36 цитат-размышлений Дмитрого Коломенского

Ниже 36 цитат Дмитрого Коломенского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мороз разреживает воздух, Мертвит не холодом, а тем, Что будто загоняет гвозди В узлы отлаженных систем.

   Мороз разреживает воздух, Мертвит не холодом, а тем, Что будто загоняет гвозди В узлы отлаженных систем.
2. «

   Манка, сахар, молоко... Зимовать у нас легко - Дни листать, пережидать, Осязая в круговерти То ли острый запах смерти, То ли двери в благодать.

   Манка, сахар, молоко... Зимовать у нас легко - Дни листать, пережидать, Осязая в круговерти То ли острый запах смерти, То ли двери в благодать.
3. «

   Одна только музыка ныне Еще не залеплена грязью. Она, как оазис в пустыне, Торчит посреди безобразья, Как ангел средь кривды и фальши Стоит и не знает что дальше.

   Одна только музыка ныне Еще не залеплена грязью. Она, как оазис в пустыне, Торчит посреди безобразья, Как ангел средь кривды и фальши Стоит и не знает что дальше.
4. «

   От вспыхнувшего вдруг тернового куста До черного креста на дудке крысолова Наследственный недуг тиранов — немота, Смердящие уста, обглоданное слово.

   От вспыхнувшего вдруг тернового куста До черного креста на дудке крысолова Наследственный недуг тиранов — немота, Смердящие уста, обглоданное слово.
5. «

   Сказал «нет ничего прекрасней...» — и солгал, А все-таки сказал, изобразил накал Страстей. И что с того?

   Сказал «нет ничего прекрасней...» — и солгал, А все-таки сказал, изобразил накал Страстей. И что с того?
6. «

   Меня, прямоходящего, спаси От этой снежной каши на Руси, От ледяных и высоленных улиц, От палки, камня, ямы, колеса - Чтоб, выйдя из дому на полчаса, Мы через полчаса назад вернулись.

   Меня, прямоходящего, спаси От этой снежной каши на Руси, От ледяных и высоленных улиц, От палки, камня, ямы, колеса - Чтоб, выйдя из дому на полчаса, Мы через полчаса назад вернулись.
7. «

   То не славное море священный Байкал - То проспект, по которому всадник скакал. Так бывает всегда, чуть какой-то пижон Крикнет в медное рыло «ужо!»

   То не славное море священный Байкал - То проспект, по которому всадник скакал. Так бывает всегда, чуть какой-то пижон Крикнет в медное рыло «ужо!»
8. «

   Я там гулял и с той, и с той, и с той - Был сад, как деревенский суп, густой. Когда гулял с одной, то помнил ту - И зелень заполняла темноту Подгнивших дней октябрьских. Помнил эту. Гуляя с той.

   Я там гулял и с той, и с той, и с той - Был сад, как деревенский суп, густой. Когда гулял с одной, то помнил ту - И зелень заполняла темноту Подгнивших дней октябрьских. Помнил эту. Гуляя с той.
9. «

   Утром встаешь — морок и тьма криво висят в окне. Это не мир сходит с ума - ум изменяет мне: мозг не включается, мысли сбоят, жизнь цедит в ухо утренний яд и достает вполне.

   Утром встаешь — морок и тьма криво висят в окне. Это не мир сходит с ума - ум изменяет мне: мозг не включается, мысли сбоят, жизнь цедит в ухо утренний яд и достает вполне.
10. «

    Глядели на свечку, читали стихи. Был вечер, очищенный от шелухи.

    Глядели на свечку, читали стихи. Был вечер, очищенный от шелухи.
11. «

    Ныне, когда, раздражая, зудя, дразня, Кто-то с незримых высот глядит на меня, Вскидываюсь, вперяюсь во мрак, но слышу Голос, извечный и ровный — как снег, как дождь: «Угомонись. Не заметишь, как пропадешь».

    Ныне, когда, раздражая, зудя, дразня, Кто-то с незримых высот глядит на меня, Вскидываюсь, вперяюсь во мрак, но слышу Голос, извечный и ровный — как снег, как дождь: «Угомонись. Не заметишь, как пропадешь».
12. «

    Поэзия лживоязычна, Скульптура тиранолюбива, Продажен театр — лишь музыка Ступает по краю обрыва И, будто не ведая муки, Посредством неясной системы Связует абстрактные звуки В предельно конкретные темы. И все это в воздухе словно. И все без единого слова.

