419 цитат Джона Стейнбека — подборка на все случаи

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 419 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вечер приближается так же незаметно, как старость к счастливому человеку.

   Вечер приближается так же незаметно, как старость к счастливому человеку.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
2. «

   И, по-моему, женская сила сильнее мужской, особенно когда в сердце у женщины любовь. Любящая женщина почти несокрушима.

   И, по-моему, женская сила сильнее мужской, особенно когда в сердце у женщины любовь. Любящая женщина почти несокрушима.

   — Ли · книга
3. «

   Иной раз в жизни так бывает, что своё нездоровье надо про себя держать.

   Иной раз в жизни так бывает, что своё нездоровье надо про себя держать.

   — Ма · книга
4. «

   Об аде он говорил со знанием дела, и это был не тот розовенький адик, которым довольствуются наши мягкотелые современники, а хорошо отапливаемая, добела раскаленная преисподняя, где котлы шуруют крупные специалисты.

   Об аде он говорил со знанием дела, и это был не тот розовенький адик, которым довольствуются наши мягкотелые современники, а хорошо отапливаемая, добела раскаленная преисподняя, где котлы шуруют крупные специалисты.

   — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
5. «

   Человек сам сделался нашей величайшей опасностью.

   Человек сам сделался нашей величайшей опасностью.
6. «

   Мужчина — это такой зверь, что сам капкан насторожит, сам приманку положит, да сам в него и попадёт.

   Мужчина — это такой зверь, что сам капкан насторожит, сам приманку положит, да сам в него и попадёт.

   — Благостный четверг · книга
7. «

   Выложить все сразу — значит безнадежно испортить рассказ. Его прелесть слагается из недосказанного, когда слушатель должен восполнять пробелы, исходя из собственного опыта.

   Выложить все сразу — значит безнадежно испортить рассказ. Его прелесть слагается из недосказанного, когда слушатель должен восполнять пробелы, исходя из собственного опыта.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
8. «

   Всякий хочет иметь клочок земли, хоть небольшой, да собственный. И кров над головою, чтоб никто не мог его выгнать, как собаку.

   Всякий хочет иметь клочок земли, хоть небольшой, да собственный. И кров над головою, чтоб никто не мог его выгнать, как собаку.

   — О мышах и людях · книга
9. «

   Я дам вам выпить — высокий холодный бокал из рук высокой горячей женщины.

   Я дам вам выпить — высокий холодный бокал из рук высокой горячей женщины.

   — Зима тревоги нашей · книга
10. «

    Иной раз кажется, будто человека подменили, и мы говорим: «Нет, он на такое не способен. Это не похоже на него». Но, может быть, мы ошибаемся? Вернее всего, он предстал перед нами под другим углом, или же давление сверху или снизу изменило его форму.

    Иной раз кажется, будто человека подменили, и мы говорим: «Нет, он на такое не способен. Это не похоже на него». Но, может быть, мы ошибаемся? Вернее всего, он предстал перед нами под другим углом, или же давление сверху или снизу изменило его форму.

    — Итен Хоули · книга
11. «

    <...> страх покидал их лица, уступая место злобе. И женщины облегчённо вздыхали, зная, что теперь не страшно — мужчины выдержат; и так будет всегда — до тех пор, пока на смену страху приходит гнев.

    <...> страх покидал их лица, уступая место злобе. И женщины облегчённо вздыхали, зная, что теперь не страшно — мужчины выдержат; и так будет всегда — до тех пор, пока на смену страху приходит гнев.

    — Гроздья гнева · книга
12. «

    Путешествия — это индивидуальность, двух одинаковых не бывает.

    Путешествия — это индивидуальность, двух одинаковых не бывает.
13. «

    Когда человек лишается рук, попав в катастрофу, он вынужден вести долгую борьбу, чтобы свыкнуться со своей потерей, но тот, кто родился без рук, страдает лишь от того, что люди видят в нем существо странное. Если у человека никогда не было рук, он не может ощущать их отсутствие. В детстве мы нередко пробуем вообразить, что бы мы чувствовали, будь у нас крылья, но наивно предполагать, что при этом мы испытываем те же чувства, что птицы. И понятно, что уродам именно норма должна представляться уродством, потому что каждый человек считает себя нормальным. А для монстров, чье уродство никак не выражено внешне, норма — категория еще более смутная, потому что по виду такой монстр ничем не отличается от других людей и сравнить себя с ними не может. Родившемуся без совести должен быть смешон человек с чуткой душой. По понятиям преступника, честность — идиотизм. Но не забывайте, что урод — это всего лишь отклонение, и в глазах урода как раз норма — уродство.

    Когда человек лишается рук, попав в катастрофу, он вынужден вести долгую борьбу, чтобы свыкнуться со своей потерей, но тот, кто родился без рук, страдает лишь от того, что люди видят в нем существо странное. Если у человека никогда не было рук, он не может ощущать их отсутствие. В детстве мы нередко пробуем вообразить, что бы мы чувствовали, будь у нас крылья, но наивно предполагать, что при этом мы испытываем те же чувства, что птицы. И понятно, что уродам именно норма должна представляться уродством, потому что каждый человек считает себя нормальным. А для монстров, чье уродство никак не выражено внешне, норма — категория еще более смутная, потому что по виду такой монстр ничем не отличается от других людей и сравнить себя с ними не может. Родившемуся без совести должен быть смешон человек с чуткой душой. По понятиям преступника, честность — идиотизм. Но не забывайте, что урод — это всего лишь отклонение, и в глазах урода как раз норма — уродство.

    — К востоку от Эдема · книга
14. «

    Кошки увесистыми каплями падают с заборов и текут по земле, как густой сироп, вынюхивая рыбные головы.

    Кошки увесистыми каплями падают с заборов и текут по земле, как густой сироп, вынюхивая рыбные головы.

    — Консервный ряд · книга
15. «

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
16. «

    Женатым доверять нельзя. Как бы он ни ругал свою бабу, всё равно к ней вернется. Начнет думать, вспоминать и не выдержит. Нет уж, раз женился — веры тебе нет.

    Женатым доверять нельзя. Как бы он ни ругал свою бабу, всё равно к ней вернется. Начнет думать, вспоминать и не выдержит. Нет уж, раз женился — веры тебе нет.

    — Мак · книга
17. «

    ...хитрость — ограниченье уму. Хитрость уводит человека от прямых поступков.

    ...хитрость — ограниченье уму. Хитрость уводит человека от прямых поступков.

    — К востоку от Эдема · книга
18. «

    В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает; однако военные уставы добавляют к этому совершенно новый принцип — они наказывают человека и за то, чего он не делает.

    В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает; однако военные уставы добавляют к этому совершенно новый принцип — они наказывают человека и за то, чего он не делает.

    — Квартал Тортилья-Флэт · книга
19. «

    Было хорошо известно, что Лиза Гамильтон и Господь Бог почти по всем вопросам придерживались одинаковых взглядов.

    Было хорошо известно, что Лиза Гамильтон и Господь Бог почти по всем вопросам придерживались одинаковых взглядов.

    — К востоку от Эдема · книга
20. «

    Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

    Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

    — Консервный ряд · книга