30 известных цитат Джонатана Кэрролла

Ниже 30 цитат Джонатана Кэрролла — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Любить Жако было всё равно, что сидеть на холодном камне — ты отдаешь ему всё своё тепло, а взамен не получаешь ничего. В результате остаешься с отмороженной задницей.

   Любить Жако было всё равно, что сидеть на холодном камне — ты отдаешь ему всё своё тепло, а взамен не получаешь ничего. В результате остаешься с отмороженной задницей.

   — Свадьба палочек · книга
2. «

   Время вечно шепчется у нас за спиной. Внешне оно дружелюбно и рассудительно, оно без колебаний старается помочь, чем может. Но, стоит нам отвернуться, и оно крадет наши жизни, а потом рассказывает про нас же украденным кусочкам всякие нехорошие вещи.

   Время вечно шепчется у нас за спиной. Внешне оно дружелюбно и рассудительно, оно без колебаний старается помочь, чем может. Но, стоит нам отвернуться, и оно крадет наши жизни, а потом рассказывает про нас же украденным кусочкам всякие нехорошие вещи.

   — Дитя в небе · книга
3. «

   А прошлое, к сожалению, величина постоянная. Что было, то есть. Навеки.

   А прошлое, к сожалению, величина постоянная. Что было, то есть. Навеки.

   — Белые яблоки · книга
4. «

   И если его не снедает тревога о жене и детях, то и тебе о них печься не стоит. Кто ты, в конце концов, — его любовница или совесть? По-моему, это просто здорово, что он хочет отказаться от всего и всех ради тебя. Такой и должна быть настоящая любовь!...

   И если его не снедает тревога о жене и детях, то и тебе о них печься не стоит. Кто ты, в конце концов, — его любовница или совесть? По-моему, это просто здорово, что он хочет отказаться от всего и всех ради тебя. Такой и должна быть настоящая любовь!...

   — Свадьба палочек · книга
5. «

   Я знаю только, что жизнь — это цепь убывающих возможностей, и в самом ее конце ты обречена долгие дни просиживать в кресле, уставясь в одну точку.

   Я знаю только, что жизнь — это цепь убывающих возможностей, и в самом ее конце ты обречена долгие дни просиживать в кресле, уставясь в одну точку.

   — Свадьба палочек · книга
6. «

   Смерть хотя и глупа, но очень настырна.

   Смерть хотя и глупа, но очень настырна.

   — Белые яблоки · книга
7. «

   Любить — это легко; машина ваша, все, что требуется, — это завести двигатель, выжать педаль газа и направиться в нужную сторону. Но когда любят тебя — это все равно что ездить в чужом автомобиле пассажиром. Даже будучи уверенным, что водитель — мастер своего дела, в глубине души опасаешься, что где-нибудь он да ошибется: одно неверное движение — и вы оба летите сквозь лобовое стекло навстречу неминуемой катастрофе.

   Любить — это легко; машина ваша, все, что требуется, — это завести двигатель, выжать педаль газа и направиться в нужную сторону. Но когда любят тебя — это все равно что ездить в чужом автомобиле пассажиром. Даже будучи уверенным, что водитель — мастер своего дела, в глубине души опасаешься, что где-нибудь он да ошибется: одно неверное движение — и вы оба летите сквозь лобовое стекло навстречу неминуемой катастрофе.

   — Кости Луны · книга
8. «

   Когда я полюблю тебя, входи ко мне без стука, но все-таки сперва, подумай хорошо, затем, что если вдруг, придя однажды, ты больше не придешь ко мне ни разу, мне будет больно.

   Когда я полюблю тебя, входи ко мне без стука, но все-таки сперва, подумай хорошо, затем, что если вдруг, придя однажды, ты больше не придешь ко мне ни разу, мне будет больно.

   — Свадьба палочек · книга
9. «

   Великая любовь никогда по-настоящему не кончается. В неё можно стрелять из пистолета или запихивать в угол самого тёмного чулана в глубине души, но она умна, хитра и изворотлива, она сумеет выжить. Любовь сумеет выжить и потрясти нас внезапным появлением тогда, когда мы совершенно уверены, что она мертва или, по крайней мере, надёжно упрятана под грудами прочих вещей.

   Великая любовь никогда по-настоящему не кончается. В неё можно стрелять из пистолета или запихивать в угол самого тёмного чулана в глубине души, но она умна, хитра и изворотлива, она сумеет выжить. Любовь сумеет выжить и потрясти нас внезапным появлением тогда, когда мы совершенно уверены, что она мертва или, по крайней мере, надёжно упрятана под грудами прочих вещей.

   — По ту сторону безмолвия · книга
10. «

    Мне не нравится жить в мире, где правильные поступки так редки, что начинают считаться добрыми.

    Мне не нравится жить в мире, где правильные поступки так редки, что начинают считаться добрыми.

