110 цитат Дмитрого Куликова — избранное

Ниже 110 цитат Дмитрого Куликова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я уже говорил эту точку зрения. Мы вошли в предвоенный период. По другому оценивать эту ситуацию я не могу. Накопился огромный объем неразрешимых противоречий. Капитализму в этой форме некуда расширяться Если капитализм не расширяется, он стагнирует, болеет, производит кризис. Это что касается экономики. Поэтому весь набор социально-экономических и социально-политических мировых систем пронизан проблемами, которые не имеют решения. И в человеческой истории не было возможности избежать войны. Единственный шанс — у нас есть ядерное оружие. Но в мире делается все, чтобы нивелировать ядерное сдерживание, убрать этот фактор как значимый. Поэтому будет очень трудно удержаться на грани. Более того, заинтересованных в том, чтобы удержаться, кроме России и Китая, я не вижу. США внутри себя стараются, насколько могут, сохранить здравый смысл и поставить подлинный вопрос: как выйти из грядущего катаклизма с минимальными потерями, и, использовав эту минимальность потерь, занять опять значимое положение, желательно первое. Мое субъективное мнение — им не удастся ответить на этот вопрос. Слишком сложная ситуация, и слишком они к этому не готовы. Время покажет Я не пифия. Я считаю историю Советского Союза величайшим цивилизационным достижением, сделанным нашим народом. Но при этом никто меня не убедит в том, что я должен забыть, и не думать, почему это величайшее достижение рухнуло, и не разбираться с тем, как это происходило.

   Я уже говорил эту точку зрения. Мы вошли в предвоенный период. По другому оценивать эту ситуацию я не могу. Накопился огромный объем неразрешимых противоречий. Капитализму в этой форме некуда расширяться Если капитализм не расширяется, он стагнирует, болеет, производит кризис. Это что касается экономики. Поэтому весь набор социально-экономических и социально-политических мировых систем пронизан проблемами, которые не имеют решения. И в человеческой истории не было возможности избежать войны. Единственный шанс — у нас есть ядерное оружие. Но в мире делается все, чтобы нивелировать ядерное сдерживание, убрать этот фактор как значимый. Поэтому будет очень трудно удержаться на грани. Более того, заинтересованных в том, чтобы удержаться, кроме России и Китая, я не вижу. США внутри себя стараются, насколько могут, сохранить здравый смысл и поставить подлинный вопрос: как выйти из грядущего катаклизма с минимальными потерями, и, использовав эту минимальность потерь, занять опять значимое положение, желательно первое. Мое субъективное мнение — им не удастся ответить на этот вопрос. Слишком сложная ситуация, и слишком они к этому не готовы. Время покажет Я не пифия. Я считаю историю Советского Союза величайшим цивилизационным достижением, сделанным нашим народом. Но при этом никто меня не убедит в том, что я должен забыть, и не думать, почему это величайшее достижение рухнуло, и не разбираться с тем, как это происходило.
2. «

   В основании американской цивилизации был белый расизм. И чёрные об этом знают. И теперь они поняли, что их не могут убить. Поэтому они выступили. И кстати весь плавильный котел накрылся медным тазом. Нет там никакого плавильного котла. Там один народ господствует над другим. А в ближайшее время, выясниться, что там три народа — добавится латинос. И опять же параллели с казанским убийцей. Для подтверждения своей сверх-сущности необходимо убийство. И Америка для подтверждения этого пойдет на убийство. Как и этот мерзавец пошел на убийство, чтобы продемонстрировать свою исключительность. Поэтому мы должны понимать, с чем мы имеем дело.

   В основании американской цивилизации был белый расизм. И чёрные об этом знают. И теперь они поняли, что их не могут убить. Поэтому они выступили. И кстати весь плавильный котел накрылся медным тазом. Нет там никакого плавильного котла. Там один народ господствует над другим. А в ближайшее время, выясниться, что там три народа — добавится латинос. И опять же параллели с казанским убийцей. Для подтверждения своей сверх-сущности необходимо убийство. И Америка для подтверждения этого пойдет на убийство. Как и этот мерзавец пошел на убийство, чтобы продемонстрировать свою исключительность. Поэтому мы должны понимать, с чем мы имеем дело.
3. «

   Почему вы называете нас [Россию, русских] нецивилизованными? Потому что мы не завоёванные! Никакого другого понятия «оцивилизовывания» у западной цивилизации нет, кроме как завоева́ние!

   Почему вы называете нас [Россию, русских] нецивилизованными? Потому что мы не завоёванные! Никакого другого понятия «оцивилизовывания» у западной цивилизации нет, кроме как завоева́ние!
4. «

   Политическая лояльность не сто́ит в базарный день ломаного гроша.

