Эйб

— Мне когда-то казалось: все, что случается до восемнадцати лет, это пустяки. — Так оно и есть, и то, что случается после, — тоже.

Может, умереть ты и не можешь, но ты уже очень давно не живешь.

— В полицейских делах я доверяю чутью — оно меня еще никогда не подводило. — А когда оно тебе помогло?

— Прости, но даже учитывая, что ты умер и ночевал в тюрьме — выглядишь хреново. — Прости, Эйб, но могу тебя заверить, я каждый день так выгляжу. Хотя, может, это и есть хреново.

— Если искру стоит снова зажечь, кто я такой, чтобы гасить пламя? — Абрахам, ты нарушаешь такой древний неписанный закон, что его даже прописывать не стали.

Рисковать жизнью ради того, во что веришь — это благословение, а не проклятие.

— Я тщательно выбирал эту жизнь, чтобы не связываться ни с какими чувствами и переживаниями. — Знаешь, для некоторых из нас чувства и переживания составляют смысл жизни.

— Конечно, у меня есть моральный кодекс. Человеку нельзя без морального кодекса. Мой состоит в том, что я против сожжения ведьм. Как услышу, что где-нибудь сожгли ведьму, сразу сам не свой становлюсь.

Я устал существовать в женском мире.

– А ты знал, Бобби, что во время войны я потерял почти всю семью? – неожиданно спросил Эйб, не глядя на меня. – Нет. Не знал. – Да. Мама выбралась, потому что они с Яном оказались в Лондоне по пути ко мне. Ян вернулся, чтобы попробовать вытащить Мойшу, Мутти и всех остальных. Больше их не видели. Я ничего не сказал. Эйб выдохнул дым от сигары в голубое небо. – Я упоминаю об этом, Бобби, потому что потом всё кажется неизбежным. Понимаешь, о чём я? Тебе всё время кажется, что ты мог бы всё изменить, но не сделал этого… вроде того, когда забываешь что-то сделать, а потом всё срабатывает, как часы. Ты меня понимаешь? Но во всём этом нет неизбежности, Бобби. Просто не повезло, вот и всё. Здесь нет ничьей вины. Ничьей, кроме тех ублюдков, которые всё это устроили.

Можно копаться в прошлом, а можно... ценить настоящее, занимаясь более приятными вещами.

— Это моя работа. — Да, ты изучаешь трупы, чтобы стать одним из них.

Если не избавляться от прошлого, здесь не хватит места для будущего.

К счастью, в этом мире мы отвечаем лишь за свои грехи.