75 афоризмов Джонатана Троппера

Подборка из 75 цитат Джонатана Троппера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В детстве все кажется вечным, незабываемым, детство заполняет собой весь мир, а потом оно вдруг кончается, и ты кидаешь землю на отцовский гроб и в ужасе понимаешь, что ничего вечного нет.

   В детстве все кажется вечным, незабываемым, детство заполняет собой весь мир, а потом оно вдруг кончается, и ты кидаешь землю на отцовский гроб и в ужасе понимаешь, что ничего вечного нет.

   — Дальше живите сами · книга
2. «

   Выглядит она хорошо, — замечает Венди. — Неверность ей к лицу.

   Выглядит она хорошо, — замечает Венди. — Неверность ей к лицу.

   — Венди · книга
3. «

   В какой-то момент одиночество становится скорее привычкой, чем состоянием. Приходит время, когда уже не смотришь на телефон, недоумевая, почему и позвонить некому, уже не стрижёшься, не качаешься, не думаешь, что завтра — первый день оставшейся тебе жизни. Потому что завтра — это сегодня, сегодня — это вчера, а вчера тебя отметелило до полусмерти и поставило на колени. Единственный способ не двинуться умом — прекратить надеяться на что-то лучшее. Но в глубине души он ещё не готов сдаться, всё ещё верит, что где-то там есть она, женщина, которая разглядит мужчину за этим расшатанным, распадающимся остовом, женщина, которая точно знает, что нужно делать с таким безнадёжным любовником-камикадзе.

   В какой-то момент одиночество становится скорее привычкой, чем состоянием. Приходит время, когда уже не смотришь на телефон, недоумевая, почему и позвонить некому, уже не стрижёшься, не качаешься, не думаешь, что завтра — первый день оставшейся тебе жизни. Потому что завтра — это сегодня, сегодня — это вчера, а вчера тебя отметелило до полусмерти и поставило на колени. Единственный способ не двинуться умом — прекратить надеяться на что-то лучшее. Но в глубине души он ещё не готов сдаться, всё ещё верит, что где-то там есть она, женщина, которая разглядит мужчину за этим расшатанным, распадающимся остовом, женщина, которая точно знает, что нужно делать с таким безнадёжным любовником-камикадзе.

   — На прощанье я скажу · книга
4. «

   Худые вести не лежат на месте.

   Худые вести не лежат на месте.

   — Джад Фоксман · книга
5. «

   Если вам случалось пройти через крушение брака — а по статистике, вы через это либо уже прошли, либо пройдете в скором времени, — то вы знаете, что в конце пути всегда вспоминается начало.

   Если вам случалось пройти через крушение брака — а по статистике, вы через это либо уже прошли, либо пройдете в скором времени, — то вы знаете, что в конце пути всегда вспоминается начало.

   — Дальше живите сами · книга
6. «

   — Ты действительно гордишься мной? — Ты шутишь? Ты — самое главное доказательство того, что я не тратил кислород впустую.

   — Ты действительно гордишься мной? — Ты шутишь? Ты — самое главное доказательство того, что я не тратил кислород впустую.

   — Кейси · книга
7. «

   Какая жизнь, такие и шутки.

   Какая жизнь, такие и шутки.

   — Пенни Мор · книга
8. «

   В реальной жизни, не по сценарию, редко удается выдумать удачную остроту. Обычно она приходит в голову только задним числом, когда смысла в этом, понятно, никакого нет.

   В реальной жизни, не по сценарию, редко удается выдумать удачную остроту. Обычно она приходит в голову только задним числом, когда смысла в этом, понятно, никакого нет.

   — Джо · книга
9. «

   Спасибо, мамочка. Я всегда ценю твои непрошеные советы, какими бы бесполезными они ни были.

   Спасибо, мамочка. Я всегда ценю твои непрошеные советы, какими бы бесполезными они ни были.

   — Джад Фоксман · книга
10. «

    Зрячий для слепого — сам Господь Бог.

    Зрячий для слепого — сам Господь Бог.

    — Филипп · книга
11. «

    Память несовершенна. А если, кроме нее, у тебя ничего нет, то что же останется, когда её не будет?

    Память несовершенна. А если, кроме нее, у тебя ничего нет, то что же останется, когда её не будет?

    — Карли · книга
12. «

    Ему понадобилось четыре месяца, чтобы умереть, — на три больше, чем предсказывали онкологи. <...> Оставайся он в сознании, наверняка бы сердился, что ему никак не удается сдохнуть, хотя дело вроде бы незатейливое. В Бога он не верил, а жизнь прожил под девизом «Сри или слезь с толчка».

