25 фраз Дмитрого Коломенского, которые запоминаются

Ниже 25 цитат Дмитрого Коломенского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   На языке воды, бормочущей в ночи, мы Не значим ничего, и нам названья нет. В нем наши имена и дни неразличимы И, как тела в реке, не оставляют след.

   На языке воды, бормочущей в ночи, мы Не значим ничего, и нам названья нет. В нем наши имена и дни неразличимы И, как тела в реке, не оставляют след.
2. «

   Холодное лето ненастного года. Коллеги, по ходу, ругают погоду, По ходу, дожди за окошком гремят, Глотает ливневка бесцветную воду, И день вылезает навстречу восходу - Бескровен, издерган, измят.

   Холодное лето ненастного года. Коллеги, по ходу, ругают погоду, По ходу, дожди за окошком гремят, Глотает ливневка бесцветную воду, И день вылезает навстречу восходу - Бескровен, издерган, измят.
3. «

   Вредно быть счастливым с детства, навсегда войдя в режим Дома, дыма, мамы, рамы, растворенных в атмосфере. Носишь в сердце отсвет рая, зная: рай недостижим - Никуда не приживаясь, ничему уже не веря.

   Вредно быть счастливым с детства, навсегда войдя в режим Дома, дыма, мамы, рамы, растворенных в атмосфере. Носишь в сердце отсвет рая, зная: рай недостижим - Никуда не приживаясь, ничему уже не веря.
4. «

   Ведь если и музыка канет, Ведь если музыки не станет, Что делать с прорехой на ткани Божественных предначертаний? Как двигаться в Дантовой чаще, Где всех нас недоокормили? Как жить в этом ржущем, рычащем Лишенном гармонии мире?

   Ведь если и музыка канет, Ведь если музыки не станет, Что делать с прорехой на ткани Божественных предначертаний? Как двигаться в Дантовой чаще, Где всех нас недоокормили? Как жить в этом ржущем, рычащем Лишенном гармонии мире?
5. «

   Суровый Добров и добрый Суворов Не любят скандалов, чураются споров - Мол, правы и эти, и те.

   Суровый Добров и добрый Суворов Не любят скандалов, чураются споров - Мол, правы и эти, и те.
6. «

   Страна сошла с ума — ну что же, не в первой Протяжный жуткий вой висит над отчим краем, И даже тот, кто жил в согласье с головой, Забыл людскую речь и захлебнулся лаем.

   Страна сошла с ума — ну что же, не в первой Протяжный жуткий вой висит над отчим краем, И даже тот, кто жил в согласье с головой, Забыл людскую речь и захлебнулся лаем.
7. «

   Приятель мой, сидевший за убийство, Рассказывал, как вязко и небыстро Текут в тюрье минута, месяц, год. Там время так задумчиво и вяло, Что человек, откинувшись, бывало, Стоит и ничего не узнает.

   Приятель мой, сидевший за убийство, Рассказывал, как вязко и небыстро Текут в тюрье минута, месяц, год. Там время так задумчиво и вяло, Что человек, откинувшись, бывало, Стоит и ничего не узнает.
8. «

   Мы дожили до марта. По утрам Хрустит ледок и свет ложится синий На черные зрачки оконных рам, На серость оцинкованной России.

   Мы дожили до марта. По утрам Хрустит ледок и свет ложится синий На черные зрачки оконных рам, На серость оцинкованной России.
9. «

   Что в Петербурге? Как всегда: Вверху — вода, внизу — вода, И между этих вод, Пересыпая дни в года, Проходит пешеход.

   Что в Петербурге? Как всегда: Вверху — вода, внизу — вода, И между этих вод, Пересыпая дни в года, Проходит пешеход.
10. «

    Знаешь, я поживаю теперь хорошо - Не бывало давненько такого, Отошел от разлук, отдыхаю душой. И жена моя — клоун.

