534 цитаты Джона Рональда Руэла Толкина о смысле жизни

Джон Рональд Руэл Толкин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 534 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Быть может, вовсе не во сне Возникнет дверь в глухой стене И растворится предо мной, Приоткрывая мир иной.

   Быть может, вовсе не во сне Возникнет дверь в глухой стене И растворится предо мной, Приоткрывая мир иной.

   — Фродо Бэггинс · книга
2. «

   Со всех сторон — несчастное он существо. Ему опостылела тьма, а свет он никогда не любил.

   Со всех сторон — несчастное он существо. Ему опостылела тьма, а свет он никогда не любил.

   — Гэндальф · книга
3. «

   — <...> Будь осторожен! — А когда я был неосторожен за эти долгие годы? — горько спросил Арагорн. — Да, пожалуй, не был. Тем обиднее оступиться в конце пути.

   — <...> Будь осторожен! — А когда я был неосторожен за эти долгие годы? — горько спросил Арагорн. — Да, пожалуй, не был. Тем обиднее оступиться в конце пути.

   — Гэндальф · книга
4. «

   Ему казалось, что он сделал шаг в окно, распахнутое в давно исчезнувший мир. Он видел, что на этом мире почиет свет, для которого в его языке слов не находилось. Все, на что падал взгляд, было четким и словно очерченным одной линией, как будто каждую вещь задумали и создали только что, прямо на глазах; и вместе с тем каждая травинка казалась неизмеримо древней. Цвета были знакомые – золотой, белый, синий, зеленый; но все они были такими свежими, так золотились, белели, синели и зеленели, что Фродо казалось, будто он видит их впервые и только сейчас придумывает им названия – новые и достойные удивления.

   Ему казалось, что он сделал шаг в окно, распахнутое в давно исчезнувший мир. Он видел, что на этом мире почиет свет, для которого в его языке слов не находилось. Все, на что падал взгляд, было четким и словно очерченным одной линией, как будто каждую вещь задумали и создали только что, прямо на глазах; и вместе с тем каждая травинка казалась неизмеримо древней. Цвета были знакомые – золотой, белый, синий, зеленый; но все они были такими свежими, так золотились, белели, синели и зеленели, что Фродо казалось, будто он видит их впервые и только сейчас придумывает им названия – новые и достойные удивления.

   — Властелин Колец · книга
5. «

   — Если вы когда-нибудь будете проходить мимо моего дома, — сказал Бильбо, — входите не стучась. Чай подается в четыре, но милости прошу во всякое время.

   — Если вы когда-нибудь будете проходить мимо моего дома, — сказал Бильбо, — входите не стучась. Чай подается в четыре, но милости прошу во всякое время.

   — Бильбо Бэггинс · книга
6. «

   – Ничто не затмит в моих очах красоты эльфийской Владычицы, – сказал он Леголасу, сидевшему с ним в одной лодке. – Отныне я смогу называть прекрасным только то, что исходит от нее. – Он приложил ладонь к груди и воскликнул: – Зачем я только пустился в этот Поход? Скажи, Леголас! Что мог я знать о главной опасности, подстерегавшей меня на пути? Прав был Элронд: нам не дано было предугадать, что нам повстречается. Я боялся тьмы, боялся пытки, и этот страх не остановил меня – а оказалось, что опаснее всего свет и радость. Если бы я о том ведал, я никогда не отважился бы покинуть Ривенделл. Прощание с нею нанесло мне такую рану, что куда там Черному Властелину, даже если бы я прямо сегодня попал к нему в руки!

   – Ничто не затмит в моих очах красоты эльфийской Владычицы, – сказал он Леголасу, сидевшему с ним в одной лодке. – Отныне я смогу называть прекрасным только то, что исходит от нее. – Он приложил ладонь к груди и воскликнул: – Зачем я только пустился в этот Поход? Скажи, Леголас! Что мог я знать о главной опасности, подстерегавшей меня на пути? Прав был Элронд: нам не дано было предугадать, что нам повстречается. Я боялся тьмы, боялся пытки, и этот страх не остановил меня – а оказалось, что опаснее всего свет и радость. Если бы я о том ведал, я никогда не отважился бы покинуть Ривенделл. Прощание с нею нанесло мне такую рану, что куда там Черному Властелину, даже если бы я прямо сегодня попал к нему в руки!

   — Гимли · книга
7. «

   Я вас обнадежил, но от надежды до победы как до звезды небесной.