   Политическая лояльность не сто́ит в базарный день ломаного гроша.
5. «

   — Чтобы понять что происходит, надо восстановить рамку, в которой это все происходит. Здесь неоднократно упоминали, что свою книгу («1984)») Оруэлл писал о них. Книга была всего лишь иносказанием по отношению к тем технологиям промывания мозгов, которые в то время разрабатывались, и которые так и назывались. Напомню, что это были первые послевоенные десятилетия. Опирались они на опыт нацистской Германии. Похожие элементы: игнорирование событий, игнорирование реальности, запрет на установление фактов. — Подтверждаю. Отравление Литвиненко. Ничего не доказано. Дело Скрипалей. До сих пор ничего не известно. Химические атаки в Сирии. В сознание вносится, что ничего подобного. Отравление берлинского пациента. Отравление «Новичком» Ложь, ложь, ложь. Расследование Навального про Президента. Ложь. Хоть одно иносми сказало, что ой ребята неловко поучилось? — Можно часа три излагать результаты этой деятельности. В принципе разбор материала должен стать содержанием работы на наших факультетах журналистики, политологии.

   — Чтобы понять что происходит, надо восстановить рамку, в которой это все происходит. Здесь неоднократно упоминали, что свою книгу («1984)») Оруэлл писал о них. Книга была всего лишь иносказанием по отношению к тем технологиям промывания мозгов, которые в то время разрабатывались, и которые так и назывались. Напомню, что это были первые послевоенные десятилетия. Опирались они на опыт нацистской Германии. Похожие элементы: игнорирование событий, игнорирование реальности, запрет на установление фактов. — Подтверждаю. Отравление Литвиненко. Ничего не доказано. Дело Скрипалей. До сих пор ничего не известно. Химические атаки в Сирии. В сознание вносится, что ничего подобного. Отравление берлинского пациента. Отравление «Новичком» Ложь, ложь, ложь. Расследование Навального про Президента. Ложь. Хоть одно иносми сказало, что ой ребята неловко поучилось? — Можно часа три излагать результаты этой деятельности. В принципе разбор материала должен стать содержанием работы на наших факультетах журналистики, политологии.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
6. «

   Поколенческий сдвиг существует. Люди обретают мировоззрение... Серьезные исследователи, не психологи какие-то, а те, кто думали о сущности человека, утверждали, что становление человека завершается к 28-33 годам. Тогда человек получает право суждения.

   Поколенческий сдвиг существует. Люди обретают мировоззрение... Серьезные исследователи, не психологи какие-то, а те, кто думали о сущности человека, утверждали, что становление человека завершается к 28-33 годам. Тогда человек получает право суждения.
7. «

   Новый дивный мир... Я утверждаю, что единственное спасение и способ выживания в этом мире — это развитие собственного понимания.

   Новый дивный мир... Я утверждаю, что единственное спасение и способ выживания в этом мире — это развитие собственного понимания.
8. «

   Понятие дурака — это же не в том, что ты глупый... Для этого есть другое слово. Дурак — это тот, который думает, что он умнее тебя. Безосновательно! А ты знаешь, что он так думает и хочет тебя обмануть. Вот он дурак! В очевидной ситуации он действует, как будто это хитрый тайный план! Вот понятие дурака.

   Понятие дурака — это же не в том, что ты глупый... Для этого есть другое слово. Дурак — это тот, который думает, что он умнее тебя. Безосновательно! А ты знаешь, что он так думает и хочет тебя обмануть. Вот он дурак! В очевидной ситуации он действует, как будто это хитрый тайный план! Вот понятие дурака.
9. «

   Мы тысячу лет войну ведем. Это наше культурно-генетическое знание. Мы в этом смысле страна, которая обороняется тысячу лет. И кстати, обороняясь, умудрялась приращать территории. И мы прекрасно знаем, что война никогда не прекращалась. Да, у нас были периоды слабоумия. Но мы это преодолели.

   Мы тысячу лет войну ведем. Это наше культурно-генетическое знание. Мы в этом смысле страна, которая обороняется тысячу лет. И кстати, обороняясь, умудрялась приращать территории. И мы прекрасно знаем, что война никогда не прекращалась. Да, у нас были периоды слабоумия. Но мы это преодолели.
10. «

    В результате нашего разговора мы один разумный повод для этой встречи (Путина и Байдена) нащупали. Если у нас будет взаимопонимание по поводу того, что мы работаем на замедление процесса деградации, то это уже нормально. Да, мы не можем изменить деградацию, кризис настолько глубок и системен, что мы пока не знаем, как его остановить. Мы понимаем, что он может привести к большой катастрофе. Но мы исходим из того, что пусть он ведет к ней помедленнее. Вдруг мы за это время что-нибудь придумаем.