    Ему понадобилось четыре месяца, чтобы умереть, — на три больше, чем предсказывали онкологи. <...> Оставайся он в сознании, наверняка бы сердился, что ему никак не удается сдохнуть, хотя дело вроде бы незатейливое. В Бога он не верил, а жизнь прожил под девизом «Сри или слезь с толчка».

    — Дальше живите сами · книга
13. «

    Я начал провожать ее после школы, руки наши слегка соприкасались при ходьбе, и в конце концов я осмелился взять ее за руку. Очень скоро держание за руки переросло в краткие осторожные поцелуи, а потом поцелуи стали долгими, настоящими, прерывавшимися только тогда, когда нам начинало не хватать воздуха, пока наши неопытные языки жадно исследовали друг друга. К середине октября мы стали совершенно неразлучны, скрепленные в единое целое могучим симбиозом бушующих гормонов и глубокой привязанности, которые чудесным образом подпитывают друг друга в тот сокровенный промежуток между детством и взрослой жизнью, когда они еще не входят в противоречие и не начинают безжалостно друг друга пожирать.

    Я начал провожать ее после школы, руки наши слегка соприкасались при ходьбе, и в конце концов я осмелился взять ее за руку. Очень скоро держание за руки переросло в краткие осторожные поцелуи, а потом поцелуи стали долгими, настоящими, прерывавшимися только тогда, когда нам начинало не хватать воздуха, пока наши неопытные языки жадно исследовали друг друга. К середине октября мы стали совершенно неразлучны, скрепленные в единое целое могучим симбиозом бушующих гормонов и глубокой привязанности, которые чудесным образом подпитывают друг друга в тот сокровенный промежуток между детством и взрослой жизнью, когда они еще не входят в противоречие и не начинают безжалостно друг друга пожирать.

    — Джо · книга
14. «

    Сильвер стоит в отделе книг «Помоги себе сам»... <...> «Плоский живот за тридцать дней», «Как питаться, чтобы похудеть», «Учись уважать себя» — миллиардная индустрия, выстроенная на абсурдной идее, что человека можно исправить.

    Сильвер стоит в отделе книг «Помоги себе сам»... <...> «Плоский живот за тридцать дней», «Как питаться, чтобы похудеть», «Учись уважать себя» — миллиардная индустрия, выстроенная на абсурдной идее, что человека можно исправить.

    — На прощанье я скажу · книга
15. «

    ...расплата за прощение бывает и посерьезнее.

    ...расплата за прощение бывает и посерьезнее.

    — Дениз · книга
16. «

    Ошибки делаем мы. А не ошибки делают нас.

    Ошибки делаем мы. А не ошибки делают нас.

    — Дуган · книга
17. «

    Всех интересует, когда можно считать любовь настоящей – так вот вам ответ: когда боль не проходит, когда рана не заживает и когда уже слишком, слишком поздно.

    Всех интересует, когда можно считать любовь настоящей – так вот вам ответ: когда боль не проходит, когда рана не заживает и когда уже слишком, слишком поздно.

    — Джо · книга
18. «

    Есть у меня одна странность. Инстинктивно не доверяю всему, что легко дается. Не знаю, откуда я такое взяла, но, думаю, расстались мы во многом из-за этого. Ну не могла я примириться с тем, что так просто оказалось встретить своего человека. Как будто моя жизнь – кино, а я кинокритик: если сюжет прост, значит, фильм неправдоподобен.

    Есть у меня одна странность. Инстинктивно не доверяю всему, что легко дается. Не знаю, откуда я такое взяла, но, думаю, расстались мы во многом из-за этого. Ну не могла я примириться с тем, что так просто оказалось встретить своего человека. Как будто моя жизнь – кино, а я кинокритик: если сюжет прост, значит, фильм неправдоподобен.

    — Самое время для новой жизни · книга
19. «

    Измена, как и любое другое преступление, порождает множество улик, улики — побочный продукт измены, как кислород у растений или говно у людей.

    Измена, как и любое другое преступление, порождает множество улик, улики — побочный продукт измены, как кислород у растений или говно у людей.

    — Джад Фоксман · книга
20. «

    В университете Линдси вела себя достаточно вольно, парни ее менялись в диапазоне от спортсменов до смутьянов, от иностранцев до художников, объединяло их только одно: они не были мной.

    В университете Линдси вела себя достаточно вольно, парни ее менялись в диапазоне от спортсменов до смутьянов, от иностранцев до художников, объединяло их только одно: они не были мной.

    — Самое время для новой жизни · книга