Подборка: 83 цитаты Дина Кунца

Дин Кунц — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 83 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мир настолько заполнен страданиями и несправедливостью, что каждый, кто хочет, чтобы ему помогли покончить жизнь самоубийством, независимо от того, болен он или нет, должен получить такую помощь.

   Мир настолько заполнен страданиями и несправедливостью, что каждый, кто хочет, чтобы ему помогли покончить жизнь самоубийством, независимо от того, болен он или нет, должен получить такую помощь.

   — Тёмные реки сердца · книга
2. «

   ...иногда можно научиться хорошему и на плохом примере.

   ...иногда можно научиться хорошему и на плохом примере.

   — При свете луны · книга
3. «

   Зависть среди самых опасных чувств занимает второе место после жалости к себе.

   Зависть среди самых опасных чувств занимает второе место после жалости к себе.

   — Дин Кунц · книга
4. «

   Любовь – это слово без значения, это всего лишь притворство, эмоциональный наркотик, которым люди обманывают себя, ширма, за которой они прячут их истинные чувства.

   Любовь – это слово без значения, это всего лишь притворство, эмоциональный наркотик, которым люди обманывают себя, ширма, за которой они прячут их истинные чувства.

   — Ключи к полуночи · книга
5. «

   Иногда совсем неплохо быть одним из «братьев наших меньших», подумал Сэм. Жить, как подсказывают органы чувств, ни о чём не задумываться. Или взять тот же компьютер — другую крайность... совершенный электронный мозг, холодный расчёт, и никаких тебе чувств. Никто, кроме людей, не несёт на себе двойное бремя интеллекта и чувств, это страшно усложняет жизнь; вы либо постоянно думаете о своих чувствах вместо того, чтобы действовать инстинктивно, либо стараетесь понять, какое чувство вы должны испытывать в данной ситуации. Ваши мысли и суждения неизбежно окрашены эмоциями — причём некоторые из них находятся на уровне подсознания, и вы не можете даже до конца понять, почему вы выбрали то или иное решение, так или иначе поступили. Чувства затуманивают разум, но если вы попытаетесь разобраться в них, то они ускользают от вас. Глубоко чувствовать и одновременно ясно мыслить — это то же самое, что проехать на одноколёсном велосипеде по проволоке, натянутой на головокружительной высоте, да ещё при этом жонглировать шестью гимнастическими булавами.

   Иногда совсем неплохо быть одним из «братьев наших меньших», подумал Сэм. Жить, как подсказывают органы чувств, ни о чём не задумываться. Или взять тот же компьютер — другую крайность... совершенный электронный мозг, холодный расчёт, и никаких тебе чувств. Никто, кроме людей, не несёт на себе двойное бремя интеллекта и чувств, это страшно усложняет жизнь; вы либо постоянно думаете о своих чувствах вместо того, чтобы действовать инстинктивно, либо стараетесь понять, какое чувство вы должны испытывать в данной ситуации. Ваши мысли и суждения неизбежно окрашены эмоциями — причём некоторые из них находятся на уровне подсознания, и вы не можете даже до конца понять, почему вы выбрали то или иное решение, так или иначе поступили. Чувства затуманивают разум, но если вы попытаетесь разобраться в них, то они ускользают от вас. Глубоко чувствовать и одновременно ясно мыслить — это то же самое, что проехать на одноколёсном велосипеде по проволоке, натянутой на головокружительной высоте, да ещё при этом жонглировать шестью гимнастическими булавами.

   — Полночь · книга
6. «

   В мире существует два типа людей: кошки и мышки. Кошки гуляют сами по себе, делают то, что хотят, и берут, что хотят. По натуре кошки агрессивны и самостоятельны. В мышах, напротив, нет ни грамма агрессивности. По природе своей они уязвимые, нежные и тихие зверьки, и самое большое счастье для них – смириться и довольствоваться тем, что даёт им жизнь.

   В мире существует два типа людей: кошки и мышки. Кошки гуляют сами по себе, делают то, что хотят, и берут, что хотят. По натуре кошки агрессивны и самостоятельны. В мышах, напротив, нет ни грамма агрессивности. По природе своей они уязвимые, нежные и тихие зверьки, и самое большое счастье для них – смириться и довольствоваться тем, что даёт им жизнь.

   — Ангелы-хранители · книга
7. «

   В голове каждого человека заключен целый мир, и вполне возможно, что мир этот гораздо более причудлив, чем мы можем представить своими мелководными извилинами. Шесть миллиардов таких, как мы, ходят по этой планете. Шесть миллиардов маленьких миров на поверхности одного большого. Может статься, что какой-нибудь сапожник или повар в закусочной, на которого без зевоты не взглянешь, живет более необычной жизнью, чем ты. Шесть миллиардов историй, каждой из которых можно зачитываться без конца, историй, полных страданий и счастья, добра и зла, надежд и разочарований. На самом деле мы с тобой не такие уж особенные, братишка. …

   В голове каждого человека заключен целый мир, и вполне возможно, что мир этот гораздо более причудлив, чем мы можем представить своими мелководными извилинами. Шесть миллиардов таких, как мы, ходят по этой планете. Шесть миллиардов маленьких миров на поверхности одного большого. Может статься, что какой-нибудь сапожник или повар в закусочной, на которого без зевоты не взглянешь, живет более необычной жизнью, чем ты. Шесть миллиардов историй, каждой из которых можно зачитываться без конца, историй, полных страданий и счастья, добра и зла, надежд и разочарований. На самом деле мы с тобой не такие уж особенные, братишка. …

   — Кристофер Сноу · книга
8. «

   Скромность – очаровательная черта характера. Но чрезмерная скромность не украшает.