    В результате нашего разговора мы один разумный повод для этой встречи (Путина и Байдена) нащупали. Если у нас будет взаимопонимание по поводу того, что мы работаем на замедление процесса деградации, то это уже нормально. Да, мы не можем изменить деградацию, кризис настолько глубок и системен, что мы пока не знаем, как его остановить. Мы понимаем, что он может привести к большой катастрофе. Но мы исходим из того, что пусть он ведет к ней помедленнее. Вдруг мы за это время что-нибудь придумаем.
11. «

    НАТО — это механизм оккупации, оккупационные силы. Это не военная организация. Военная организация в Европе — это главное американское командование. И они занимаются своим делом. Если проводить аналогии со второй мировой войной, то те, кто шлялись в тылу немецких войск — зондер-команды, это должно было быть сделано из НАТО. Как оккупационная сила, НАТО двинулось и на пост-советское пространство. В настоящее время НАТО потеряло смысл как оккупационный механизм.

    НАТО — это механизм оккупации, оккупационные силы. Это не военная организация. Военная организация в Европе — это главное американское командование. И они занимаются своим делом. Если проводить аналогии со второй мировой войной, то те, кто шлялись в тылу немецких войск — зондер-команды, это должно было быть сделано из НАТО. Как оккупационная сила, НАТО двинулось и на пост-советское пространство. В настоящее время НАТО потеряло смысл как оккупационный механизм.
12. «

    Культура – это то, что обеспечивает нам воспроизводство человеческого существования через трансляцию культурных норм и образцов от поколения к поколению. Внутри культуры и только за счет культуры осуществляется преемственность поколений и воспроизводство малых и больших культурно-исторических общностей, включая такие как народ и нация. Таким образом, культура обеспечивает народам возможность существования в истории. Народ существует до тех пор, пока он творит свою культуру и принадлежит ей.

    Культура – это то, что обеспечивает нам воспроизводство человеческого существования через трансляцию культурных норм и образцов от поколения к поколению. Внутри культуры и только за счет культуры осуществляется преемственность поколений и воспроизводство малых и больших культурно-исторических общностей, включая такие как народ и нация. Таким образом, культура обеспечивает народам возможность существования в истории. Народ существует до тех пор, пока он творит свою культуру и принадлежит ей.

    — Тимофей Сергейцев · книга
13. «

    В том случае, если ты признаешь другого равным себе, никакая толерантность не нужна. Нужно всего лишь признать его право иметь свою точку зрения. Толерантность нужна расисту.

    В том случае, если ты признаешь другого равным себе, никакая толерантность не нужна. Нужно всего лишь признать его право иметь свою точку зрения. Толерантность нужна расисту.
14. «

    Теперь — о принципиальном, отталкиваясь от фразы про цивилизацию. А это не наша цивилизация. Которая гибнет. Это их цивилизация. Наша цивилизация, русская, многонациональная, много-религиозная, которую мы тыщу лет строили и благодаря советском проекту построили, потому что он был замыкающим в этом цивилизационном строительстве, это другая цивилизация. Не их. А у них — своя. И она — в кризисе. И что они хотят, пусть с ней и делают. Из обще-гуманистических и православных убеждений я могу высказать сожаление. Но принять их кризис как собственный — ну извините, как говорили в детстве — фигу. У меня свои проблемы, зачем мне еще ваши. Если мы понимаем, что разница цивилизационная, тогда из этой точки надо выстраивать все вопросы с отношениями и всем остальным. Если сказать несколько слов об их цивилизации. Там — стремление к мировому господству. Америка не сможет воспроизвестись, отказавшись от этого проекта. Существовать этому проекту, с их точки зрения, мешает Россия. Потому что Россия — альтернатива. В нашу цивилизацию может встроиться любой кто захочет. Западная цивилизация легко может встроиться в нашу, но мы в их — никогда. В этом — культурно-историческая проблема.

