134 цитаты Джоджо Мойеса — избранное

Ниже 134 цитаты Джоджо Мойеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   – Всё будет хорошо, моя дорогая девочка. Просто верь. – Я не верю в Бога. – Она сама не поняла, почему эти слова прозвучали с такой горечью. – А я говорю не о Боге. Я просто верю тому, что иногда судьба готовит нам будущее, которое мы даже не можем представить. И чтобы помочь ей, мы просто должны верить в хорошее.

   – Всё будет хорошо, моя дорогая девочка. Просто верь. – Я не верю в Бога. – Она сама не поняла, почему эти слова прозвучали с такой горечью. – А я говорю не о Боге. Я просто верю тому, что иногда судьба готовит нам будущее, которое мы даже не можем представить. И чтобы помочь ей, мы просто должны верить в хорошее.

   — Вилла «Аркадия» · книга
2. «

   Было здорово повидать стариков и все такое, но через пару недель мне уже не терпелось вернуться в Нью-Йорк. Это не город, а эпическая поэма.

   Было здорово повидать стариков и все такое, но через пару недель мне уже не терпелось вернуться в Нью-Йорк. Это не город, а эпическая поэма.

   — Натан · книга
3. «

   За свои семьдесят с лишним лет я усвоила одно правило. Если акула собралась напасть на тебя, хочешь остаться в живых – делай все, что можешь.

   За свои семьдесят с лишним лет я усвоила одно правило. Если акула собралась напасть на тебя, хочешь остаться в живых – делай все, что можешь.

   — Серебристая бухта · книга
4. «

   Когда ты ешь, то отдаешься этому переживанию целиком. Когда мы с тобой ужинали в первый раз, я смотрел на тебя и мечтал, чтобы ты с такой же радостью отдавалась мне.

   Когда ты ешь, то отдаешься этому переживанию целиком. Когда мы с тобой ужинали в первый раз, я смотрел на тебя и мечтал, чтобы ты с такой же радостью отдавалась мне.

   — Энтони · книга
5. «

   Сочетание стресса и разбитого сердца способно наносить непоправимый вред душевному спокойствию, но, боже, как благотворно оно сказывается на фигуре.

   Сочетание стресса и разбитого сердца способно наносить непоправимый вред душевному спокойствию, но, боже, как благотворно оно сказывается на фигуре.

   — Вилла «Аркадия» · книга
6. «

   К счастью, дети склонны жить одним днем.

   К счастью, дети склонны жить одним днем.

   — Серебристая бухта · книга
7. «

   Он подождал, пока она перестанет плакать, вернулся на свое место и заказал горячее какао с шоколадной стружкой и дополнительными сливками. — Лечит все известные болезни, — он подвинул к ней какао. — Можешь мне поверить. Я знаю.

   Он подождал, пока она перестанет плакать, вернулся на свое место и заказал горячее какао с шоколадной стружкой и дополнительными сливками. — Лечит все известные болезни, — он подвинул к ней какао. — Можешь мне поверить. Я знаю.

   — Один плюс один · книга
8. «

   Дорога из царства скорби никогда не бывает прямой. Будут хорошие дни, будут плохие дни. Сегодня просто был плохой день, изгиб той самой дороги, который надо пройти и постараться не заблудиться.

   Дорога из царства скорби никогда не бывает прямой. Будут хорошие дни, будут плохие дни. Сегодня просто был плохой день, изгиб той самой дороги, который надо пройти и постараться не заблудиться.

   — Луиза Кларк · книга
9. «

   ... уныние – это грех и только труд поможет справиться с депрессией.

   ... уныние – это грех и только труд поможет справиться с депрессией.

   — Луиза Кларк · книга
10. «

    Легче приглушить эмоции, загнать их внутрь, чем переживать снова и снова.

    Легче приглушить эмоции, загнать их внутрь, чем переживать снова и снова.

    — Вилла «Аркадия» · книга
11. «

    Некоторые ошибки...просто имеют больше последствий чем другие.

    Некоторые ошибки...просто имеют больше последствий чем другие.

    — До встречи с тобой · книга
12. «

    Узнать человека можно, только увидев его в кругу родных.

    Узнать человека можно, только увидев его в кругу родных.

    — Найкол · книга
13. «

    – Почему ты вправе разрушить мою жизнь? – хотелось спросить мне. – Почему я должна молчать насчет твоей?

    – Почему ты вправе разрушить мою жизнь? – хотелось спросить мне. – Почему я должна молчать насчет твоей?

    — Луиза Кларк · книга
14. «

    Как можно жить, считая дни до собственной смерти?

    Как можно жить, считая дни до собственной смерти?