   Я вас обнадежил, но от надежды до победы как до звезды небесной.

   — Гэндальф · книга
8. «

   Река — это такая тропа, с которой по крайней мере не собьешься.

   Река — это такая тропа, с которой по крайней мере не собьешься.

   — Арагорн · книга
9. «

   Ничего не происходит, да никто и не хочет, чтобы происходило.

   Ничего не происходит, да никто и не хочет, чтобы происходило.

   — Сэмуайз Гэмджи (Сэм) · книга
10. «

    Нам всем тяжело. Всем, кто живет в наше смутное время. Каждый из нас обречен на потери. Но тебя-то не назовешь бедным и несчастным: ты не потерял самого себя — а это самая горькая потеря. В тяжелое мгновение ты остался с друзьями — и ничем не замутненная память о счастье будет тебе пожизненной наградой.

    Нам всем тяжело. Всем, кто живет в наше смутное время. Каждый из нас обречен на потери. Но тебя-то не назовешь бедным и несчастным: ты не потерял самого себя — а это самая горькая потеря. В тяжелое мгновение ты остался с друзьями — и ничем не замутненная память о счастье будет тебе пожизненной наградой.

    — Леголас · книга
11. «

    Мир сейчас быстро меняется.

    Мир сейчас быстро меняется.

    — Фродо Бэггинс · книга
12. «

    В роковую годину за великодушие можно поплатиться жизнью.

    В роковую годину за великодушие можно поплатиться жизнью.

    — Денэтор · книга
13. «

    Такие истории растут из лиственного перегноя, скопившегося на дне души.

    Такие истории растут из лиственного перегноя, скопившегося на дне души.
14. «

    Различие между эффектами и подлинной магией — столь же огромное, как различие между литературой (живописью, скульптурой) и реальной жизнью.

    Различие между эффектами и подлинной магией — столь же огромное, как различие между литературой (живописью, скульптурой) и реальной жизнью.

    — Избранные письма · книга
15. «

    — Нет, даже если Тот и сам явится, в город он не войдет, покуда мы живы. — Покуда мы живы? А долго ли живы будем? У него есть оружие, перед которым от начала дней ни одна крепость не устояла. Голод

    — Нет, даже если Тот и сам явится, в город он не войдет, покуда мы живы. — Покуда мы живы? А долго ли живы будем? У него есть оружие, перед которым от начала дней ни одна крепость не устояла. Голод

    — горожане · книга
16. «

    Вскоре стало ясно, что где-то внизу, в красном свете, храпит во сне какое-то гигантское животное. В этот момент Бильбо остановился. То, что он пошёл потом вперёд, было самым мужественным поступком в его жизни. Грандиозные последующие происшествия – ничто по сравнению с этим. Подлинную битву он выиграл в туннеле в одиночку, прежде даже, чем увидел ожидающую его опасность.

    Вскоре стало ясно, что где-то внизу, в красном свете, храпит во сне какое-то гигантское животное. В этот момент Бильбо остановился. То, что он пошёл потом вперёд, было самым мужественным поступком в его жизни. Грандиозные последующие происшествия – ничто по сравнению с этим. Подлинную битву он выиграл в туннеле в одиночку, прежде даже, чем увидел ожидающую его опасность.

    — Хоббит, или Туда и обратно · книга
17. «

    Неосторожно сказанное слово могут услышать не только друзья.

    Неосторожно сказанное слово могут услышать не только друзья.

    — Гэндальф · книга
18. «

    Жестокая это была сеча, и никто не счел павших — вождей и простых воинов, прославленных и безымянных.

    Жестокая это была сеча, и никто не счел павших — вождей и простых воинов, прославленных и безымянных.

    — Властелин Колец · книга
19. «

    Если кольцо будет уничтожено, то Саурон сгинет. И великое зло исчезнет из мира. Неминуемо явится в мир иное зло, может статься, еще большее: ведь Саурон всего лишь прислужник.

    Если кольцо будет уничтожено, то Саурон сгинет. И великое зло исчезнет из мира. Неминуемо явится в мир иное зло, может статься, еще большее: ведь Саурон всего лишь прислужник.

    — Гэндальф · книга
20. «

    Неведомые беды на тайных тропах всегда оказываются гораздо опасней, чем открытые враги на горных дорогах.

    Неведомые беды на тайных тропах всегда оказываются гораздо опасней, чем открытые враги на горных дорогах.

    — Боромир · книга