    Теперь — о принципиальном, отталкиваясь от фразы про цивилизацию. А это не наша цивилизация. Которая гибнет. Это их цивилизация. Наша цивилизация, русская, многонациональная, много-религиозная, которую мы тыщу лет строили и благодаря советском проекту построили, потому что он был замыкающим в этом цивилизационном строительстве, это другая цивилизация. Не их. А у них — своя. И она — в кризисе. И что они хотят, пусть с ней и делают. Из обще-гуманистических и православных убеждений я могу высказать сожаление. Но принять их кризис как собственный — ну извините, как говорили в детстве — фигу. У меня свои проблемы, зачем мне еще ваши. Если мы понимаем, что разница цивилизационная, тогда из этой точки надо выстраивать все вопросы с отношениями и всем остальным. Если сказать несколько слов об их цивилизации. Там — стремление к мировому господству. Америка не сможет воспроизвестись, отказавшись от этого проекта. Существовать этому проекту, с их точки зрения, мешает Россия. Потому что Россия — альтернатива. В нашу цивилизацию может встроиться любой кто захочет. Западная цивилизация легко может встроиться в нашу, но мы в их — никогда. В этом — культурно-историческая проблема.
15. «

    Интересный разговор, вот... Правда, бессмысленный абсолютно.

    Интересный разговор, вот... Правда, бессмысленный абсолютно.
16. «

    Как говорится в Уголовном кодексе? Незнание закона не освобождает от ответственности! Тем более, незнание истории не освобождает от исторической ответственности!

    Как говорится в Уголовном кодексе? Незнание закона не освобождает от ответственности! Тем более, незнание истории не освобождает от исторической ответственности!
17. «

    В чем нерв ситуации? В чем её историчность? Потому что в историчность точно заходит и парад, и предстоящее голосование. Оно не случайно. Оно исторично. Один из нервов ситуации — впервые сложилась такая ситуация, что Западу нечего нам сказать. А нам нечего там слушать. Впервые с того момента, как разделилось католичество и православие. Мы всегда умели слушать. Но сейчас им нечего нам сказать. И Фукуяма — пример. Он говорит о том, что проблема — системная, при этом он говорит, что демократия и американские институты по-прежнему сильны, при этом один Трамп разрушил нечто невероятно сильное. <...> Он не может сделать то, что мы от него хотим — глянуть на своё прошлое, прошлое своей страны. Он не может сказать, что дело не в Трампе, и даже не в долге, <...> а вообще-то элитные группировки Америки сошлись в смертельной борьбе за власть, малые группы, в условиях ресурса, которого больше нет, и который нельзя делить договоренностью, «распилом». Поэтому схватка смертельна. И они будут драться до той поры, пока одна не подчинит другую. Потому что по-другому американская история государства не предполагает вообще. Остаться должен только один.

    В чем нерв ситуации? В чем её историчность? Потому что в историчность точно заходит и парад, и предстоящее голосование. Оно не случайно. Оно исторично. Один из нервов ситуации — впервые сложилась такая ситуация, что Западу нечего нам сказать. А нам нечего там слушать. Впервые с того момента, как разделилось католичество и православие. Мы всегда умели слушать. Но сейчас им нечего нам сказать. И Фукуяма — пример. Он говорит о том, что проблема — системная, при этом он говорит, что демократия и американские институты по-прежнему сильны, при этом один Трамп разрушил нечто невероятно сильное. <...> Он не может сделать то, что мы от него хотим — глянуть на своё прошлое, прошлое своей страны. Он не может сказать, что дело не в Трампе, и даже не в долге, <...> а вообще-то элитные группировки Америки сошлись в смертельной борьбе за власть, малые группы, в условиях ресурса, которого больше нет, и который нельзя делить договоренностью, «распилом». Поэтому схватка смертельна. И они будут драться до той поры, пока одна не подчинит другую. Потому что по-другому американская история государства не предполагает вообще. Остаться должен только один.
18. «

    Речь Байдена. Там знаковые вещи. Демократия в Америке победила. Это попытка применить фиговый листок к костюму, который развалился. Сказал о единстве. Это хорошо. Теперь нужно бороться с белым расизмом и внутренним терроризмом. И это укрепит единство, как я понимаю. У меня нет никакого пессимизма в отношении Америки. Я последовательно и много лет отстаиваю точку зрения, что исторически этот системный кризис в Америке предопределен, и примерно понятны стадии его разворачивания. Трамп случайно проскочил в президенты, и подарил Америке и миру 4 года, затормозив кризисные процессы. Основное содержание будущей политики Америки — репрессии. Если системно представить, как будет разворачиваться дальше, можно сказать: они подошли к пику идеологического кризиса. С идолом демократии — проблемы. Он оказался фальшивым. Нужно будет все больше врать, замещая идеологический кризис. Следующий слой кризиса будет еще тяжелее. Это слой экономический. Там до пика еще не дошли. Но дойдут, вероятно в течение года. Государство существует на 50% своего бюджета из долговой эмиссии. Если кто-то скажет, что это экономически обустроенное хозяйство — я брошу в него камень. Третий слой кризиса — вооруженные силы. В результате предыдущих слоев кризиса эта сила обанкротится. Здесь встанет вопрос о реальной военной силе Америки. Пока есть иллюзии, что авианосцами, бомбами морпехами можно решить любую проблему, даже рухнувшего доллара, они ни к чему новому не перейдут. Когда поймут, что военная сила недееспособна, встанет вопрос что делать дальше.

