41 мыслей Даниила Гранина без воды

Подборка из 41 цитата Даниила Гранина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всегда пьют за что-то, — сказал синоптик, — заботятся о будущем. А жить надо для… Например, я пью для того, чтобы отшибить память. — Он подмигнул Крылову. — Чудесно, когда нечего вспоминать. Память — наказание, придуманное дьяволом. — Он допил, причмокнул длинными губами. — Без памяти все были бы счастливы. «Счастлив без памяти». А? Недаром такое выражение.

   Всегда пьют за что-то, — сказал синоптик, — заботятся о будущем. А жить надо для… Например, я пью для того, чтобы отшибить память. — Он подмигнул Крылову. — Чудесно, когда нечего вспоминать. Память — наказание, придуманное дьяволом. — Он допил, причмокнул длинными губами. — Без памяти все были бы счастливы. «Счастлив без памяти». А? Недаром такое выражение.

   — Синоптик · книга
2. «

   Какая трудная штука жизнь, если заниматься ею всерьёз!

   Какая трудная штука жизнь, если заниматься ею всерьёз!

   — Сергей Крылов · книга
3. «

   Всегда легче убеждать, чем разубеждать. Стоит человеку произнести «нет», всё его самолюбие будет направлено к тому, чтобы держаться за это «нет».

   Всегда легче убеждать, чем разубеждать. Стоит человеку произнести «нет», всё его самолюбие будет направлено к тому, чтобы держаться за это «нет».

   — Олег Тулин · книга
4. «

   Женщина не уходит в пустоту, женщина уходит от одного к другому.

   Женщина не уходит в пустоту, женщина уходит от одного к другому.

   — Романов · книга
5. «

   Мое правило: сегодняшний день — мой самый счастливый день в жизни. Потому что большую часть жизни мы живем или вспоминая хорошее, или надеясь на хорошее.

   Мое правило: сегодняшний день — мой самый счастливый день в жизни. Потому что большую часть жизни мы живем или вспоминая хорошее, или надеясь на хорошее.
6. «

   Какого черта ты боишься, разве ты все знаешь о себе? Разве ты дошел до предела? Да и есть ли предел, человек сам себе ставит предел, предел в самом человеке, предел — это мужество.

   Какого черта ты боишься, разве ты все знаешь о себе? Разве ты дошел до предела? Да и есть ли предел, человек сам себе ставит предел, предел в самом человеке, предел — это мужество.

   — Сергей Крылов · книга
7. «

   Научиться можно только тому, что любишь, и понять можно только то, что любишь...

   Научиться можно только тому, что любишь, и понять можно только то, что любишь...

   — Зубр · книга
8. «

   ...попробуйте приехать из Австралии. Каждый, кто встречает вас, будь он даже лучший друг, задает один и тот же вопрос: «Ну как там кенгуру? Видел? Прыгают?» Любой разговор начинается с вопроса о кенгуру. <...> Наиболее чуткие люди, заметив мой тоскливый взгляд, смущаются, и всё-таки удержаться от этого вопроса не в силах. Кое-кто пытался извернуться, быть оригинальным. Лучше всех это удалось одному физику, известному своим острым умом и своеобразностью мышления.

   ...попробуйте приехать из Австралии. Каждый, кто встречает вас, будь он даже лучший друг, задает один и тот же вопрос: «Ну как там кенгуру? Видел? Прыгают?» Любой разговор начинается с вопроса о кенгуру. <...> Наиболее чуткие люди, заметив мой тоскливый взгляд, смущаются, и всё-таки удержаться от этого вопроса не в силах. Кое-кто пытался извернуться, быть оригинальным. Лучше всех это удалось одному физику, известному своим острым умом и своеобразностью мышления.

   — Месяц вверх ногами · книга
9. «

   До чего ж быстро человек обрастает невыполненными замыслами и тащит, тащит их за собой всю жизнь.

   До чего ж быстро человек обрастает невыполненными замыслами и тащит, тащит их за собой всю жизнь.

   — Сергей Крылов · книга
10. «

    Человеку никогда не будет дано прочесть послезавтрашний номер газеты.

    Человеку никогда не будет дано прочесть послезавтрашний номер газеты.

