57 цитат Дэна Симмонса, которые цепляют

Дэн Симмонс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 57 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Когда заболевает фермер, пашню возделывают другие фермеры. Когда заболевает солдат, его кладут в лазарет, а на бранное поле посылают другого солдата. Когда заболевает торговец, кто-нибудь другой – скажем, жена – выполняет его повседневные обязанности в лавке. Когда заболевает королева, миллионы подданных молятся о ней и в спальном крыле дворца придворные ходят на цыпочках и разговаривают шепотом. Но жизнь фермы, армии, торговой лавки или государства продолжает идти своим чередом. Если тяжело заболевает писатель, все останавливается. Если он умирает, творческий процесс навсегда прекращается. В этом смысле участь известного писателя очень похожа на участь знаменитого актера – но даже у самых знаменитых актеров есть дублеры. У писателя таковых нет. Заменить его никто не может. Его голос неповторим и уникален.

   Когда заболевает фермер, пашню возделывают другие фермеры. Когда заболевает солдат, его кладут в лазарет, а на бранное поле посылают другого солдата. Когда заболевает торговец, кто-нибудь другой – скажем, жена – выполняет его повседневные обязанности в лавке. Когда заболевает королева, миллионы подданных молятся о ней и в спальном крыле дворца придворные ходят на цыпочках и разговаривают шепотом. Но жизнь фермы, армии, торговой лавки или государства продолжает идти своим чередом. Если тяжело заболевает писатель, все останавливается. Если он умирает, творческий процесс навсегда прекращается. В этом смысле участь известного писателя очень похожа на участь знаменитого актера – но даже у самых знаменитых актеров есть дублеры. У писателя таковых нет. Заменить его никто не может. Его голос неповторим и уникален.

   — Друд, или Человек в черном · книга
2. «

   Постарайся представить церковь в виде гигантской драги, добывающей золото со дна реки. Она приносит людям много золота, но приносит много и грязи, и пустой породы.

   Постарайся представить церковь в виде гигантской драги, добывающей золото со дна реки. Она приносит людям много золота, но приносит много и грязи, и пустой породы.

   — Лето ночи · книга
3. «

   Заключение убивает в человеке двух неразлучных демонов: суетливость и невнимательность.

   Заключение убивает в человеке двух неразлучных демонов: суетливость и невнимательность.

   — Падение Гипериона · книга
4. «

   Медицинская наука никогда не проникнет в сокровенные тайники души человеческой, даже через миллионы лет прогресса.

   Медицинская наука никогда не проникнет в сокровенные тайники души человеческой, даже через миллионы лет прогресса.

   — доктор Гудсер · книга
5. «

   Свободные для навигации прибрежные воды, по заверениям сэра Джона, находились всего в тридцати или пятидесяти милях впереди. Они с таким же успехом могли находиться на луне.

   Свободные для навигации прибрежные воды, по заверениям сэра Джона, находились всего в тридцати или пятидесяти милях впереди. Они с таким же успехом могли находиться на луне.

   — Террор · книга
6. «

   «Чертов болван», — добавляет он мысленно, но достаточно громко, чтобы молодой лейтенант мог без труда расслышать непроизнесенные слова.

   «Чертов болван», — добавляет он мысленно, но достаточно громко, чтобы молодой лейтенант мог без труда расслышать непроизнесенные слова.

   — Крозье · книга
7. «

   ...искушение тем сильнее, чем строже запрет.

   ...искушение тем сильнее, чем строже запрет.

   — Отец Главк · книга
8. «

   Надругательство над языком он воспринимал так же, как неоправданную жестокость к собакам или лошадям. Не сказать, что его отношение к лошадям и собакам было таким уж сентиментальным, однако он как-то заметил Ватсону, что число людей, говорящих «одел шляпу» или «подустал», можно было бы заметно сократить несколькими меткими выстрелами и записками с пояснениями, приколотыми жертвам на грудь.

   Надругательство над языком он воспринимал так же, как неоправданную жестокость к собакам или лошадям. Не сказать, что его отношение к лошадям и собакам было таким уж сентиментальным, однако он как-то заметил Ватсону, что число людей, говорящих «одел шляпу» или «подустал», можно было бы заметно сократить несколькими меткими выстрелами и записками с пояснениями, приколотыми жертвам на грудь.

   — Пятое сердце · книга
9. «

   Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка. В ней нет плана, нет смысла, нет скрытых тайн, которые возмещали бы столь очевидные горести и банальность.

   Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка. В ней нет плана, нет смысла, нет скрытых тайн, которые возмещали бы столь очевидные горести и банальность.

   — Крозье · книга
10. «

    – А ты знал, Бобби, что во время войны я потерял почти всю семью? – неожиданно спросил Эйб, не глядя на меня. – Нет. Не знал. – Да. Мама выбралась, потому что они с Яном оказались в Лондоне по пути ко мне. Ян вернулся, чтобы попробовать вытащить Мойшу, Мутти и всех остальных. Больше их не видели. Я ничего не сказал. Эйб выдохнул дым от сигары в голубое небо. – Я упоминаю об этом, Бобби, потому что потом всё кажется неизбежным. Понимаешь, о чём я? Тебе всё время кажется, что ты мог бы всё изменить, но не сделал этого… вроде того, когда забываешь что-то сделать, а потом всё срабатывает, как часы. Ты меня понимаешь? Но во всём этом нет неизбежности, Бобби. Просто не повезло, вот и всё. Здесь нет ничьей вины. Ничьей, кроме тех ублюдков, которые всё это устроили.