    Знаешь, я поживаю теперь хорошо - Не бывало давненько такого, Отошел от разлук, отдыхаю душой. И жена моя — клоун.
11. «

    Сегодня утром выглянул в окно - И вижу: лето красное пропело Отходную по самому себе, Плечом пожало, заключило : «Амен!» Ну то есть солнце, воздух и вода, Полгорода на даче и на пляже, Но все уже почуяли: хана!

    Сегодня утром выглянул в окно - И вижу: лето красное пропело Отходную по самому себе, Плечом пожало, заключило : «Амен!» Ну то есть солнце, воздух и вода, Полгорода на даче и на пляже, Но все уже почуяли: хана!
12. «

    То не славное море священный Байкал - То проспект, по которому всадник скакал. Так бывает всегда, чуть какой-то пижон Крикнет в медное рыло «ужо!»

    То не славное море священный Байкал - То проспект, по которому всадник скакал. Так бывает всегда, чуть какой-то пижон Крикнет в медное рыло «ужо!»
13. «

    Я там гулял и с той, и с той, и с той - Был сад, как деревенский суп, густой. Когда гулял с одной, то помнил ту - И зелень заполняла темноту Подгнивших дней октябрьских. Помнил эту. Гуляя с той.

    Я там гулял и с той, и с той, и с той - Был сад, как деревенский суп, густой. Когда гулял с одной, то помнил ту - И зелень заполняла темноту Подгнивших дней октябрьских. Помнил эту. Гуляя с той.
14. «

    Кончилось тепло. Сидит на ветке Зябкий лит. В белесой полутьме Анемичный, изначально ветхий, Новый день подмигивает мне.

    Кончилось тепло. Сидит на ветке Зябкий лит. В белесой полутьме Анемичный, изначально ветхий, Новый день подмигивает мне.
15. «

    По улице моей бежит мужчина, Смущая неокрепшие умы, Поскольку для пробега нет причины, А также шарфом в стиле хохломы. Предвестьем нерасчисленных событий Он выбежал и совершает бег, Хотя, казалось, мог бы просто выйти - Как гражданин страны, как человек. Куда бежит бегун? И есть ли точка, К которой добежать стремится он?

    По улице моей бежит мужчина, Смущая неокрепшие умы, Поскольку для пробега нет причины, А также шарфом в стиле хохломы. Предвестьем нерасчисленных событий Он выбежал и совершает бег, Хотя, казалось, мог бы просто выйти - Как гражданин страны, как человек. Куда бежит бегун? И есть ли точка, К которой добежать стремится он?
16. «

    От вспыхнувшего вдруг тернового куста До черного креста на дудке крысолова Наследственный недуг тиранов — немота, Смердящие уста, обглоданное слово.

    От вспыхнувшего вдруг тернового куста До черного креста на дудке крысолова Наследственный недуг тиранов — немота, Смердящие уста, обглоданное слово.
17. «

    Одна только музыка ныне Еще не залеплена грязью. Она, как оазис в пустыне, Торчит посреди безобразья, Как ангел средь кривды и фальши Стоит и не знает что дальше.

    Одна только музыка ныне Еще не залеплена грязью. Она, как оазис в пустыне, Торчит посреди безобразья, Как ангел средь кривды и фальши Стоит и не знает что дальше.
18. «

    Средь отречений и ложных учений Только индустрия развлечений Чем-то жива покуда.

    Средь отречений и ложных учений Только индустрия развлечений Чем-то жива покуда.
19. «

    Пролетайте годы, дни - Все и так идет к финалу; Мы по-прежнему одни, Что по-своему немало,

    Пролетайте годы, дни - Все и так идет к финалу; Мы по-прежнему одни, Что по-своему немало,
20. «

    Манка, сахар, молоко... Зимовать у нас легко - Дни листать, пережидать, Осязая в круговерти То ли острый запах смерти, То ли двери в благодать.

    Манка, сахар, молоко... Зимовать у нас легко - Дни листать, пережидать, Осязая в круговерти То ли острый запах смерти, То ли двери в благодать.