Джон Апдайк: 106 высказываний о главном

Джон Апдайк — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 106 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мужчины не любят принимать решения, они хотят, чтоб Бог или женщины принимали решения за них.

   Мужчины не любят принимать решения, они хотят, чтоб Бог или женщины принимали решения за них.

   — Джерри · книга
2. «

   На одиноком проводе, по которому шел в дом электрический ток, знаками препинания невидимой фразы чернели воробьи и дрозды.

   На одиноком проводе, по которому шел в дом электрический ток, знаками препинания невидимой фразы чернели воробьи и дрозды.

   — Ферма · книга
3. «

   Кошки какое-то время позволяет котятам сосать молоко, а потом обращаются с ними так, словно это враги. Я ещё недостаточно вырос, чтобы стать врагом моей матери, но я уже достаточно взрослый, чтобы быть ей безразличным.

   Кошки какое-то время позволяет котятам сосать молоко, а потом обращаются с ними так, словно это враги. Я ещё недостаточно вырос, чтобы стать врагом моей матери, но я уже достаточно взрослый, чтобы быть ей безразличным.

   — Ахмад · книга
4. «

   Душе нужны безрассудства, как телу пища, она от них крепнет.

   Душе нужны безрассудства, как телу пища, она от них крепнет.

   — Иствикские ведьмы · книга
5. «

   Нет ничего такого, чего дураки не совершили бы.

   Нет ничего такого, чего дураки не совершили бы.

   — Чарли · книга
6. «

   Она уже много раз испытывала эту грусть, хроническую печаль воскресного вечера, когда супружеские пары устают от баскетбола, тенниса, прогулок по пляжу или пинания мяча, чувствуют тяжесть наваливающегося вечера, когда вместо игры придется проводить время при электричестве, с капризными детьми, остатками еды, полупрочитанными газетами с их утомительными чудесами и ужасами. В такие вечера брак закрывается, как цветок после заката, и остаток воскресенья становится, как замызганное окно, из которого виден понедельник и вся томительная неделя, когда людям снова придется превратиться в брокеров, дантистов, инженеров, матерей и домашних хозяек, во взрослых — не гостей в этом мире, а его хозяев, несущих надоевший груз обязанностей.

   Она уже много раз испытывала эту грусть, хроническую печаль воскресного вечера, когда супружеские пары устают от баскетбола, тенниса, прогулок по пляжу или пинания мяча, чувствуют тяжесть наваливающегося вечера, когда вместо игры придется проводить время при электричестве, с капризными детьми, остатками еды, полупрочитанными газетами с их утомительными чудесами и ужасами. В такие вечера брак закрывается, как цветок после заката, и остаток воскресенья становится, как замызганное окно, из которого виден понедельник и вся томительная неделя, когда людям снова придется превратиться в брокеров, дантистов, инженеров, матерей и домашних хозяек, во взрослых — не гостей в этом мире, а его хозяев, несущих надоевший груз обязанностей.

   — Супружеские пары · книга
7. «

   Жизнь похожа на марафон, который можно пробежать в любом стиле, лишь бы ты отмечался в назначенных пунктах.

   Жизнь похожа на марафон, который можно пробежать в любом стиле, лишь бы ты отмечался в назначенных пунктах.

   — Супружеские пары · книга
8. «

   Терапия или средство массового превращения в уродцев? Шататься по гостям и демонстрировать свое старение и уродство!

   Терапия или средство массового превращения в уродцев? Шататься по гостям и демонстрировать свое старение и уродство!

   — Супружеские пары · книга
9. «

   Разговор… был сочувственным, зато молчание источало осуждение.

   Разговор… был сочувственным, зато молчание источало осуждение.

   — Супружеские пары · книга
10. «

    Если у тебя хватит пороху быть самим собой, то расплачиваться за тебя будут другие.

    Если у тебя хватит пороху быть самим собой, то расплачиваться за тебя будут другие.

