618 цитат Чарльза Буковски, которые захочется сохранить

Чарльз Буковски — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 618 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Вы опоздали на тридцать минут. — Да. — Позволили бы вы себе такое опоздание, скажем, на свадьбу или похороны? — Нет. — Почему же нет, поясните, будьте любезны? — Ну, если бы это были мои похороны, я бы просто обязан был находиться на месте. Если же это была моя свадьба, то можно считать ее моими похоронами.

   — Вы опоздали на тридцать минут. — Да. — Позволили бы вы себе такое опоздание, скажем, на свадьбу или похороны? — Нет. — Почему же нет, поясните, будьте любезны? — Ну, если бы это были мои похороны, я бы просто обязан был находиться на месте. Если же это была моя свадьба, то можно считать ее моими похоронами.

   — Хлеб с ветчиной · книга
2. «

   – Меня зовут Нана, — сказала она. – А меня Гарри, — сказал Гарри. – Это я поняла, а как на самом деле?

   – Меня зовут Нана, — сказала она. – А меня Гарри, — сказал Гарри. – Это я поняла, а как на самом деле?

   — Нана · книга
3. «

   Впервые я прочитал Селина лёжа в кровати с большой коробкой крекеров «Ритц». Я начал его читать и есть эти крекеры, и смеялся, и ел крекеры. Я прочитал весь роман за один присест, опустошив всю коробку «Ритца». И потом попытался встать за водой. Ты должен был на это посмотреть — я не мог пошевелиться. Вот, что делает с тобой хороший писатель. Он чертовски близок к тому, чтобы прикончить тебя… впрочем, с плохим тоже самое.

   Впервые я прочитал Селина лёжа в кровати с большой коробкой крекеров «Ритц». Я начал его читать и есть эти крекеры, и смеялся, и ел крекеры. Я прочитал весь роман за один присест, опустошив всю коробку «Ритца». И потом попытался встать за водой. Ты должен был на это посмотреть — я не мог пошевелиться. Вот, что делает с тобой хороший писатель. Он чертовски близок к тому, чтобы прикончить тебя… впрочем, с плохим тоже самое.
4. «

   Я хорошо помню, как папа по вечерам приходил домой и говорил о работе. Каждый день. Разговор о работе начинался уже с порога, продолжался за ужином и завершался в родительской спальне, когда папа кричал: «Гасим свет!» — ровно в восемь вечера, потому что ему надо было как следует высыпаться и набираться сил, чтобы назавтра идти на работу. Сплошная работа. Ничего, кроме работы.

   Я хорошо помню, как папа по вечерам приходил домой и говорил о работе. Каждый день. Разговор о работе начинался уже с порога, продолжался за ужином и завершался в родительской спальне, когда папа кричал: «Гасим свет!» — ровно в восемь вечера, потому что ему надо было как следует высыпаться и набираться сил, чтобы назавтра идти на работу. Сплошная работа. Ничего, кроме работы.

   — Генри Чинаски · книга
5. «

   Я слишком хорошо знаю свои недостатки, чтобы требовать взаимной любви.

   Я слишком хорошо знаю свои недостатки, чтобы требовать взаимной любви.
6. «

   Иногда просто опускаешься на дно ужаса, задираешь лапки – а все равно никак не сдохнешь.

   Иногда просто опускаешься на дно ужаса, задираешь лапки – а все равно никак не сдохнешь.

   — Луи · книга
7. «

   Снаружи по бульвару Голливуд туда-сюда что-то ездило. Гудело неумолчно, как прилив, как волны, почти как океан, — да там и был океан: в нем водились акулы и барракуды, медузы и осьминоги, прилипалы и киты, мягкотелые и губки, мальки и тому подобное. А тут внутри – будто отдельный аквариум.

   Снаружи по бульвару Голливуд туда-сюда что-то ездило. Гудело неумолчно, как прилив, как волны, почти как океан, — да там и был океан: в нем водились акулы и барракуды, медузы и осьминоги, прилипалы и киты, мягкотелые и губки, мальки и тому подобное. А тут внутри – будто отдельный аквариум.

   — Музыка горячей воды · книга
8. «

   Наконец Сара сказала: «Нам пора домой, кошек кормить». Пьянка могла подождать. Голливуд мог подождать. Кошки ждать не могли. Я подчинился.

   Наконец Сара сказала: «Нам пора домой, кошек кормить». Пьянка могла подождать. Голливуд мог подождать. Кошки ждать не могли. Я подчинился.

   — Голливуд · книга
9. «

   Я, по-моему, не написал ни одного стихотворения совершенно трезвым. Однако написал несколько хороших — или плохих — под молотом черного бодуна, когда не знал, что лучше — еще выпить или вены вскрыть.