    Речь Байдена. Там знаковые вещи. Демократия в Америке победила. Это попытка применить фиговый листок к костюму, который развалился. Сказал о единстве. Это хорошо. Теперь нужно бороться с белым расизмом и внутренним терроризмом. И это укрепит единство, как я понимаю. У меня нет никакого пессимизма в отношении Америки. Я последовательно и много лет отстаиваю точку зрения, что исторически этот системный кризис в Америке предопределен, и примерно понятны стадии его разворачивания. Трамп случайно проскочил в президенты, и подарил Америке и миру 4 года, затормозив кризисные процессы. Основное содержание будущей политики Америки — репрессии. Если системно представить, как будет разворачиваться дальше, можно сказать: они подошли к пику идеологического кризиса. С идолом демократии — проблемы. Он оказался фальшивым. Нужно будет все больше врать, замещая идеологический кризис. Следующий слой кризиса будет еще тяжелее. Это слой экономический. Там до пика еще не дошли. Но дойдут, вероятно в течение года. Государство существует на 50% своего бюджета из долговой эмиссии. Если кто-то скажет, что это экономически обустроенное хозяйство — я брошу в него камень. Третий слой кризиса — вооруженные силы. В результате предыдущих слоев кризиса эта сила обанкротится. Здесь встанет вопрос о реальной военной силе Америки. Пока есть иллюзии, что авианосцами, бомбами морпехами можно решить любую проблему, даже рухнувшего доллара, они ни к чему новому не перейдут. Когда поймут, что военная сила недееспособна, встанет вопрос что делать дальше.
19. «

    А теперь — про эсминец. Я когда вчера это посмотрел, у меня стояла эта фраза, что главный кризис заключается в том, что ( и это сказано на конференции) уходит западно-центричная система мира. Эсминец — фантастическое воплощение этого ухода.

    А теперь — про эсминец. Я когда вчера это посмотрел, у меня стояла эта фраза, что главный кризис заключается в том, что ( и это сказано на конференции) уходит западно-центричная система мира. Эсминец — фантастическое воплощение этого ухода.
20. «

    Теперь вернемся к самому важному моменту. Мы — часть или не часть Запада, и как перестать быть частью. Безусловно, Российская цивилизация частью человечества является. Но Российская цивилизация не является частью Западной цивилизации. И первое, что мы должны непременно делать — это полагать себя как других. Идеология не тождественна вере, миф не тождественен идеологии. Чем лучше мы различаем эти понятия, тем мощнее наше мышление. Поэтому первое — раз-отождествиться с Западом, положить себя как другое. Для этого нужна вся наша история. Сначала нам отказывали в том, что у нас была история. Спор Пушкина с Чаадаевым — именно об этом. Чаадаев отказывал нам в праве иметь свою историю. Пушкин утверждал, что у нас есть история. Потом было хитрее. Нам сказали: ладно, есть у вас история. Но она отсталая. Надо понять, в какой момент мы приняли эту идею, и до сих пор она у нас работает. Что есть исторический локомотив, это западная цивилизация, а все остальные догоняют и очень неумело копируют. До тех пор, пока кто-то собирается обсуждать, что мы хотим и должны кого-то догнать, считайте — всё.

    Теперь вернемся к самому важному моменту. Мы — часть или не часть Запада, и как перестать быть частью. Безусловно, Российская цивилизация частью человечества является. Но Российская цивилизация не является частью Западной цивилизации. И первое, что мы должны непременно делать — это полагать себя как других. Идеология не тождественна вере, миф не тождественен идеологии. Чем лучше мы различаем эти понятия, тем мощнее наше мышление. Поэтому первое — раз-отождествиться с Западом, положить себя как другое. Для этого нужна вся наша история. Сначала нам отказывали в том, что у нас была история. Спор Пушкина с Чаадаевым — именно об этом. Чаадаев отказывал нам в праве иметь свою историю. Пушкин утверждал, что у нас есть история. Потом было хитрее. Нам сказали: ладно, есть у вас история. Но она отсталая. Надо понять, в какой момент мы приняли эту идею, и до сих пор она у нас работает. Что есть исторический локомотив, это западная цивилизация, а все остальные догоняют и очень неумело копируют. До тех пор, пока кто-то собирается обсуждать, что мы хотим и должны кого-то догнать, считайте — всё.