Подборка: 569 цитат Дмитрого Емеца

Дмитрий Емец — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 569 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Обычно самую сильную боль доставляет ничтожное.

   Обычно самую сильную боль доставляет ничтожное.

   — Мефодий Буслаев. Светлые крылья для тёмного стража · книга
2. «

   В пятнадцать-шестнадцать лет дико меняются ценности. Вместе с ценностями меняется и отношение к людям. Ты как-то вдруг понимаешь, что в жизни полно лжи, а большая часть красивых слоев просто пудра на гнойных прыщах человечества. И вообще, спасение мира осуществляется исключительно по пятницам, в вечернее время. Во все же остальное время мир неплохо проживет и так.

   В пятнадцать-шестнадцать лет дико меняются ценности. Вместе с ценностями меняется и отношение к людям. Ты как-то вдруг понимаешь, что в жизни полно лжи, а большая часть красивых слоев просто пудра на гнойных прыщах человечества. И вообще, спасение мира осуществляется исключительно по пятницам, в вечернее время. Во все же остальное время мир неплохо проживет и так.

   — Таня Гроттер · книга
3. «

   И так все, кто имеет отношение к Эдему. Там все очень чистое, радостное, наивное, любящее тебя без меры. Допустим, ты скажешь там лошади: «Умри!». Просто так, в шутку, а она уже лежит мёртвая. — Почему? Может я ради прикола сказал? — не понял Мефодий. — А лошади приколов не понимают. Твое слово для неё закон. Ты сказал ей «умри!», и она, не задумываясь, просто от любви к тебе умерла.

   И так все, кто имеет отношение к Эдему. Там все очень чистое, радостное, наивное, любящее тебя без меры. Допустим, ты скажешь там лошади: «Умри!». Просто так, в шутку, а она уже лежит мёртвая. — Почему? Может я ради прикола сказал? — не понял Мефодий. — А лошади приколов не понимают. Твое слово для неё закон. Ты сказал ей «умри!», и она, не задумываясь, просто от любви к тебе умерла.

   — Эссиорх · книга
4. «

   Нравственность падает один раз, зато бесконечно.

   Нравственность падает один раз, зато бесконечно.

   — Арей · книга
5. «

   Почему-то часто так бывает: когда ты в беде, внезапно приближаются те люди, которых ты раньше едва знал, и исчезают многие из тех, кто прежде был якобы близок. Может, и хорошо, что так. Иначе бы не разобрались.

   Почему-то часто так бывает: когда ты в беде, внезапно приближаются те люди, которых ты раньше едва знал, и исчезают многие из тех, кто прежде был якобы близок. Может, и хорошо, что так. Иначе бы не разобрались.

   — Мефодий Буслаев. Танец меча · книга
6. «

   Нет уж, по мне, если девушка тебе нравится, сразу забирай у неё паспорт и женись. И не слушай бредовый текст, который она при этом выдаёт. Пусть следующие двадцать лет разбирается, любит она тебя или нет. Загублена у неё жизнь или нет. Авось к внукам разберётся. Женщины обожают ковыряться в себе.

   Нет уж, по мне, если девушка тебе нравится, сразу забирай у неё паспорт и женись. И не слушай бредовый текст, который она при этом выдаёт. Пусть следующие двадцать лет разбирается, любит она тебя или нет. Загублена у неё жизнь или нет. Авось к внукам разберётся. Женщины обожают ковыряться в себе.

   — Игорь Буслаев · книга
7. «

   Пегасиха — если кто забыл, это такая лошадка с крылышками, на которой поэты летают за водкой!

   Пегасиха — если кто забыл, это такая лошадка с крылышками, на которой поэты летают за водкой!

   — Ягун · книга
8. «

   Самая мерзкая вещь, которая есть в каждом без исключения человеке, — это саможаление. Оно сидит глубоко и часто маскируется, но пока его не выдавишь — все мы как грязная кухонная мочалка, кое-как очищенная снаружи, но лишь до тех пор, пока её не надавишь.

   Самая мерзкая вещь, которая есть в каждом без исключения человеке, — это саможаление. Оно сидит глубоко и часто маскируется, но пока его не выдавишь — все мы как грязная кухонная мочалка, кое-как очищенная снаружи, но лишь до тех пор, пока её не надавишь.

   — Мефодий Буслаев. Стеклянный страж · книга
9. «

   Почему-то каждый знает, что лучше для другого. Но никто не знает, что лучше для него самого.