    — Иду на грозу · книга
11. «

    И она вдруг поняла, что ребенок все понимает и не верит. Пройдет год-другой, и он тоже научится притворяться ради семьи. Все они будут сохранять семью, которой нет. Тогда она решила уйти, потому что то, что они делали ради ребенка, было против ребенка. Потому что жизнь во лжи и обмане уродовала хуже всякой безотцовщины.

    И она вдруг поняла, что ребенок все понимает и не верит. Пройдет год-другой, и он тоже научится притворяться ради семьи. Все они будут сохранять семью, которой нет. Тогда она решила уйти, потому что то, что они делали ради ребенка, было против ребенка. Потому что жизнь во лжи и обмане уродовала хуже всякой безотцовщины.

    — Наташа Романова · книга
12. «

    Этика не имеет единиц измерения. Даже в вечных и общих определениях — добрый, злой, душевный, жестокий — мы беспомощно путаемся, не зная, с чем сравнить, как понять, кто действительно добр, а кто добренький, и что значит истинная порядочность, где критерии этих качеств.

    Этика не имеет единиц измерения. Даже в вечных и общих определениях — добрый, злой, душевный, жестокий — мы беспомощно путаемся, не зная, с чем сравнить, как понять, кто действительно добр, а кто добренький, и что значит истинная порядочность, где критерии этих качеств.

    — Эта странная жизнь · книга
13. «

    Самое дорогое, что есть у человека, — это жизнь. Но если всмотреться в эту самую жизнь поподробнее, то можно сказать, что самое дорогое — это Время, потому что жизнь состоит из Времени, складывается из часов и минут.

    Самое дорогое, что есть у человека, — это жизнь. Но если всмотреться в эту самую жизнь поподробнее, то можно сказать, что самое дорогое — это Время, потому что жизнь состоит из Времени, складывается из часов и минут.
14. «

    После блокады мир рисовался мне затаившимся зверем. Я ведь встретил блокаду одиннадцатилетним. В таком возрасте трудно противостоять натиску чрезвычайных обстоятельств. Они навязывали свои критерии и ценности как единственно возможные. Я стал подозрителен, ожесточен, несправедлив к людям, как и они ко мне. Глядя на них, я думал: «Да, сейчас вы притворяетесь добрыми, честными, но чуть отними от вас хлеб, тепло, свет – в каких двуногих зверей вы все тогда обратитесь».

    После блокады мир рисовался мне затаившимся зверем. Я ведь встретил блокаду одиннадцатилетним. В таком возрасте трудно противостоять натиску чрезвычайных обстоятельств. Они навязывали свои критерии и ценности как единственно возможные. Я стал подозрителен, ожесточен, несправедлив к людям, как и они ко мне. Глядя на них, я думал: «Да, сейчас вы притворяетесь добрыми, честными, но чуть отними от вас хлеб, тепло, свет – в каких двуногих зверей вы все тогда обратитесь».

    — Алесь Адамович · книга
15. «

    Никогда не следует возвращаться туда, где был счастливым.

    Никогда не следует возвращаться туда, где был счастливым.

    — Сергей Крылов · книга
16. «

    Непонимание опасности не есть еще храбрость.

    Непонимание опасности не есть еще храбрость.
17. «

    Бездарные никогда не чувствуют себя бездарными. Они не мучаются, они завидуют и злятся. А ведь каждый в чём-то бездарен...

    Бездарные никогда не чувствуют себя бездарными. Они не мучаются, они завидуют и злятся. А ведь каждый в чём-то бездарен...

    — Сергей Крылов · книга
18. «

    Самое оригинальное — быть честным. Будьте оригинальны.

    Самое оригинальное — быть честным. Будьте оригинальны.

    — Олег Тулин · книга
19. «

    Я вам скажу, что пропаганда гомосексуализма среди несовершеннолетних – это правильный запрет. Не то что правильный, я не знаю, что правильно, что неправильно, если так уж говорить, но я поддерживаю такой закон.

    Я вам скажу, что пропаганда гомосексуализма среди несовершеннолетних – это правильный запрет. Не то что правильный, я не знаю, что правильно, что неправильно, если так уж говорить, но я поддерживаю такой закон.
20. «

    Молния ударяет только в выдающиеся предметы.

    Молния ударяет только в выдающиеся предметы.

    — Женя Кузьменко · книга