Джон Стейнбек: 369 цитат на каждый день

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 369 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Потребность рождает идею, идея рождает действие.

   Потребность рождает идею, идея рождает действие.

   — Гроздья гнева · книга
2. «

   Если миллион акров нужен ему, чтобы почувствовать своё богатство, значит, душа у него нищая, а с такой душой никакие миллионы не помогут.

   Если миллион акров нужен ему, чтобы почувствовать своё богатство, значит, душа у него нищая, а с такой душой никакие миллионы не помогут.

   — Гроздья гнева · книга
3. «

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
4. «

   Почти каждый человек прячет в себе какие-нибудь неуёмные желания и влечения, страсти и чувства, готовые прорваться в любой миг; спокойная поверхность нередко скрывает под собой рифы эгоизма, алчности и похоти. Большинство из нас либо держат свою природу в узде, либо дают ей волю тайком. <...> ...секс — со всеми сопутствующими ему томлениями и страданиями, ревностью и запретами — волнует и бередит человека сильнее, чем все другие страсти. А в те времена секс бередил людей даже мучительнее, чем сейчас, потому что сама эта тема не подлежала обсуждению, её старательно обходили молчанием. Каждый скрывал полыхавший в нём огонь и на людях делал вид, что ничего такого нет и быть не может, но едва пламя из твоего маленького ада вырывалось наружу, ты оказывался перед ним беспомощен.

   Почти каждый человек прячет в себе какие-нибудь неуёмные желания и влечения, страсти и чувства, готовые прорваться в любой миг; спокойная поверхность нередко скрывает под собой рифы эгоизма, алчности и похоти. Большинство из нас либо держат свою природу в узде, либо дают ей волю тайком. <...> ...секс — со всеми сопутствующими ему томлениями и страданиями, ревностью и запретами — волнует и бередит человека сильнее, чем все другие страсти. А в те времена секс бередил людей даже мучительнее, чем сейчас, потому что сама эта тема не подлежала обсуждению, её старательно обходили молчанием. Каждый скрывал полыхавший в нём огонь и на людях делал вид, что ничего такого нет и быть не может, но едва пламя из твоего маленького ада вырывалось наружу, ты оказывался перед ним беспомощен.

   — К востоку от Эдема · книга
5. «

   Тюрьма свое дело делает медленно, да верно, — она сводит человека с ума.

   Тюрьма свое дело делает медленно, да верно, — она сводит человека с ума.

   — Гроздья гнева · книга
6. «

   Люди бегут от того ужаса, который остался позади, и жизнь обходится с ними странно — иной раз с жестокостью, а иногда так хорошо, что вера в сердцах загорается снова и не угаснет никогда.

   Люди бегут от того ужаса, который остался позади, и жизнь обходится с ними странно — иной раз с жестокостью, а иногда так хорошо, что вера в сердцах загорается снова и не угаснет никогда.

   — Гроздья гнева · книга
7. «

   Пусть мужчины народ хлипких качеств, но всё же приятный.

   Пусть мужчины народ хлипких качеств, но всё же приятный.

   — К востоку от Эдема · книга
8. «

   Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

   Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

   — Консервный ряд · книга
9. «

   Эта печаль была такой огромной, такой жгучей и страшной, что ее невыносимо было видеть. Страшно смотреть, как в глазах женщины сияет ее душа.

   Эта печаль была такой огромной, такой жгучей и страшной, что ее невыносимо было видеть. Страшно смотреть, как в глазах женщины сияет ее душа.

   — Золотая Чаша · книга
10. «

    — Закон меняется, — сказал он, — а людские нужды остаются прежними. Ты имеешь право делать то, что тебе нужно делать.

    — Закон меняется, — сказал он, — а людские нужды остаются прежними. Ты имеешь право делать то, что тебе нужно делать.

    — Кэйси · книга
11. «

    Каждый берет в рассказе что может и тем самым подгоняет его к своей мерке. Одни выхватывают из него куски, отбрасывая остальное, другие пропускают его сквозь сито собственных предрассудков, третьи расцвечивают его своей радостью.

    Каждый берет в рассказе что может и тем самым подгоняет его к своей мерке. Одни выхватывают из него куски, отбрасывая остальное, другие пропускают его сквозь сито собственных предрассудков, третьи расцвечивают его своей радостью.

    — Итен Хоули · книга
12. «

    Бывает, ложь хотят использовать во благо. Я не верю, что ложь способна сотворить добро. Чистая правда иногда причиняет острую боль, однако боль проходит, тогда как рана, нанесенная ложью, гноится и не заживает.

    Бывает, ложь хотят использовать во благо. Я не верю, что ложь способна сотворить добро. Чистая правда иногда причиняет острую боль, однако боль проходит, тогда как рана, нанесенная ложью, гноится и не заживает.

    — К востоку от Эдема · книга
13. «

    Правда бывает разная. ...если у вас курица на обед, все едят курятину, но одним достается белое мясо, а другим темное.

    Правда бывает разная. ...если у вас курица на обед, все едят курятину, но одним достается белое мясо, а другим темное.

    — Марджи Янг-Хант · книга
14. «

    Дурацкая западня. Привыкаешь к чему-то, а потом начинаешь думать, что тебе нравится.

    Дурацкая западня. Привыкаешь к чему-то, а потом начинаешь думать, что тебе нравится.

    — Заблудившийся автобус · книга
15. «

    Озарение заливает мир светом и преображает его, как вспышка ракеты преображает поле боя.

    Озарение заливает мир светом и преображает его, как вспышка ракеты преображает поле боя.

    — К востоку от Эдема · книга
16. «

    Они впервые столкнулись с неумолимой женской логикой, всепобеждающей даже тогда, когда она неверна — и, может быть, тут-то она и разит наповал.

    Они впервые столкнулись с неумолимой женской логикой, всепобеждающей даже тогда, когда она неверна — и, может быть, тут-то она и разит наповал.

    — К востоку от Эдема · книга
17. «

    Никто не знает наперед, чего человек может сделать.

    Никто не знает наперед, чего человек может сделать.

    — О мышах и людях · книга
18. «

    Когда человек беден, он думает: «Будь у меня деньги, я поделился бы с моими бедными друзьями». Но стоит ему получить эти деньги, как великодушие и щедрость покидают его.

    Когда человек беден, он думает: «Будь у меня деньги, я поделился бы с моими бедными друзьями». Но стоит ему получить эти деньги, как великодушие и щедрость покидают его.

    — Пилон · книга
19. «

    Но я воспылал любовью к блистающему чуду — человеческой душе. Она прекрасна, единственна во Вселенной. Она вечноранима, но неистребима, ибо «ты можешь господствовать».

    Но я воспылал любовью к блистающему чуду — человеческой душе. Она прекрасна, единственна во Вселенной. Она вечноранима, но неистребима, ибо «ты можешь господствовать».

    — Ли · книга
20. «

    У нас люди редко друг друга держатся, — сказал он задумчиво. — Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

    У нас люди редко друг друга держатся, — сказал он задумчиво. — Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

    — Рослый · книга