    Поэзия лживоязычна, Скульптура тиранолюбива, Продажен театр — лишь музыка Ступает по краю обрыва И, будто не ведая муки, Посредством неясной системы Связует абстрактные звуки В предельно конкретные темы. И все это в воздухе словно. И все без единого слова.
13. «

    Мир отступает, как перед волною вода. В небе Господь, но он глядит не сюда: То ли топит весь свет, то ли спасает весь свет - Как ни смешно, разницы, в сущности нет.

    Мир отступает, как перед волною вода. В небе Господь, но он глядит не сюда: То ли топит весь свет, то ли спасает весь свет - Как ни смешно, разницы, в сущности нет.
14. «

    Все думаешь: будет граница, Шлагбаум, таможенный пункт, Черта, пред которой блазнится, Замрешь хоть на пару секунд.

    Все думаешь: будет граница, Шлагбаум, таможенный пункт, Черта, пред которой блазнится, Замрешь хоть на пару секунд.
15. «

    Воскресный вечер. Холод. Недосып. В крови дремота. В поднебесье сыпь. В ходу ушанки из друзей Мазая. Из под ногтей раздавленного льда Сочится охлажденная вода И тут же стекленеет, замерзая.

    Воскресный вечер. Холод. Недосып. В крови дремота. В поднебесье сыпь. В ходу ушанки из друзей Мазая. Из под ногтей раздавленного льда Сочится охлажденная вода И тут же стекленеет, замерзая.
16. «

    По улице моей бежит мужчина, Смущая неокрепшие умы, Поскольку для пробега нет причины, А также шарфом в стиле хохломы. Предвестьем нерасчисленных событий Он выбежал и совершает бег, Хотя, казалось, мог бы просто выйти - Как гражданин страны, как человек. Куда бежит бегун? И есть ли точка, К которой добежать стремится он?

    По улице моей бежит мужчина, Смущая неокрепшие умы, Поскольку для пробега нет причины, А также шарфом в стиле хохломы. Предвестьем нерасчисленных событий Он выбежал и совершает бег, Хотя, казалось, мог бы просто выйти - Как гражданин страны, как человек. Куда бежит бегун? И есть ли точка, К которой добежать стремится он?
17. «

    Тусить в столице просто и приятно: Кругом друзья — родимые, как пятна, И вновь друзья — родные, словно речь, Фуршетный стол, почти что необъятный, Мельканье лиц — уже глаза болят, но Так славно этой болью пренебречь!

    Тусить в столице просто и приятно: Кругом друзья — родимые, как пятна, И вновь друзья — родные, словно речь, Фуршетный стол, почти что необъятный, Мельканье лиц — уже глаза болят, но Так славно этой болью пренебречь!
18. «

    На речке Ильдух, у подножия дня, Где рать комариная жмется к закату, Никто никогда не отыщет меня - Ни ангел крылатый, ни демон рогатый.

    На речке Ильдух, у подножия дня, Где рать комариная жмется к закату, Никто никогда не отыщет меня - Ни ангел крылатый, ни демон рогатый.
19. «

    Приятель мой, сидевший за убийство, Рассказывал, как вязко и небыстро Текут в тюрье минута, месяц, год. Там время так задумчиво и вяло, Что человек, откинувшись, бывало, Стоит и ничего не узнает.

    Приятель мой, сидевший за убийство, Рассказывал, как вязко и небыстро Текут в тюрье минута, месяц, год. Там время так задумчиво и вяло, Что человек, откинувшись, бывало, Стоит и ничего не узнает.
20. «

    Что-то осадки стали злее и холодней. Что-то в них много стали, олова, ртути, цинка. Глянешь в окно, в темницу ждущих этапа дней, - Тут же слесарка мнится.

    Что-то осадки стали злее и холодней. Что-то в них много стали, олова, ртути, цинка. Глянешь в окно, в темницу ждущих этапа дней, - Тут же слесарка мнится.