406 известных цитат Джона Стейнбека

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 406 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Безумная мечта — и такая приятная.

   Безумная мечта — и такая приятная.

   — О мышах и людях. Жемчужина · книга
2. «

   Я думаю, значимость человека в этом мире измеряется числом и природой посетивших его озарений. И хотя в миг озарения человек одинок, именно озарения единят нас с миром. Озарение есть начало всякого творчества, оно наделяет человека индивидуальностью.

   Я думаю, значимость человека в этом мире измеряется числом и природой посетивших его озарений. И хотя в миг озарения человек одинок, именно озарения единят нас с миром. Озарение есть начало всякого творчества, оно наделяет человека индивидуальностью.

   — К востоку от Эдема · книга
3. «

   — Мы обязаны вам, — сказал отец. — Когда приходит смерть, стоит ли считаться, — сказал Уилсон. И Сэйри подхватила: — Стоит ли считаться.

   — Мы обязаны вам, — сказал отец. — Когда приходит смерть, стоит ли считаться, — сказал Уилсон. И Сэйри подхватила: — Стоит ли считаться.

   — Гроздья гнева · книга
4. «

   Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи.

   Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи.

   — К востоку от Эдема · книга
5. «

   Иногда человек сам желает быть глупым, если ум не дает ему поступить так, как требуется.

   Иногда человек сам желает быть глупым, если ум не дает ему поступить так, как требуется.

   — Уилл Гамильтон · книга
6. «

   Как это иногда бывает — время вдруг на миг остановилось, замерло. И звон смолк, и движение прервалось, и длилось это много, много долгих мгновений.

   Как это иногда бывает — время вдруг на миг остановилось, замерло. И звон смолк, и движение прервалось, и длилось это много, много долгих мгновений.

   — О мышах и людях · книга
7. «

   Голос Кейла звучал глухо, безразлично. — Я не выдержу. Ни за что не выдержу. Надо кончать... Я должен... Ли яростно схватил его за руку. — Щенок! Трус поганый!... Погляди вокруг себя. Сколько замечательного в жизни, а ты... Только попробуй, заикнись ещё раз... С чего ты взял, что твоё горе глубже моего?

   Голос Кейла звучал глухо, безразлично. — Я не выдержу. Ни за что не выдержу. Надо кончать... Я должен... Ли яростно схватил его за руку. — Щенок! Трус поганый!... Погляди вокруг себя. Сколько замечательного в жизни, а ты... Только попробуй, заикнись ещё раз... С чего ты взял, что твоё горе глубже моего?

   — Кейл Траск · книга
8. «

   Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания, овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль. Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска. Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.

   Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания, овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль. Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска. Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
9. «

   — Сдается мне, что Кудряш женился на потаскушке. — Не он первый, не он последний.

   — Сдается мне, что Кудряш женился на потаскушке. — Не он первый, не он последний.

   — Старик · книга
10. «

    Даст Бог, придет время, когда добрые люди не все будут бедняками.

    Даст Бог, придет время, когда добрые люди не все будут бедняками.

    — Гроздья гнева · книга
11. «

    Что за устрашающая штука человек, что за сложная система шкал, индикаторов, счетчиков, а мы умеем читать показания лишь немногих из них, да и то, может быть, неверно.

    Что за устрашающая штука человек, что за сложная система шкал, индикаторов, счетчиков, а мы умеем читать показания лишь немногих из них, да и то, может быть, неверно.

    — Итен Хоули · книга
12. «

    Женская скромность похожа на мушку, которую наклеивают на щеку, когда ждут гостей, — пленительное кокетство.

    Женская скромность похожа на мушку, которую наклеивают на щеку, когда ждут гостей, — пленительное кокетство.

    — Золотая Чаша · книга
13. «

    Это неправда, что есть содружество огней, единый мировой костёр. Всяк из нас несёт свой огонёк, свой собственный одинокий огонёк.

    Это неправда, что есть содружество огней, единый мировой костёр. Всяк из нас несёт свой огонёк, свой собственный одинокий огонёк.

    — Итен Хоули · книга
14. «

    Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

    Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

    — Гроздья гнева · книга
15. «

    Может быть, вершин мудрости я достигаю в те минуты, когда знаю, что ничего не знаю.

    Может быть, вершин мудрости я достигаю в те минуты, когда знаю, что ничего не знаю.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
16. «

    — Милый Господи, пусть я буду, как мой брат. Пусть я не буду плохим. Я не хочу быть скверным. Сделай, чтобы все меня любили, и я дам тебе все, что хочешь, а если не найдется у меня, то я обязательно добуду. Я не хочу быть скверным. Не хочу быть одиноким. Прошу Тебя. Аминь.

    — Милый Господи, пусть я буду, как мой брат. Пусть я не буду плохим. Я не хочу быть скверным. Сделай, чтобы все меня любили, и я дам тебе все, что хочешь, а если не найдется у меня, то я обязательно добуду. Я не хочу быть скверным. Не хочу быть одиноким. Прошу Тебя. Аминь.

    — К востоку от Эдема · книга
17. «

    — Кого ты боишься? — Всех.

    — Кого ты боишься? — Всех.

    — Кино · книга
18. «

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
19. «

    А ты слыхал о тех, кто предлагает себя на серебряном блюде и не находит охотников? Это значит — ни чести, ни денег.

    А ты слыхал о тех, кто предлагает себя на серебряном блюде и не находит охотников? Это значит — ни чести, ни денег.

    — Зима тревоги нашей · книга
20. «

    Чем ты честней, тем меньше тебе верят.

    Чем ты честней, тем меньше тебе верят.

    — Итен Аллен Хоули · книга