20 цитат Джонатана Кэрролла о смысле жизни

Ниже 20 цитат Джонатана Кэрролла — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда я полюблю тебя, входи ко мне без стука, но все-таки сперва, подумай хорошо, затем, что если вдруг, придя однажды, ты больше не придешь ко мне ни разу, мне будет больно.

   Когда я полюблю тебя, входи ко мне без стука, но все-таки сперва, подумай хорошо, затем, что если вдруг, придя однажды, ты больше не придешь ко мне ни разу, мне будет больно.

   — Свадьба палочек · книга
2. «

   Я не считаю, что жизнь меня балует, но, по крайней мере, знаю, что надежда нам подконтрольна. Мы можем ее усиливать и убавлять, как струю воды поворотом крана. Свой я всегда стараюсь держать открытым до предела.

   Я не считаю, что жизнь меня балует, но, по крайней мере, знаю, что надежда нам подконтрольна. Мы можем ее усиливать и убавлять, как струю воды поворотом крана. Свой я всегда стараюсь держать открытым до предела.

   — Свадьба палочек · книга
3. «

   Любовь, как это ни печально, является одним из мощнейших рычагов, при помощи которого можно управлять многими, она овладевает душой человека с такой же легкостью, как мысль о неизбежной смерти, и столь же сильно эту душу смущает.

   Любовь, как это ни печально, является одним из мощнейших рычагов, при помощи которого можно управлять многими, она овладевает душой человека с такой же легкостью, как мысль о неизбежной смерти, и столь же сильно эту душу смущает.

   — Белые яблоки · книга
4. «

   Люди вечно рассуждают о том, насколько по-разному видят мир мужчины и женщины и как странно, что мы, тем не менее, как-то ладим. Наблюдение, конечно, правильное, но ещё более невероятно, как удаётся сосуществовать в одной лодке взрослым и детям. Дети чувствуют себя в жизни более уютно, мы — больше знаем о ней. И всё при этом убеждены, что другая сторона видит мир неправильно и зачастую нелепо.

   Люди вечно рассуждают о том, насколько по-разному видят мир мужчины и женщины и как странно, что мы, тем не менее, как-то ладим. Наблюдение, конечно, правильное, но ещё более невероятно, как удаётся сосуществовать в одной лодке взрослым и детям. Дети чувствуют себя в жизни более уютно, мы — больше знаем о ней. И всё при этом убеждены, что другая сторона видит мир неправильно и зачастую нелепо.

   — По ту сторону безмолвия · книга
5. «

   Женщины, которых я знал, они были вроде вот этого стакана воды. А ты — океан.

   Женщины, которых я знал, они были вроде вот этого стакана воды. А ты — океан.

   — Белые яблоки · книга
6. «

   Люди блестяще умеют находить себе оправдания. Это один из отвратительнейших наших талантов.

   Люди блестяще умеют находить себе оправдания. Это один из отвратительнейших наших талантов.

   — Свадьба палочек · книга
7. «

   Лишь очутившись в собственной постели, мы остаемся один на один с нашими тайнами и теми внутренними голосами, которые неизменно желают нам спокойной ночи и доброго утра.

   Лишь очутившись в собственной постели, мы остаемся один на один с нашими тайнами и теми внутренними голосами, которые неизменно желают нам спокойной ночи и доброго утра.

   — Белые яблоки · книга
8. «

   Если что-то, чем мы дорожим, повреждается, мы не можем отвести взгляд от этой трещины или вмятины. Первая глубокая царапина на корпусе новой машины, первая явная ложь нового любовника, отверстие в мозаичном панно на месте плитки. Мы всегда знали, что это неизбежно, но втайне верили, что сможем избежать такого несчастья, уклониться от удара, обмануть судьбу. Иногда последствия удается смягчить, но что бы ни подверглось разрушительному воздействию – вещь, отношение, чувство, – оно уже никогда не будет прежним. Никогда.

   Если что-то, чем мы дорожим, повреждается, мы не можем отвести взгляд от этой трещины или вмятины. Первая глубокая царапина на корпусе новой машины, первая явная ложь нового любовника, отверстие в мозаичном панно на месте плитки. Мы всегда знали, что это неизбежно, но втайне верили, что сможем избежать такого несчастья, уклониться от удара, обмануть судьбу. Иногда последствия удается смягчить, но что бы ни подверглось разрушительному воздействию – вещь, отношение, чувство, – оно уже никогда не будет прежним. Никогда.

   — Белые яблоки · книга
9. «

   Влюбись — и каждый предмет, каждый человек, каждое слово вдруг начинают твердить одно: «любовь». Потеряй любимую — и происходит то же самое.