    — Луиза Кларк · книга
15. «

    Возможно, я подхожу своей семье не так идеально, как вы – круглые колышки в идеально круглых лунках. В нашей семье колышки и лунки приходится обстругивать, потому что раньше они стояли в других местах и к тому же их заклинило и они слегка покосились. Но дело вот в чем. Я кое-что понял, когда папа сел и сказал, что рад меня видеть, и у него увлажнились глаза: да, мой отец козел, но он мой козел, и другого козла у меня нет. И, ощущая тяжесть ладони Джесс, когда она сидела у моей больничной койки, слушая, как она пытается не расплакаться в трубку при мысли о том, чтобы оставить меня здесь, и глядя, как моя младшая сестра, которая изо всех сил храбрится насчет этой истории со школой, хотя даже мне понятно, что ее мир рухнул, я понял, что в мире есть место, где я свой.

    Возможно, я подхожу своей семье не так идеально, как вы – круглые колышки в идеально круглых лунках. В нашей семье колышки и лунки приходится обстругивать, потому что раньше они стояли в других местах и к тому же их заклинило и они слегка покосились. Но дело вот в чем. Я кое-что понял, когда папа сел и сказал, что рад меня видеть, и у него увлажнились глаза: да, мой отец козел, но он мой козел, и другого козла у меня нет. И, ощущая тяжесть ладони Джесс, когда она сидела у моей больничной койки, слушая, как она пытается не расплакаться в трубку при мысли о том, чтобы оставить меня здесь, и глядя, как моя младшая сестра, которая изо всех сил храбрится насчет этой истории со школой, хотя даже мне понятно, что ее мир рухнул, я понял, что в мире есть место, где я свой.

    — Никки · книга
16. «

    Жизнь состоит не из одних только побед.

    Жизнь состоит не из одних только побед.

    — Девушка, которую ты покинул · книга
17. «

    Ее мнение по умолчанию застряло на «отклонить».

    Ее мнение по умолчанию застряло на «отклонить».

    — Луиза Кларк · книга
18. «

    — Они жили долго и счастливо, — закончила Наташа, вспомнив фотографию. Фото женщины, которую любили. — Шутите? — Джон бросил на нее испепеляющий взгляд. — Кто, к чертям, живет долго и счастливо?

    — Они жили долго и счастливо, — закончила Наташа, вспомнив фотографию. Фото женщины, которую любили. — Шутите? — Джон бросил на нее испепеляющий взгляд. — Кто, к чертям, живет долго и счастливо?

    — Танцующая с лошадьми · книга
19. «

    Она была женщиной-девочкой, настолько хрупкой и беспомощной, что хотелось ее защитить. Любой мужчина рядом с ней невольно становился рыцарем в сияющих доспехах.

    Она была женщиной-девочкой, настолько хрупкой и беспомощной, что хотелось ее защитить. Любой мужчина рядом с ней невольно становился рыцарем в сияющих доспехах.

    — Николас · книга
20. «

    — Как думаешь, сколько времени может уйти на то, чтобы пережить чью-то смерть? Я хочу сказать, смерть того, кого ты реально любил. <...> — Ой-ей-ей! Ну... — он посмотрел на свою кружку, затем бросил взгляд на окутанные тенью поля, — сомневаюсь, что это вообще возможно. — Надо же, как весело! — Нет, я серьезно. Я очень много об этом думал. Ты просто учишься жить с этой утратой, с твоими незабвенными. Потому что они остаются с тобой навсегда, пусть даже и отошли в мир иной. Хотя это уже не то непереносимое горе, что обрушивается на тебя изначально и заставляет совершенно иррационально злиться на всех тех идиотов, которые живут припеваючи, тогда как твой любимый человек уже умер. Нет, это что-то такое, к чему приспосабливаешься постепенно. Как к дыре в душе. Ну, я не знаю. Как если бы ты был булочкой, а превратился в пончика.

    — Как думаешь, сколько времени может уйти на то, чтобы пережить чью-то смерть? Я хочу сказать, смерть того, кого ты реально любил. <...> — Ой-ей-ей! Ну... — он посмотрел на свою кружку, затем бросил взгляд на окутанные тенью поля, — сомневаюсь, что это вообще возможно. — Надо же, как весело! — Нет, я серьезно. Я очень много об этом думал. Ты просто учишься жить с этой утратой, с твоими незабвенными. Потому что они остаются с тобой навсегда, пусть даже и отошли в мир иной. Хотя это уже не то непереносимое горе, что обрушивается на тебя изначально и заставляет совершенно иррационально злиться на всех тех идиотов, которые живут припеваючи, тогда как твой любимый человек уже умер. Нет, это что-то такое, к чему приспосабливаешься постепенно. Как к дыре в душе. Ну, я не знаю. Как если бы ты был булочкой, а превратился в пончика.

    — Сэм · книга