    — Кролик, беги · книга
11. «

    Первый обман дается без труда, ибо в организме обманываемой отсутствуют антитела. Еще не вакцинированная подозрением, она не видит ничего странного в опозданиях, принимает самые абсурдные объяснения, прощает сотни оплошностей.

    Первый обман дается без труда, ибо в организме обманываемой отсутствуют антитела. Еще не вакцинированная подозрением, она не видит ничего странного в опозданиях, принимает самые абсурдные объяснения, прощает сотни оплошностей.

    — Супружеские пары · книга
12. «

    Война — жестокая штука, но не обязательно жестоки люди, которые её ведут.

    Война — жестокая штука, но не обязательно жестоки люди, которые её ведут.

    — Террорист · книга
13. «

    Если человеку всю жизнь чего-то хотелось, то с возрастом у него все больше ослабевают тормоза. То, что раньше казалось священными принципами, превращается в глупые предрассудки.

    Если человеку всю жизнь чего-то хотелось, то с возрастом у него все больше ослабевают тормоза. То, что раньше казалось священными принципами, превращается в глупые предрассудки.

    — Анджела Хейнема · книга
14. «

    Мне нравится поучать… Это проще, чем самой учиться.

    Мне нравится поучать… Это проще, чем самой учиться.

    — Анджела Хейнема · книга
15. «

    Страх — усугубляющееся с каждым днём сознание, что твоему телу осталось на земле лишь готовиться к смерти, — захлопывает дверь в сон.

    Страх — усугубляющееся с каждым днём сознание, что твоему телу осталось на земле лишь готовиться к смерти, — захлопывает дверь в сон.

    — Террорист · книга
16. «

    Бог не терпит потребительского отношения.

    Бог не терпит потребительского отношения.

    — Супружеские пары · книга
17. «

    Понадобилось состариться, чтобы осознать: мир существует для молодых. Именно их вкусам в еде, музыке, одежде он угождает, сколько бы они ни воображали себя жертвами старичья.

    Понадобилось состариться, чтобы осознать: мир существует для молодых. Именно их вкусам в еде, музыке, одежде он угождает, сколько бы они ни воображали себя жертвами старичья.

    — Наполненый стакан · книга
18. «

    Вы обретете гармонию с миром. У вас будет крохотное существо, полностью от вас зависящее, с насущными надобностями, которые вы способны удовлетворить! У вас будет все, что ему необходимо. Обожаю материнство! Правда, потом детей приходится растить…

    Вы обретете гармонию с миром. У вас будет крохотное существо, полностью от вас зависящее, с насущными надобностями, которые вы способны удовлетворить! У вас будет все, что ему необходимо. Обожаю материнство! Правда, потом детей приходится растить…

    — Анджела Хейнема · книга
19. «

    — Мне кажется, что Америка сейчас похожа на нелюбимого ребенка, закормленного сластями. Или на немолодую жену, которой муж привозит из каждой отлучки подарки, чтобы оправдаться за неверность. Когда они только поженились, ему не приходилось ничего ей дарить. — Кто же муж? — Бог, кто же еще? Бог нас разлюбил. Он любит Россию, Уганду. А мы толстые, прыщавые, только и делаем, что клянчим еще сладенького. Мы лишились Его расположения.

    — Мне кажется, что Америка сейчас похожа на нелюбимого ребенка, закормленного сластями. Или на немолодую жену, которой муж привозит из каждой отлучки подарки, чтобы оправдаться за неверность. Когда они только поженились, ему не приходилось ничего ей дарить. — Кто же муж? — Бог, кто же еще? Бог нас разлюбил. Он любит Россию, Уганду. А мы толстые, прыщавые, только и делаем, что клянчим еще сладенького. Мы лишились Его расположения.

    — Пайт Хейнема · книга
20. «

    Теперь люди все меньше себя одергивают и все больше себе позволяют. А жаль!

    Теперь люди все меньше себя одергивают и все больше себе позволяют. А жаль!

    — Пайт Хейнема · книга