   Влюбись — и каждый предмет, каждый человек, каждое слово вдруг начинают твердить одно: «любовь». Потеряй любимую — и происходит то же самое.

   — По ту сторону безмолвия · книга
10. «

    Ирландская народная музыка — самая шизофреничная на свете. Возможно ли, чтобы печаль и радость изливались одновременно в одной и той же ноте.

    Ирландская народная музыка — самая шизофреничная на свете. Возможно ли, чтобы печаль и радость изливались одновременно в одной и той же ноте.

    — Свадьба палочек · книга
11. «

    Быть может, слезы – неизбежный спутник настоящей любви? Многие плачут не только от горя, но и от радости.

    Быть может, слезы – неизбежный спутник настоящей любви? Многие плачут не только от горя, но и от радости.

    — Белые яблоки · книга
12. «

    Все мои маленькие странности привстали, отвесили поклон и понеслись в хороводе.

    Все мои маленькие странности привстали, отвесили поклон и понеслись в хороводе.

    — Страна смеха · книга
13. «

    А в любви человек не одинок. Любовь исключает одиночество. ... Когда двое любят друг друга, одиночество перестает существовать.

    А в любви человек не одинок. Любовь исключает одиночество. ... Когда двое любят друг друга, одиночество перестает существовать.

    — Белые яблоки · книга
14. «

    Смерть хотя и глупа, но очень настырна.

    Смерть хотя и глупа, но очень настырна.

    — Белые яблоки · книга
15. «

    Нравственность по большой части просто маскировка трусости. Мы избегаем дурных поступков не потому, что считаем их аморальными; на самом деле нас пугает незнание — сколько там до дна. Ох, много; упадешь с такой высоты — расшибешься насмерть. Но иногда после этого падения удается выжить, и мир, там внизу, оказывается в миллион раз лучше, чем тот, в котором ты живешь сейчас.

    Нравственность по большой части просто маскировка трусости. Мы избегаем дурных поступков не потому, что считаем их аморальными; на самом деле нас пугает незнание — сколько там до дна. Ох, много; упадешь с такой высоты — расшибешься насмерть. Но иногда после этого падения удается выжить, и мир, там внизу, оказывается в миллион раз лучше, чем тот, в котором ты живешь сейчас.

    — Свадьба палочек · книга
16. «

    А прошлое, к сожалению, величина постоянная. Что было, то есть. Навеки.

    А прошлое, к сожалению, величина постоянная. Что было, то есть. Навеки.

    — Белые яблоки · книга
17. «

    Мне не нравится жить в мире, где правильные поступки так редки, что начинают считаться добрыми.

    Мне не нравится жить в мире, где правильные поступки так редки, что начинают считаться добрыми.

    — По ту сторону безмолвия · книга
18. «

    Брак, даже попав в самый тяжелый «климат», может оказаться таким же живучим, а порой и красивым, как кактус. Поскольку то и дело внезапно удивляет тебя, покрываясь самыми изысканными, нежно окрашенными, трепетными цветами. Кого трогает цветение розы? Розе и положено цвести. Но вот когда цветет кактус, и цветет роскошно…

    Брак, даже попав в самый тяжелый «климат», может оказаться таким же живучим, а порой и красивым, как кактус. Поскольку то и дело внезапно удивляет тебя, покрываясь самыми изысканными, нежно окрашенными, трепетными цветами. Кого трогает цветение розы? Розе и положено цвести. Но вот когда цветет кактус, и цветет роскошно…

    — По ту сторону безмолвия · книга
19. «

    Любить — это легко; машина ваша, все, что требуется, — это завести двигатель, выжать педаль газа и направиться в нужную сторону. Но когда любят тебя — это все равно что ездить в чужом автомобиле пассажиром. Даже будучи уверенным, что водитель — мастер своего дела, в глубине души опасаешься, что где-нибудь он да ошибется: одно неверное движение — и вы оба летите сквозь лобовое стекло навстречу неминуемой катастрофе.

    Любить — это легко; машина ваша, все, что требуется, — это завести двигатель, выжать педаль газа и направиться в нужную сторону. Но когда любят тебя — это все равно что ездить в чужом автомобиле пассажиром. Даже будучи уверенным, что водитель — мастер своего дела, в глубине души опасаешься, что где-нибудь он да ошибется: одно неверное движение — и вы оба летите сквозь лобовое стекло навстречу неминуемой катастрофе.

    — Кости Луны · книга
20. «

    — Но ты счастлива, что от него ушла? — Безумно! Я один только раз оглянулась на прошлую жизнь — убедиться, что заперла за собой дверь.

    — Но ты счастлива, что от него ушла? — Безумно! Я один только раз оглянулась на прошлую жизнь — убедиться, что заперла за собой дверь.

    — Свадьба палочек · книга