    — По ту сторону безмолвия · книга
11. «

    Человек может сделать десять гадостей, потом одно доброе дело — и ему вновь открыты сердца людей. Но если, наоборот, — сперва десять добрых дел, потом одно дурное — тебе больше не доверяют. Если ты негодяй, они помнят хорошее. Если ты симпатяга, то помнят плохое. Каждый сам роет себе яму, верно?..

    Человек может сделать десять гадостей, потом одно доброе дело — и ему вновь открыты сердца людей. Но если, наоборот, — сперва десять добрых дел, потом одно дурное — тебе больше не доверяют. Если ты негодяй, они помнят хорошее. Если ты симпатяга, то помнят плохое. Каждый сам роет себе яму, верно?..

    — По ту сторону безмолвия · книга
12. «

    Не жмись к стенам зданий, чтобы уберечься от дождя. Тебя там настигнут самые крупные капли, срывающиеся с крыш...

    Не жмись к стенам зданий, чтобы уберечься от дождя. Тебя там настигнут самые крупные капли, срывающиеся с крыш...

    — Свадьба палочек · книга
13. «

    Лишь очутившись в собственной постели, мы остаемся один на один с нашими тайнами и теми внутренними голосами, которые неизменно желают нам спокойной ночи и доброго утра.

    Лишь очутившись в собственной постели, мы остаемся один на один с нашими тайнами и теми внутренними голосами, которые неизменно желают нам спокойной ночи и доброго утра.

    — Белые яблоки · книга
14. «

    Любая вещь, безраздельно принадлежащая нам одним, подчеркивает нашу неповторимость.

    Любая вещь, безраздельно принадлежащая нам одним, подчеркивает нашу неповторимость.

    — Кости Луны · книга
15. «

    Знаешь, что остается для меня загадкой? Любовь. Стоит мне начать понемногу в этом разбираться, как что то вдруг происходит, все меняется, и я опять ничего не понимаю.

    Знаешь, что остается для меня загадкой? Любовь. Стоит мне начать понемногу в этом разбираться, как что то вдруг происходит, все меняется, и я опять ничего не понимаю.

    — Белые яблоки · книга
16. «

    Люди вечно рассуждают о том, насколько по-разному видят мир мужчины и женщины и как странно, что мы, тем не менее, как-то ладим. Наблюдение, конечно, правильное, но ещё более невероятно, как удаётся сосуществовать в одной лодке взрослым и детям. Дети чувствуют себя в жизни более уютно, мы — больше знаем о ней. И всё при этом убеждены, что другая сторона видит мир неправильно и зачастую нелепо.

    Люди вечно рассуждают о том, насколько по-разному видят мир мужчины и женщины и как странно, что мы, тем не менее, как-то ладим. Наблюдение, конечно, правильное, но ещё более невероятно, как удаётся сосуществовать в одной лодке взрослым и детям. Дети чувствуют себя в жизни более уютно, мы — больше знаем о ней. И всё при этом убеждены, что другая сторона видит мир неправильно и зачастую нелепо.

    — По ту сторону безмолвия · книга
17. «

    Все мои маленькие странности привстали, отвесили поклон и понеслись в хороводе.

    Все мои маленькие странности привстали, отвесили поклон и понеслись в хороводе.

    — Страна смеха · книга
18. «

    Быть может, слезы – неизбежный спутник настоящей любви? Многие плачут не только от горя, но и от радости.

    Быть может, слезы – неизбежный спутник настоящей любви? Многие плачут не только от горя, но и от радости.

    — Белые яблоки · книга
19. «

    А в любви человек не одинок. Любовь исключает одиночество. ... Когда двое любят друг друга, одиночество перестает существовать.

    А в любви человек не одинок. Любовь исключает одиночество. ... Когда двое любят друг друга, одиночество перестает существовать.

    — Белые яблоки · книга
20. «

    Если что-то, чем мы дорожим, повреждается, мы не можем отвести взгляд от этой трещины или вмятины. Первая глубокая царапина на корпусе новой машины, первая явная ложь нового любовника, отверстие в мозаичном панно на месте плитки. Мы всегда знали, что это неизбежно, но втайне верили, что сможем избежать такого несчастья, уклониться от удара, обмануть судьбу. Иногда последствия удается смягчить, но что бы ни подверглось разрушительному воздействию – вещь, отношение, чувство, – оно уже никогда не будет прежним. Никогда.

    Если что-то, чем мы дорожим, повреждается, мы не можем отвести взгляд от этой трещины или вмятины. Первая глубокая царапина на корпусе новой машины, первая явная ложь нового любовника, отверстие в мозаичном панно на месте плитки. Мы всегда знали, что это неизбежно, но втайне верили, что сможем избежать такого несчастья, уклониться от удара, обмануть судьбу. Иногда последствия удается смягчить, но что бы ни подверглось разрушительному воздействию – вещь, отношение, чувство, – оно уже никогда не будет прежним. Никогда.

    — Белые яблоки · книга