361 цитата Джоанна Харриса для тех, кто любит думать

Ниже 361 цитата Джоанна Харриса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда его спрашивают, чем он объясняет такой впечатляющий триумф, он отвечает: «Обычным везением. – Он лукаво улыбается нашему корреспонденту. – И конечно, капелькой волшебства».

   Когда его спрашивают, чем он объясняет такой впечатляющий триумф, он отвечает: «Обычным везением. – Он лукаво улыбается нашему корреспонденту. – И конечно, капелькой волшебства».

   — Ежевичное вино · книга
2. «

   Взрослые порой скрывают свои знания от детей, пытаясь их защитить. Но иногда получается, что они защищают не столько ребенка, сколько самих себя — от последствий этих знаний и умений.

   Взрослые порой скрывают свои знания от детей, пытаясь их защитить. Но иногда получается, что они защищают не столько ребенка, сколько самих себя — от последствий этих знаний и умений.

   — Леденцовые Туфельки · книга
3. «

   А умников, как известно, нигде особенно не любят, поскольку они вызывают подозрения и не вписываются в общие рамки.

   А умников, как известно, нигде особенно не любят, поскольку они вызывают подозрения и не вписываются в общие рамки.

   — Евангелие от Локи · книга
4. «

   Ведь писать историю и создавать Историю – вещи невероятно близкие, и расстояние между ними не больше волоса или толщины книжной страницы.

   Ведь писать историю и создавать Историю – вещи невероятно близкие, и расстояние между ними не больше волоса или толщины книжной страницы.

   — Локи · книга
5. «

   Говорят, что исповедь лечит душу, и с течением времени я приобрела привычку исповедоваться. Конечно, онлайн гораздо проще: нет ни священника, ни наказания, есть только экран компьютера и абсолют той клавиши с названием Delete.

   Говорят, что исповедь лечит душу, и с течением времени я приобрела привычку исповедоваться. Конечно, онлайн гораздо проще: нет ни священника, ни наказания, есть только экран компьютера и абсолют той клавиши с названием Delete.

   — Albertine · книга
6. «

   Единственная отдушина — это мой сад, и я изливаю на усы дикой земляники то мстительное чувство, которое не могу направить на своих мучителей в человеческом обличье.

   Единственная отдушина — это мой сад, и я изливаю на усы дикой земляники то мстительное чувство, которое не могу направить на своих мучителей в человеческом обличье.

   — Рейно · книга
7. «

   Первый шаг — всегда самый трудный.

   Первый шаг — всегда самый трудный.

   — Джентльмены и игроки · книга
8. «

   Нет ничего более печального, чем пустой дом.

   Нет ничего более печального, чем пустой дом.

   — Леденцовые Туфельки · книга
9. «

   Все вы одинаковые. Вы считаете, что пост заставляет больше думать о Боге, тогда как любой человек, умеющий готовить, сразу вам скажет: любой пост заставляет человека думать только о еде.

   Все вы одинаковые. Вы считаете, что пост заставляет больше думать о Боге, тогда как любой человек, умеющий готовить, сразу вам скажет: любой пост заставляет человека думать только о еде.

   — Персики для месье кюре · книга
10. «

    Мне кажется, духи и привидения — это просто люди с незаконченными жизненными историями, которые им непременно нужно рассказать всему миру. Возможно для этого они и пытаются вернуться обратно.

    Мне кажется, духи и привидения — это просто люди с незаконченными жизненными историями, которые им непременно нужно рассказать всему миру. Возможно для этого они и пытаются вернуться обратно.

    — Розетт · книга
11. «

    Маленькая лесть всегда попадает в цель.

    Маленькая лесть всегда попадает в цель.

    — Леденцовые Туфельки · книга
12. «

    Я поняла, что жизнь — это не кино. Можно всю жизнь прождать прекрасного принца, а он так и не появится. Или взять то, что есть, и немножко улучшить.

    Я поняла, что жизнь — это не кино. Можно всю жизнь прождать прекрасного принца, а он так и не появится. Или взять то, что есть, и немножко улучшить.

    — Чай с птицами · книга
13. «

    До чего же мне хотелось стать наконец свободной! По-настоящему свободной — нам этого никогда не удавалось сделать. Жить там, где хочется, на одном месте, и, чувствуя порывы ветра, не обращать внимания на его зов.

    До чего же мне хотелось стать наконец свободной! По-настоящему свободной — нам этого никогда не удавалось сделать. Жить там, где хочется, на одном месте, и, чувствуя порывы ветра, не обращать внимания на его зов.

    — Вианн Роше · книга
14. «

    Прошлое... прошлое никогда не кончается. Мы тащим его за собой повсюду, точно бродячая собака консервную банку, привязаную к ее хвосту хулиганами. И если попытаться убежать от прошлого, оно загремит еще сильнее. И будет греметь пока не сведет тебя с ума.

    Прошлое... прошлое никогда не кончается. Мы тащим его за собой повсюду, точно бродячая собака консервную банку, привязаную к ее хвосту хулиганами. И если попытаться убежать от прошлого, оно загремит еще сильнее. И будет греметь пока не сведет тебя с ума.

    — Мальчик с голубыми глазами · книга
15. «

    Отрешись от себя, если можешь, сказала бы она мне. Забудь, кто ты есть. Не вспоминай, пока хватает сил. Но однажды, девочка моя, однажды оно тебя настигнет.

    Отрешись от себя, если можешь, сказала бы она мне. Забудь, кто ты есть. Не вспоминай, пока хватает сил. Но однажды, девочка моя, однажды оно тебя настигнет.

    — Вианн Роше · книга
16. «

    Поскольку я был воспитан воинствующей католичкой, основу моего воспитания составлял миф о человеческой вине и божественном правосудии, так что мне и в голову не приходило, что преступник может остаться безнаказанным.

    Поскольку я был воспитан воинствующей католичкой, основу моего воспитания составлял миф о человеческой вине и божественном правосудии, так что мне и в голову не приходило, что преступник может остаться безнаказанным.

    — Нарсис · книга
17. «

    Ничего абсолютно неприступного не существует.

    Ничего абсолютно неприступного не существует.

    — Леденцовые Туфельки · книга
18. «

    Все люди разные. И некоторые просто более разные, чем другие.

    Все люди разные. И некоторые просто более разные, чем другие.

    — Розетт · книга
19. «

    Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

    Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

    — Пять четвертинок апельсина · книга
20. «

    Дикая земляника повсюду рассылает свои побеги, и каждый из них становится как бы ее форпостом, с которого впоследствии продолжится дальнейшее вторжение.

    Дикая земляника повсюду рассылает свои побеги, и каждый из них становится как бы ее форпостом, с которого впоследствии продолжится дальнейшее вторжение.

    — Рейно · книга