    – А ты знал, Бобби, что во время войны я потерял почти всю семью? – неожиданно спросил Эйб, не глядя на меня. – Нет. Не знал. – Да. Мама выбралась, потому что они с Яном оказались в Лондоне по пути ко мне. Ян вернулся, чтобы попробовать вытащить Мойшу, Мутти и всех остальных. Больше их не видели. Я ничего не сказал. Эйб выдохнул дым от сигары в голубое небо. – Я упоминаю об этом, Бобби, потому что потом всё кажется неизбежным. Понимаешь, о чём я? Тебе всё время кажется, что ты мог бы всё изменить, но не сделал этого… вроде того, когда забываешь что-то сделать, а потом всё срабатывает, как часы. Ты меня понимаешь? Но во всём этом нет неизбежности, Бобби. Просто не повезло, вот и всё. Здесь нет ничьей вины. Ничьей, кроме тех ублюдков, которые всё это устроили.

    — Эйб · книга
11. «

    Все мы поедатели душ.

    Все мы поедатели душ.

    — Крозье · книга
12. «

    Дьюан редко ходил в кино по той же причине, по которой они с отцом, имея телевизор, почти никогда его не включали. Оба считали книги и радио гораздо более приятными воображению, чем кино и телевидение.

    Дьюан редко ходил в кино по той же причине, по которой они с отцом, имея телевизор, почти никогда его не включали. Оба считали книги и радио гораздо более приятными воображению, чем кино и телевидение.

    — Лето ночи · книга
13. «

    – Системы и теории чисел пересекаются, – сказала Амрита. По её напряжённому голосу я вдруг понял, насколько она серьёзна. – Геометрии [Евклидова и Неевклидова] не пересекаются. Разные геометрии основываются на разных теоремах, постулируют разные аксиомы и дают начало разным реальностям. – Разным реальностям? – переспросил я. – Как это реальности могут быть разными? – Возможно, не могут, – согласилась Амрита. – Возможно, «реальна» лишь одна. Но тогда возникает вопрос: что будет со мной – с нами всеми, – если мы выбрали ложную?

    – Системы и теории чисел пересекаются, – сказала Амрита. По её напряжённому голосу я вдруг понял, насколько она серьёзна. – Геометрии [Евклидова и Неевклидова] не пересекаются. Разные геометрии основываются на разных теоремах, постулируют разные аксиомы и дают начало разным реальностям. – Разным реальностям? – переспросил я. – Как это реальности могут быть разными? – Возможно, не могут, – согласилась Амрита. – Возможно, «реальна» лишь одна. Но тогда возникает вопрос: что будет со мной – с нами всеми, – если мы выбрали ложную?

    — Амрита · книга
14. «

    Читающие люди очень впечатлительны и чувствительны.

    Читающие люди очень впечатлительны и чувствительны.

    — Фаулер · книга
15. «

    Неужели мы все – лишь иллюзии? Недолговечные тени, брошенные на стену ради досужего развлечения скучающих богов? И это всё?

    Неужели мы все – лишь иллюзии? Недолговечные тени, брошенные на стену ради досужего развлечения скучающих богов? И это всё?

    — Тагор · книга
16. «

    Страшная трагедия разлуки со своими маленькими детьми, даже недолгой, состоит в том, что за время вашего отсутствия они становятся совсем другими людьми.

    Страшная трагедия разлуки со своими маленькими детьми, даже недолгой, состоит в том, что за время вашего отсутствия они становятся совсем другими людьми.

    — Двуликий демон · книга
17. «

    Самым сильным аргументом против брака, абсолютно неопровержимым аргументом против многолетней жизни с одним человеком является разрушение иллюзии свободы воли постоянным осознанием своей полной предсказуемости для супруга.

    Самым сильным аргументом против брака, абсолютно неопровержимым аргументом против многолетней жизни с одним человеком является разрушение иллюзии свободы воли постоянным осознанием своей полной предсказуемости для супруга.

    — Песнь Кали · книга
18. «

    ...суть человеческой жизни заключена не в так называемых памятных днях, вроде свадеб и триумфов, которые застревают в памяти как даты, обведенные красным на старых календарях, а, скорей, в монотонном потоке повседневных событий: выходные, когда каждый член семьи занят своими собственными делами, случайные встречи, пустяковые разговоры, которые сразу же забываются… но сумма этих часов представляет из себя нечто очень важное и вечное.

    ...суть человеческой жизни заключена не в так называемых памятных днях, вроде свадеб и триумфов, которые застревают в памяти как даты, обведенные красным на старых календарях, а, скорей, в монотонном потоке повседневных событий: выходные, когда каждый член семьи занят своими собственными делами, случайные встречи, пустяковые разговоры, которые сразу же забываются… но сумма этих часов представляет из себя нечто очень важное и вечное.

    — Сара Вайнтрауб · книга
19. «

    Страшная усталость побуждает человека высказываться честно, не испытывая смущения.

    Страшная усталость побуждает человека высказываться честно, не испытывая смущения.

    — Террор · книга
20. «

    Во мне была какая-то опрокинутая, вращающаяся пустота, грозившая перерасти в чёрную бездну. Я знал, что стоит только открыться бездонному мраку, как мне уже не выйти из него.

    Во мне была какая-то опрокинутая, вращающаяся пустота, грозившая перерасти в чёрную бездну. Я знал, что стоит только открыться бездонному мраку, как мне уже не выйти из него.

    — Роберт Лузак · книга