220 цитат Дэвида Митчелла про любовь, время и выбор

Ниже 220 цитат Дэвида Митчелла — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   У верующих, наименее эксклюзивного клуба на Земле, необычайно ловкий привратник. Каждый раз, когда я ступаю в его широко раскрытые двери, то обнаруживаю, что снова иду по улице.

   У верующих, наименее эксклюзивного клуба на Земле, необычайно ловкий привратник. Каждый раз, когда я ступаю в его широко раскрытые двери, то обнаруживаю, что снова иду по улице.

   — Облачный атлас · книга
2. «

   Ты не будешь подавать никаких заявлений с просьбой о вступлении, но племя престарелых и без того зачислит тебя в свои ряды. Твое время перестанет поспевать за временем остального мира.

   Ты не будешь подавать никаких заявлений с просьбой о вступлении, но племя престарелых и без того зачислит тебя в свои ряды. Твое время перестанет поспевать за временем остального мира.

   — Облачный атлас · книга
3. «

   — Новая война приближается всегда, Роберт. Этот пожар никогда не тушат как следует. Что служит искрой для войн? Желание властвовать, становой хребет человеческой натуры. Угроза насилия, боязнь насилия или насилие как таковое суть инструменты этого ужасного желания. Желание властвовать можно видеть в спальнях, на кухнях, на фабриках, в политических партиях и внутри государств. Прислушайся к этому и запомни. Национальное государство — это всего лишь человеческая натура, раздутая до чудовищных пропорций. Из чего следует, что нации суть общности, чьи законы писаны насилием. Так было всегда, и так пребудет впредь. Война, Роберт, — это один из двух вечных спутников человечества. Что же, спросил я, является другим? — Бриллианты.

   — Новая война приближается всегда, Роберт. Этот пожар никогда не тушат как следует. Что служит искрой для войн? Желание властвовать, становой хребет человеческой натуры. Угроза насилия, боязнь насилия или насилие как таковое суть инструменты этого ужасного желания. Желание властвовать можно видеть в спальнях, на кухнях, на фабриках, в политических партиях и внутри государств. Прислушайся к этому и запомни. Национальное государство — это всего лишь человеческая натура, раздутая до чудовищных пропорций. Из чего следует, что нации суть общности, чьи законы писаны насилием. Так было всегда, и так пребудет впредь. Война, Роберт, — это один из двух вечных спутников человечества. Что же, спросил я, является другим? — Бриллианты.

   — Облачный атлас · книга
4. «

   Жаль женщину, но меня интересует ее тело, а не ее проблемы.

   Жаль женщину, но меня интересует ее тело, а не ее проблемы.

   — Роберт Фробишер · книга
5. «

   Существует такая порода муравьев, их называют работворцами. Они совершают набеги на колонии обычных муравьев, крадут там яйца, доставляют в собственные муравейники, и, после того как они выводятся, украденные рабы становятся рабочими в большей империи. Им даже не снится, что они когда-то были украдены. Если хотите знать мое мнение, мистер Юинг, Господь Иегова создал этих муравьев как модель. — Взгляд мистера Уэгстаффа был отягощен древним будущим. — Имеющие очи да увидят.

   Существует такая порода муравьев, их называют работворцами. Они совершают набеги на колонии обычных муравьев, крадут там яйца, доставляют в собственные муравейники, и, после того как они выводятся, украденные рабы становятся рабочими в большей империи. Им даже не снится, что они когда-то были украдены. Если хотите знать мое мнение, мистер Юинг, Господь Иегова создал этих муравьев как модель. — Взгляд мистера Уэгстаффа был отягощен древним будущим. — Имеющие очи да увидят.

   — Облачный атлас · книга
6. «

   — Вы сумасшедший? Этот вопрос на деле всегда замысловатее, чем кажется.

   — Вы сумасшедший? Этот вопрос на деле всегда замысловатее, чем кажется.

   — Вивиан Эйрс · книга
7. «

   Права добываются надувательством, а умножаются хитростью.

   Права добываются надувательством, а умножаются хитростью.