   Почему-то каждый знает, что лучше для другого. Но никто не знает, что лучше для него самого.

   — Глеб Бейбарсов · книга
10. «

    Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь.

    Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь.

    — Таня Гроттер и ботинки кентавра · книга
11. «

    Лучше сделать что-то лишнее, чем не сделать чего-то важного.

    Лучше сделать что-то лишнее, чем не сделать чего-то важного.

    — Гробыня Склепова · книга
12. «

    — Напомни мне, как тебя зовут, я буду тебя проклинать!

    — Напомни мне, как тебя зовут, я буду тебя проклинать!

    — Эйшобан · книга
13. «

    — По-моему, ты всё усложняешь. Смешно, что другим мы даём советы, которым не следуем сами. — Разве? Я так мыслю. А ещё я боюсь слишком сильных чувств. Точнее не сильных, а неконтролируемых.

    — По-моему, ты всё усложняешь. Смешно, что другим мы даём советы, которым не следуем сами. — Разве? Я так мыслю. А ещё я боюсь слишком сильных чувств. Точнее не сильных, а неконтролируемых.

    — Эссиорх · книга
14. «

    Он был не то чтобы осёл. Просто слишком долго маскировался, а когда хотел врубить заднюю передачу, оказалось, что шкура уже приросла. Так и остался. Вроде умник, но с клочьями ослиной шерсти.

    Он был не то чтобы осёл. Просто слишком долго маскировался, а когда хотел врубить заднюю передачу, оказалось, что шкура уже приросла. Так и остался. Вроде умник, но с клочьями ослиной шерсти.

    — Мефодий Буслаев. Карта Хаоса · книга
15. «

    Если человек наступил на любовь и пошёл дальше — это уже финал.

    Если человек наступил на любовь и пошёл дальше — это уже финал.

    — Матвей Багров · книга
16. «

    Служить свету и быть светом — совсем не одно и то же. Если дракона посадили охранять склад с добротой, это вовсе не означает, что сам дракон — сплошная доброта.

    Служить свету и быть светом — совсем не одно и то же. Если дракона посадили охранять склад с добротой, это вовсе не означает, что сам дракон — сплошная доброта.

    — Мефодий Буслаев. Лёд и пламя тартара · книга
17. «

    Ведь как бывает? Встретишь человека, кинешься к нему, а через некоторое время понимаешь, что и говорить вам не о чем и встреча не такая уж и радостная.

    Ведь как бывает? Встретишь человека, кинешься к нему, а через некоторое время понимаешь, что и говорить вам не о чем и встреча не такая уж и радостная.

    — Таня Гроттер и перстень с жемчужиной · книга
18. «

    Бывают моменты, когда сталкиваешься с собой как с посторонним, с незнакомым. Эти-то минуты самые честные и есть...

    Бывают моменты, когда сталкиваешься с собой как с посторонним, с незнакомым. Эти-то минуты самые честные и есть...

    — Гробыня Склепова · книга
19. «

    Каждый человек в состоянии тащить на себе определенное число неприятностей. Одну большую, две средних, три загрузона и так далее. Но потом наступает предел. Человек загружен по уши. Попроси его коробок спичечный передать — он тебя убьет.

    Каждый человек в состоянии тащить на себе определенное число неприятностей. Одну большую, две средних, три загрузона и так далее. Но потом наступает предел. Человек загружен по уши. Попроси его коробок спичечный передать — он тебя убьет.

    — Арей · книга
20. «

    Тут самым беспроигрышным является принцип постоянной и щепетильной надёжности. Не слушать ничего лишнего и ничего лишнего не говорить. Если у тебя есть приятель, который много сплетничает тебе о других своих знакомых, то вполне логично предположить, что так же пространно он сплетничает им и о тебе. Тут есть повод задуматься. Нельзя предать на пять копеек. И нельзя предать никого, кроме себя самого.

    Тут самым беспроигрышным является принцип постоянной и щепетильной надёжности. Не слушать ничего лишнего и ничего лишнего не говорить. Если у тебя есть приятель, который много сплетничает тебе о других своих знакомых, то вполне логично предположить, что так же пространно он сплетничает им и о тебе. Тут есть повод задуматься. Нельзя предать на пять копеек. И нельзя предать никого, кроме себя самого.

    — Эссиорх · книга