   Скромность – очаровательная черта характера. Но чрезмерная скромность не украшает.

   — Ключи к полуночи · книга
9. «

   — Хорошо, — кивнула Микки, — давай зайдем с другой стороны. Ты — ребёнок, потому что у тебя ещё нет буферов. Лайлани вздрогнула. — Несправедливо. Ты знаешь, что это мое больное место. — Да что у тебя может болеть? Там же просто ничего нет. Всё плоское, как кусок швейцарского сыра на этой тарелке.

   — Хорошо, — кивнула Микки, — давай зайдем с другой стороны. Ты — ребёнок, потому что у тебя ещё нет буферов. Лайлани вздрогнула. — Несправедливо. Ты знаешь, что это мое больное место. — Да что у тебя может болеть? Там же просто ничего нет. Всё плоское, как кусок швейцарского сыра на этой тарелке.

   — Микки Белсонг · книга
10. «

    Мир — одно большое игровое поле, и единственная цель состоит в том, чтобы остаться в игре.

    Мир — одно большое игровое поле, и единственная цель состоит в том, чтобы остаться в игре.

    — Ложная память · книга
11. «

    Иногда жизнь горька, как слеза дракона. Но горьки ли слёзы дракона или сладки на вкус, зависит от того, кто их пробует.

    Иногда жизнь горька, как слеза дракона. Но горьки ли слёзы дракона или сладки на вкус, зависит от того, кто их пробует.

    — Слёзы дракона · книга
12. «

    Зло — реальность, оно идёт по земле. Порой дьявол сбивает с истинного пути тех, кто послабее, а то и просто посылает в мир психопатов, у которых нет генов жалости и сострадания.

    Зло — реальность, оно идёт по земле. Порой дьявол сбивает с истинного пути тех, кто послабее, а то и просто посылает в мир психопатов, у которых нет генов жалости и сострадания.

    — Холодный Огонь · книга
13. «

    Из всех ощущений, доступных нашему телу и затрагивающих разум, сильная боль — самое чистое, потому что она изгоняет все из нашего сознания и заставляет сосредотачиваться только ней. В иной ситуации мы никогда не можем достичь подобного эффекта.

    Из всех ощущений, доступных нашему телу и затрагивающих разум, сильная боль — самое чистое, потому что она изгоняет все из нашего сознания и заставляет сосредотачиваться только ней. В иной ситуации мы никогда не можем достичь подобного эффекта.

    — Тёмные реки сердца · книга
14. «

    Но жалость, в конце концов, ничего не значит. Она словно святая вода, которой даже и жажду не утолишь.

    Но жалость, в конце концов, ничего не значит. Она словно святая вода, которой даже и жажду не утолишь.

    — Мышка за стенкой скребется всю ночь · книга
15. «

    В его годы самое время почувствовать, что жизнь – не Диснейленд.

    В его годы самое время почувствовать, что жизнь – не Диснейленд.

    — Плохое место · книга
16. «

    Владимир Набоков как-то сказал, что злыми гениями XX столетия были Карл Маркс и Зигмунд Фрейд. Он был абсолютно прав.

    Владимир Набоков как-то сказал, что злыми гениями XX столетия были Карл Маркс и Зигмунд Фрейд. Он был абсолютно прав.
17. «

    Если и не умею любить, то умею очень жестоко ненавидеть, и это пугает, так как чувствую, что ещё миг — и скачусь вниз, в пропасть...

    Если и не умею любить, то умею очень жестоко ненавидеть, и это пугает, так как чувствую, что ещё миг — и скачусь вниз, в пропасть...

    — Слёзы дракона · книга
18. «

    Иногда ограниченные люди вымещают собственное раздражение на детях.

    Иногда ограниченные люди вымещают собственное раздражение на детях.

    — Ночной кошмар · книга
19. «

    Любовь – это миф.

    Любовь – это миф.

    — Ключи к полуночи · книга
20. «

    Если убийц выпускали из тюрьмы гораздо быстрее, чем мошенников-евангелистов, прикарманивших церковные деньги, или скупых владельцев отелей, не доплативших налоги, — значит, цивилизация прекратила своё существование.

    Если убийц выпускали из тюрьмы гораздо быстрее, чем мошенников-евангелистов, прикарманивших церковные деньги, или скупых владельцев отелей, не доплативших налоги, — значит, цивилизация прекратила своё существование.

    — Мистер убийца · книга