   — Облачный атлас · книга
8. «

   Ночное небо — рукопись, которую невозможно прочесть.

   Ночное небо — рукопись, которую невозможно прочесть.

   — Тысяча осеней Якоба де Зута · книга
9. «

   Правда не заботится о том, кто ее откроет…

   Правда не заботится о том, кто ее откроет…

   — Облачный атлас · книга
10. «

    Набитый большевиками Дувр — подлинный ужас: прославленные поэтами утесы, столь же романтичные, как моя задница, и сходного оттенка.

    Набитый большевиками Дувр — подлинный ужас: прославленные поэтами утесы, столь же романтичные, как моя задница, и сходного оттенка.

    — Облачный атлас · книга
11. «

    — Мелочь есть? — спросил, нет, потребовал, нет, выдвинул обвинение жалкий тип, закутанный в одеяло.

    — Мелочь есть? — спросил, нет, потребовал, нет, выдвинул обвинение жалкий тип, закутанный в одеяло.

    — Облачный атлас · книга
12. «

    Люди суть воплощенные непристойности. Предпочитаю быть музыкой, а не скопищем трубок, несколько десятков лет стискивающих полутвердые ткани, пока все не станет настолько дряблым, что уже не сможет функционировать.

    Люди суть воплощенные непристойности. Предпочитаю быть музыкой, а не скопищем трубок, несколько десятков лет стискивающих полутвердые ткани, пока все не станет настолько дряблым, что уже не сможет функционировать.

    — Роберт Фробишер · книга
13. «

    Сочинять, значит быть одиноким до тошноты...

    Сочинять, значит быть одиноким до тошноты...

    — Дэвид Митчелл · книга
14. «

    …Полушутя, полусерьезно она говорит, что не даст мне «покинуть» ни ее, ни ее мужа в «их» час нужды. Дьявол скрывается в местоимениях.

    …Полушутя, полусерьезно она говорит, что не даст мне «покинуть» ни ее, ни ее мужа в «их» час нужды. Дьявол скрывается в местоимениях.

    — Облачный атлас · книга
15. «

    Крещендо последовало буквально через несколько тактов.

    Крещендо последовало буквально через несколько тактов.

    — Облачный атлас · книга
16. «

    И у Папы Сонга, и в этой камере мои дни и ночи подчиняются строгому распорядку, и сны — это единственный непредсказуемый фактор. Никто мне их не назначает, никто не подвергает цензуре. Сны — единственное, что мне когда-либо по-настоящему принадлежало.

    И у Папы Сонга, и в этой камере мои дни и ночи подчиняются строгому распорядку, и сны — это единственный непредсказуемый фактор. Никто мне их не назначает, никто не подвергает цензуре. Сны — единственное, что мне когда-либо по-настоящему принадлежало.

    — Сонми-451 · книга
17. «

    Стекло и мир сходным образом обнаруживают свою хрупкость перед лицом повторных ударов.

    Стекло и мир сходным образом обнаруживают свою хрупкость перед лицом повторных ударов.

    — Адам Юинг · книга
18. «

    Как оно вульгарно, это стремление к бессмертию, как тщеславно и как фальшиво! Композиторы — это всего лишь те, кто процарапывает наскальные росписи в пещерах. Человек пишет музыку, потому что зима бесконечна и потому что иначе волки и вьюги скорее доберутся до его горла.

    Как оно вульгарно, это стремление к бессмертию, как тщеславно и как фальшиво! Композиторы — это всего лишь те, кто процарапывает наскальные росписи в пещерах. Человек пишет музыку, потому что зима бесконечна и потому что иначе волки и вьюги скорее доберутся до его горла.

    — Роберт Фробишер · книга
19. «

    Поступай так, как не можешь не поступить.

    Поступай так, как не можешь не поступить.

    — Луиза Рей · книга
20. «

    «За деньги счастья не купишь» — кто бы это ни сказал, у него, видимо, этого добра было в избытке.

    «За деньги счастья не купишь» — кто бы это ни сказал, у него, видимо, этого добра было в избытке.

    — Роберт Фробишер · книга