Джон Грин — 249 цитат с глубоким смыслом

Ниже 249 цитат Джона Грина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Единственным человеком, с которым я действительно хотела поговорить об Августе Уотерсе, был Август Уотерс.

   Единственным человеком, с которым я действительно хотела поговорить об Августе Уотерсе, был Август Уотерс.

   — Огастус Уотерс · книга
2. «

   Но, по правде, депрессия — не побочный эффект рака. Депрессия – это побочный эффект умирания.

   Но, по правде, депрессия — не побочный эффект рака. Депрессия – это побочный эффект умирания.

   — Виноваты звезды · книга
3. «

   Просто ты куришь, потому что тебе это доставляет удовольствие. А я — потому что хочу умереть.

   Просто ты куришь, потому что тебе это доставляет удовольствие. А я — потому что хочу умереть.

   — Аляска Янг · книга
4. «

   Из-за этого запаха меня охватывает отчаяние и ужас — не такой ужас, когда в легких нет воздуха, а такой, как будто его нет в атмосфере.

   Из-за этого запаха меня охватывает отчаяние и ужас — не такой ужас, когда в легких нет воздуха, а такой, как будто его нет в атмосфере.

   — Квентин «Кью» Джейкобсен · книга
5. «

   Ты слушаешь людей, чтобы представить, какие они, слышишь, как ужасно и прекрасно они поступают с самими собой и с другими, но в итоге ты сам оказываешься обнажен больше, чем те, кого ты слушал.

   Ты слушаешь людей, чтобы представить, какие они, слышишь, как ужасно и прекрасно они поступают с самими собой и с другими, но в итоге ты сам оказываешься обнажен больше, чем те, кого ты слушал.

   — Квентин «Кью» Джейкобсен · книга
6. «

   Мои мысли — это звезды, которые я не могу собрать в созвездия.

   Мои мысли — это звезды, которые я не могу собрать в созвездия.

   — Огастус Уотерс · книга
7. «

   Нам сложно понять, что другие — такие же люди, как и мы. Мы либо идеализируем их, как богов, либо презираем, как животных.

   Нам сложно понять, что другие — такие же люди, как и мы. Мы либо идеализируем их, как богов, либо презираем, как животных.

   — Марго Рот Шпигельман · книга
8. «

   Следы, которые чаще всего оставляют люди, — это шрамы.

   Следы, которые чаще всего оставляют люди, — это шрамы.

   — Виноваты звезды · книга
9. «

   Я просто хочу, чтобы тебе хватало меня, но это невозможно. Тебе этого никогда не достаточно. Но это все, что у тебя есть. Я, твоя семья, этот мир. Это твоя жизнь. Мне жаль, если это отстой. Но ты не будешь первым человеком на Марсе, не будешь звездой баскетбола, не будешь сражаться с нацистами.

   Я просто хочу, чтобы тебе хватало меня, но это невозможно. Тебе этого никогда не достаточно. Но это все, что у тебя есть. Я, твоя семья, этот мир. Это твоя жизнь. Мне жаль, если это отстой. Но ты не будешь первым человеком на Марсе, не будешь звездой баскетбола, не будешь сражаться с нацистами.

   — Хейзел Грейс Ланкастер · книга
10. «

    Представь, что ты хочешь найти кого-то или саму себя, но у тебя нет органов чувств. Ты не можешь понять, где стены, куда идти вперед, а куда — назад, что такое вода и воздух. Ты бесчувственная, у тебя нет формы. Единственный способ себя описать — определить, чем ты не являешься, и ты плаваешь в теле, которое не подчиняется тебе. Не тебе решать, кто ты такая, где живешь, когда тебе есть и чего бояться. Ты просто застряла внутри, совершенно одна, в темноте. Вот это страшно. а это, — я включила фонарик, — контроль над ситуацией. Власть. Тут могут оказаться и крысы и пауки, и еще черт знает что. Но мы освещаем их фонариками, а не наоборот. Мы знаем где стены и куда нам идти. Вот так, — я снова выключила фонарик, — я чувствую себя, когда мне страшно.

