143 цитаты Джерома Дэвида Сэлинджера

Джером Дэвид Сэлинджер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 143 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я параноик наоборот. Я подозреваю, что люди вступают в сговор, чтобы сделать меня счастливым.

   Я параноик наоборот. Я подозреваю, что люди вступают в сговор, чтобы сделать меня счастливым.

   — Выше стропила, плотники · книга
2. «

   Я не могу честно и тайно молиться какому-нибудь милому, божественному слюнтяю, чтобы он явился и убрал за мной всё, что я тут натворил; при одной мысли об этом меня наизнанку выворачивает.

   Я не могу честно и тайно молиться какому-нибудь милому, божественному слюнтяю, чтобы он явился и убрал за мной всё, что я тут натворил; при одной мысли об этом меня наизнанку выворачивает.
3. «

   Нет, я сейчас вовсе не мучаюсь из-за какой-то вины, но всё же вина есть вина. От неё не уйдешь. Её стереть невозможно. Уверен, что её даже трудно понять как следует — слишком глубоко она ушла корнями в нашу личную, издавна накопившуюся карму. И когда я это чувствую, то меня спасает мысль, что чувство вины — только незавершенное познание. Но эта незавершенность вовсе ничему не препятствует. Трудно только извлечь пользу из чувства вины, прежде чем оно тебя не доконает.

   Нет, я сейчас вовсе не мучаюсь из-за какой-то вины, но всё же вина есть вина. От неё не уйдешь. Её стереть невозможно. Уверен, что её даже трудно понять как следует — слишком глубоко она ушла корнями в нашу личную, издавна накопившуюся карму. И когда я это чувствую, то меня спасает мысль, что чувство вины — только незавершенное познание. Но эта незавершенность вовсе ничему не препятствует. Трудно только извлечь пользу из чувства вины, прежде чем оно тебя не доконает.

   — Бадди · книга
4. «

   Брачующиеся должны служить друг другу. Поднимать, поддерживать, учить, укреплять друг друга, но более всего служить друг другу. Воспитывать детей честно, любовно и бережно. Дитя — гость в доме, его надо любить, но не властвовать над ним, ибо оно принадлежит Богу.

   Брачующиеся должны служить друг другу. Поднимать, поддерживать, учить, укреплять друг друга, но более всего служить друг другу. Воспитывать детей честно, любовно и бережно. Дитя — гость в доме, его надо любить, но не властвовать над ним, ибо оно принадлежит Богу.

   — Выше стропила, плотники · книга
5. «

   Больше всего мне хотелось покончить с собой. Выскочить в окно. Я, наверно, и выскочил бы, если б я знал, что кто-нибудь сразу подоспеет и прикроет меня, как только я упаду. Не хотелось, чтобы какие-то любопытные идиоты смотрели, как я лежу весь в крови.

   Больше всего мне хотелось покончить с собой. Выскочить в окно. Я, наверно, и выскочил бы, если б я знал, что кто-нибудь сразу подоспеет и прикроет меня, как только я упаду. Не хотелось, чтобы какие-то любопытные идиоты смотрели, как я лежу весь в крови.

   — Над пропастью во ржи · книга
6. «

   — Почему ты не хочешь жениться? — Я слишком люблю ездить в поезде. Стоит только жениться, и ты уже никогда в жизни не сможешь сидеть у окошка.

   — Почему ты не хочешь жениться? — Я слишком люблю ездить в поезде. Стоит только жениться, и ты уже никогда в жизни не сможешь сидеть у окошка.

   — Фрэнни и Зуи · книга
7. «

   Нью-Йорк вообще страшный, когда ночью пусто и кто-то гогочет.

   Нью-Йорк вообще страшный, когда ночью пусто и кто-то гогочет.

   — Над пропастью во ржи · книга
8. «

   Христос мне, в общем, нравится, но вся остальная муть в Библии — не особенно. Взять, например, апостолов. Меня они раздражают до чертиков. Конечно, когда Христос умер, они вели себя ничего, но пока он жил, ему от них было пользы, как от дыры в башке. Все время они его подводили.

   Христос мне, в общем, нравится, но вся остальная муть в Библии — не особенно. Взять, например, апостолов. Меня они раздражают до чертиков. Конечно, когда Христос умер, они вели себя ничего, но пока он жил, ему от них было пользы, как от дыры в башке. Все время они его подводили.

   — Холден Колфилд · книга
9. «

   — А с кем у Стрэдлейтера свидание? — спросил он. Он всегда выспрашивает, с кем Стрэдлейтер водится, хотя он его ненавидит. — Не знаю. А тебе что? — Просто так. Не терплю эту сволочь. Вот уж не терплю! — А он тебя обожает! Сказал, что ты настоящий принц! — говорю. Я часто говорю кому-нибудь, что он — настоящий принц. Вообще я часто валяю дурака, мне тогда не так скучно.

   — А с кем у Стрэдлейтера свидание? — спросил он. Он всегда выспрашивает, с кем Стрэдлейтер водится, хотя он его ненавидит. — Не знаю. А тебе что? — Просто так. Не терплю эту сволочь. Вот уж не терплю! — А он тебя обожает! Сказал, что ты настоящий принц! — говорю. Я часто говорю кому-нибудь, что он — настоящий принц. Вообще я часто валяю дурака, мне тогда не так скучно.

