попадаются. Это те, кто окошка того волшебного не нашёл, но близок к нему и отсветом чудесного сияния питается.

    — Пелагия · книга
12. «

    Любовь к цветистым фразам и парадоксальным идеям когда-нибудь погубит человечество...

    Любовь к цветистым фразам и парадоксальным идеям когда-нибудь погубит человечество...

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
13. «

    Нужно в человеках взращивать и лелеять достоинство. Чтобы люди себя и других уважали. Человек, который понимает достоинство, не станет воровать, подличать, обманом жить — зазорно ему покажется.

    Нужно в человеках взращивать и лелеять достоинство. Чтобы люди себя и других уважали. Человек, который понимает достоинство, не станет воровать, подличать, обманом жить — зазорно ему покажется.

    — Пелагия и белый бульдог · книга
14. «

    — Сейчас так много слабых мужчин, ваш пол вырождается. Скоро лет через сто, двести, мужчины станут не отличимы от женщин.

    — Сейчас так много слабых мужчин, ваш пол вырождается. Скоро лет через сто, двести, мужчины станут не отличимы от женщин.

    — Лидия Савельевна · книга
15. «

    Счастье — не мимолетное мгновение, а вечность. Не запятая, а точка.

    Счастье — не мимолетное мгновение, а вечность. Не запятая, а точка.

    — Любовница Смерти · книга
16. «

    — На свете счастья нет, но есть покой и воля... — Это ошибочное рассуждение, сделанное человеком, который боится быть счастливым.

    — На свете счастья нет, но есть покой и воля... — Это ошибочное рассуждение, сделанное человеком, который боится быть счастливым.

    — Весь мир театр · книга
17. «

    Чем жениться, милей удавиться.

    Чем жениться, милей удавиться.

    — Любовница Смерти · книга
18. «

    Так пахнет время, когда его накапливается очень много: от сгустившегося времени веет покоем, прахом и немножко полынью.

    Так пахнет время, когда его накапливается очень много: от сгустившегося времени веет покоем, прахом и немножко полынью.

    — Нефритовые четки · книга
19. «

    Беда с мужчинами в чем? Разговаривать хочется с умными, а обниматься с эротичными, однако эротичный мужчина, как правило, не умен, а умный — неэротичен.

    Беда с мужчинами в чем? Разговаривать хочется с умными, а обниматься с эротичными, однако эротичный мужчина, как правило, не умен, а умный — неэротичен.

    — Мона · книга
20. «

    Есть люди, которых жалует фортуна. Во всяком случае, в этом уверены окружающие, которые испытывают по отношению к баловням удачи лютую зависть, смешанную с восхищением. Вообще-то ударов судьбы на их долю приходится не меньше, чем улыбок, просто счастливцы никогда не унывают и не жалуются. Несчастье они сбрасывают с себя недоуменным пожатием плеч, а в счастье запахиваются, словно в ослепительно нарядный плащ. Они не удостаиваются замечать невзгод, и так до самой смерти. Если кому-то на земле и следует завидовать, то обладателям этого чудесного дара.

    Есть люди, которых жалует фортуна. Во всяком случае, в этом уверены окружающие, которые испытывают по отношению к баловням удачи лютую зависть, смешанную с восхищением. Вообще-то ударов судьбы на их долю приходится не меньше, чем улыбок, просто счастливцы никогда не унывают и не жалуются. Несчастье они сбрасывают с себя недоуменным пожатием плеч, а в счастье запахиваются, словно в ослепительно нарядный плащ. Они не удостаиваются замечать невзгод, и так до самой смерти. Если кому-то на земле и следует завидовать, то обладателям этого чудесного дара.

    — Сокол и Ласточка · книга