    Представь, что ты хочешь найти кого-то или саму себя, но у тебя нет органов чувств. Ты не можешь понять, где стены, куда идти вперед, а куда — назад, что такое вода и воздух. Ты бесчувственная, у тебя нет формы. Единственный способ себя описать — определить, чем ты не являешься, и ты плаваешь в теле, которое не подчиняется тебе. Не тебе решать, кто ты такая, где живешь, когда тебе есть и чего бояться. Ты просто застряла внутри, совершенно одна, в темноте. Вот это страшно. а это, — я включила фонарик, — контроль над ситуацией. Власть. Тут могут оказаться и крысы и пауки, и еще черт знает что. Но мы освещаем их фонариками, а не наоборот. Мы знаем где стены и куда нам идти. Вот так, — я снова выключила фонарик, — я чувствую себя, когда мне страшно.

    — Черепахи и нет им конца · книга
11. «

    Я была сама себе противна. Омерзительна. Но не могла от себя отстраниться, потому что застряла внутри.

    Я была сама себе противна. Омерзительна. Но не могла от себя отстраниться, потому что застряла внутри.

    — Аза Холмс · книга
12. «

    Только теперь, когда я сама любила гранату, до меня дошла ослиная глупость попытки спасти других от моей неминуемой и скорой дефрагментации: я не могу разлюбить Огастуса Уотерса. И не хочу.

    Только теперь, когда я сама любила гранату, до меня дошла ослиная глупость попытки спасти других от моей неминуемой и скорой дефрагментации: я не могу разлюбить Огастуса Уотерса. И не хочу.

    — Виноваты звезды · книга
13. «

    Такие вещи нельзя оттягивать целую вечность. В какой-то момент пластырь просто необходимо отодрать ― больно, но потом все, и становится лучше.

    Такие вещи нельзя оттягивать целую вечность. В какой-то момент пластырь просто необходимо отодрать ― больно, но потом все, и становится лучше.

    — Толстячок Майлз Холтер · книга
14. «

    Любить — значит выполнять обещания во что бы то ни стало.

    Любить — значит выполнять обещания во что бы то ни стало.

    — Айзек · книга
15. «

    Чертовски трудно удерживать достоинство, когда восходящее солнце слишком ярко отражается в твоих закрывающихся глазах.

    Чертовски трудно удерживать достоинство, когда восходящее солнце слишком ярко отражается в твоих закрывающихся глазах.

    — Виноваты звезды · книга
16. «

    — Ладно. Анаграммы — раз. А все-таки другие таланты у тебя есть? — спросила Катерина, и Колин, собрав в кучку все свое мужество, сказал: — Ну, еще я неплохо целуюсь.

    — Ладно. Анаграммы — раз. А все-таки другие таланты у тебя есть? — спросила Катерина, и Колин, собрав в кучку все свое мужество, сказал: — Ну, еще я неплохо целуюсь.

    — Катерина XIX · книга
17. «

    Прожорливые человеческие амбиции никогда не укрощаются исполненными мечтами, потому что мысль о том, что всё может быть снова и лучше, никуда не исчезает.

    Прожорливые человеческие амбиции никогда не укрощаются исполненными мечтами, потому что мысль о том, что всё может быть снова и лучше, никуда не исчезает.

    — Виноваты звезды · книга
18. «

    Важно не то, какую чушь лепечет голос, а какие чувства этот голос вызывает.

    Важно не то, какую чушь лепечет голос, а какие чувства этот голос вызывает.

    — Виноваты звезды · книга
19. «

    Один из симптомов депрессии — это отсутствие интереса к активности.

    Один из симптомов депрессии — это отсутствие интереса к активности.

    — Виноваты звезды · книга
20. «

    — Я увидел свой указательный палец — он был синим. Я поднял его, показывая Марго. Она улыбнулась и показала мне свой синий палец, а потом коснулась им моего. Я чувствовал прикосновение ее нежной синей кожи, и мой пульс отказался замедляться.

    — Я увидел свой указательный палец — он был синим. Я поднял его, показывая Марго. Она улыбнулась и показала мне свой синий палец, а потом коснулась им моего. Я чувствовал прикосновение ее нежной синей кожи, и мой пульс отказался замедляться.

    — Бумажные города · книга