   — Над пропастью во ржи · книга
10. «

    Господи, до чего я ненавижу эту привычку — вопить вдогонку «счастливого пути». У меня от этого настроение портится.

    Господи, до чего я ненавижу эту привычку — вопить вдогонку «счастливого пути». У меня от этого настроение портится.

    — Холден Колфилд · книга
11. «

    Холден сообщил, что на большом пальце перчатки было то, чего он раньше не видел, и вообще, что бы это ни было, он это скопировал. Это были строчки Браунинга: «О нет, смерть не завяжет мне глаза и не прикажет усмириться».

    Холден сообщил, что на большом пальце перчатки было то, чего он раньше не видел, и вообще, что бы это ни было, он это скопировал. Это были строчки Браунинга: «О нет, смерть не завяжет мне глаза и не прикажет усмириться».

    — Океан, полный шаров для боулинга · книга
12. «

    В буддийской легенде секты Дзен рассказывается, как одного учителя спросили, что самое ценное на свете, и тот ответил — дохлая кошка, потому что ей цены нет.

    В буддийской легенде секты Дзен рассказывается, как одного учителя спросили, что самое ценное на свете, и тот ответил — дохлая кошка, потому что ей цены нет.

    — Выше стропила, плотники · книга
13. «

    Почему людям кажется, что все имеет границы? Да просто потому, что большинство людей не умеет смотреть на вещи иначе... А сами вещи тут ни при чем.

    Почему людям кажется, что все имеет границы? Да просто потому, что большинство людей не умеет смотреть на вещи иначе... А сами вещи тут ни при чем.

    — Тедди · книга
14. «

    Человек он был утонченный, но пил как лошадь.

    Человек он был утонченный, но пил как лошадь.

    — Над пропастью во ржи · книга
15. «

    Перед тем как вступить с кем-то в брак, убедись, что смеётесь над одним и тем же.

    Перед тем как вступить с кем-то в брак, убедись, что смеётесь над одним и тем же.
16. «

    Когда солнце светит, еще не так плохо, но солнце-то светит, только когда ему вздумается.

    Когда солнце светит, еще не так плохо, но солнце-то светит, только когда ему вздумается.

    — Холден Колфилд · книга
17. «

    Все вы, школьные ничтожества, одним миром мазаны. Жесткие, как гвозди. Это, брат, не простые черные моллинезии. Это родные существа.

    Все вы, школьные ничтожества, одним миром мазаны. Жесткие, как гвозди. Это, брат, не простые черные моллинезии. Это родные существа.

    — Зуи · книга
18. «

    Вечно я говорю «очень приятно с вами познакомиться», когда мне ничуть не приятно. Но если хочешь жить с людьми, приходится говорить всякое.

    Вечно я говорю «очень приятно с вами познакомиться», когда мне ничуть не приятно. Но если хочешь жить с людьми, приходится говорить всякое.

    — Холден · книга
19. «

    Слишком высокопарно говорить (но как раз я — именно тот человек, который это скажет), что не зря я — брат брату моему и поэтому знаю — не всегда, но все-таки знаю, — что из всех моих дел нет ничего важнее моих занятий в этой ужасной триста седьмой аудитории. И нет там ни одной девицы, включая и Грозную Мисс Цабель, которая не была бы мне такой же сестрой, как Бу-Бу или Фрэнни. Быть может, в них светится бескультурье всех веков, но все же в них что-то светится. Меня вдруг огорошила странная мысль: нет сейчас на свете ни одного места, куда бы мне больше хотелось пойти, чем в триста седьмую аудиторию. Симор как-то сказал, что всю жизнь мы только то и делаем, что переходим с одного маленького участка Святой Земли на другой. Неужели он никогда не ошибался?

    Слишком высокопарно говорить (но как раз я — именно тот человек, который это скажет), что не зря я — брат брату моему и поэтому знаю — не всегда, но все-таки знаю, — что из всех моих дел нет ничего важнее моих занятий в этой ужасной триста седьмой аудитории. И нет там ни одной девицы, включая и Грозную Мисс Цабель, которая не была бы мне такой же сестрой, как Бу-Бу или Фрэнни. Быть может, в них светится бескультурье всех веков, но все же в них что-то светится. Меня вдруг огорошила странная мысль: нет сейчас на свете ни одного места, куда бы мне больше хотелось пойти, чем в триста седьмую аудиторию. Симор как-то сказал, что всю жизнь мы только то и делаем, что переходим с одного маленького участка Святой Земли на другой. Неужели он никогда не ошибался?

    — Симор: Введение · книга
20. «

    Мальчишек нужно учить презирать войну, чтобы они смеялись, глядя на картинки в учебниках истории. Если бы немецкие парни презирали насилие, Гитлеру пришлось бы самому вязать себе душегрейки.

    Мальчишек нужно учить презирать войну, чтобы они смеялись, глядя на картинки в учебниках истории. Если бы немецкие парни презирали насилие, Гитлеру пришлось бы самому вязать себе душегрейки.

    — День перед прощанием · книга