   Я, по-моему, не написал ни одного стихотворения совершенно трезвым. Однако написал несколько хороших — или плохих — под молотом черного бодуна, когда не знал, что лучше — еще выпить или вены вскрыть.

   — Солнце, вот он я. Интервью · книга
10. «

    Напиваться сложно, когда полмира тужится напиваться вместе с тобой.

    Напиваться сложно, когда полмира тужится напиваться вместе с тобой.

    — Генри Чинаски · книга
11. «

    Мужику нужно много баб только тогда, когда все они никуда не годятся. Мужик может вообще личность свою утратить, если будет слишком сильно хреном по сторонам размахивать.

    Мужику нужно много баб только тогда, когда все они никуда не годятся. Мужик может вообще личность свою утратить, если будет слишком сильно хреном по сторонам размахивать.

    — Женщины · книга
12. «

    Две женщины — это значит вдвое больше неприятностей, чем одна женщина.

    Две женщины — это значит вдвое больше неприятностей, чем одна женщина.

    — Макулатура · книга
13. «

    Разумеется, человека можно любить, — если знаешь его не слишком близко.

    Разумеется, человека можно любить, — если знаешь его не слишком близко.
14. «

    Только пропустив пару стаканчиков, я начинаю ощущать ту волшебную гибкость в членах, которая даёт чувства полёта…

    Только пропустив пару стаканчиков, я начинаю ощущать ту волшебную гибкость в членах, которая даёт чувства полёта…
15. «

    Когда ты пьян, мир по-прежнему где-то рядом, но он хотя бы не держит тебя за горло.

    Когда ты пьян, мир по-прежнему где-то рядом, но он хотя бы не держит тебя за горло.

    — Генри Чинаски · книга
16. «

    В некотором смысле, как бы я ни недолюбливал образование, оно помогает, когда смотришь в меню или ищешь работу — особенно когда смотришь в меню.

    В некотором смысле, как бы я ни недолюбливал образование, оно помогает, когда смотришь в меню или ищешь работу — особенно когда смотришь в меню.

    — Генри Чинаски · книга
17. «

    Самое худшее — что я схожу именно за того, кем не являюсь: за хорошего человека. Я способен проникать в жизни других, потому что они мне доверяют. Я делаю свою грязную работу по-легкому.

    Самое худшее — что я схожу именно за того, кем не являюсь: за хорошего человека. Я способен проникать в жизни других, потому что они мне доверяют. Я делаю свою грязную работу по-легкому.

    — Генри Чинаски · книга
18. «

    — Я закидываюсь всеми сразу, — сказал он. — Получается очень забавно. Одни вгоняют в депрессию, другие, наоборот, веселят. А я жду, чья возьмет. Такая вот внутренняя борьба.

    — Я закидываюсь всеми сразу, — сказал он. — Получается очень забавно. Одни вгоняют в депрессию, другие, наоборот, веселят. А я жду, чья возьмет. Такая вот внутренняя борьба.

    — Фактотум · книга
19. «

    Во всем этом — никакого урока, однако по необходимости приходится выбирать. Быть над добром и злом — в теории-то оно ничего, но чтобы жить дальше, выбирать все-таки нужно: одни добрее, другие просто-напросто больше заинтересованы в тебе, а иногда необходимы внешне красивые, а внутри холодные — ради одного лишь кровавого и говенного оттяга, как в кровавом и говенном кино. Те, что добрее, на самом деле лучше трахаются, а побыв с ними некоторое время, понимаешь, что они прекрасны, поскольку они прекрасны.

    Во всем этом — никакого урока, однако по необходимости приходится выбирать. Быть над добром и злом — в теории-то оно ничего, но чтобы жить дальше, выбирать все-таки нужно: одни добрее, другие просто-напросто больше заинтересованы в тебе, а иногда необходимы внешне красивые, а внутри холодные — ради одного лишь кровавого и говенного оттяга, как в кровавом и говенном кино. Те, что добрее, на самом деле лучше трахаются, а побыв с ними некоторое время, понимаешь, что они прекрасны, поскольку они прекрасны.

    — Генри Чинаски · книга
20. «

    Христианские церемонии бракосочетания были мне хорошо знакомы по собственному печальному опыту. А дзен-буддистская церемония очень напоминала христианскую с небольшим добавлением бреда сивой кобылы.

    Христианские церемонии бракосочетания были мне хорошо знакомы по собственному печальному опыту. А дзен-буддистская церемония очень напоминала христианскую с небольшим добавлением бреда сивой кобылы.

    — История обыкновенного безумия · книга