98 цитат Джонатана Троппера: от иронии до философии

Подборка из 98 цитат Джонатана Троппера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мой скромный опыт подсказывает, что женщина редко уходит из-за того, что ей плохо в постели. Но в постели становится плохо, когда разладилось что-то другое.

   Мой скромный опыт подсказывает, что женщина редко уходит из-за того, что ей плохо в постели. Но в постели становится плохо, когда разладилось что-то другое.

   — Пенни Мор · книга
2. «

   Так, бывает, пробуешь развязать запутанную веревку, а узлов становится еще больше.

   Так, бывает, пробуешь развязать запутанную веревку, а узлов становится еще больше.

   — Джо · книга
3. «

   Жизнь необъятна, но просрать ее можно в одночасье.

   Жизнь необъятна, но просрать ее можно в одночасье.

   — Дальше живите сами · книга
4. «

   Память несовершенна. А если, кроме нее, у тебя ничего нет, то что же останется, когда её не будет?

   Память несовершенна. А если, кроме нее, у тебя ничего нет, то что же останется, когда её не будет?

   — Карли · книга
5. «

   Нет ничего печальнее, чем сидеть в машине, когда тебе некуда ехать. Нет, пожалуй, ещё печальнее — сидеть в машине возле дома, где прожил почти десять лет и который вдруг, в одночасье, перестал быть твоим домом. Ведь обычно, когда тебе некуда ехать, всегда можно поехать домой.

   Нет ничего печальнее, чем сидеть в машине, когда тебе некуда ехать. Нет, пожалуй, ещё печальнее — сидеть в машине возле дома, где прожил почти десять лет и который вдруг, в одночасье, перестал быть твоим домом. Ведь обычно, когда тебе некуда ехать, всегда можно поехать домой.

   — Дальше живите сами · книга
6. «

   В какой-то момент одиночество становится скорее привычкой, чем состоянием. Приходит время, когда уже не смотришь на телефон, недоумевая, почему и позвонить некому, уже не стрижёшься, не качаешься, не думаешь, что завтра — первый день оставшейся тебе жизни. Потому что завтра — это сегодня, сегодня — это вчера, а вчера тебя отметелило до полусмерти и поставило на колени. Единственный способ не двинуться умом — прекратить надеяться на что-то лучшее. Но в глубине души он ещё не готов сдаться, всё ещё верит, что где-то там есть она, женщина, которая разглядит мужчину за этим расшатанным, распадающимся остовом, женщина, которая точно знает, что нужно делать с таким безнадёжным любовником-камикадзе.

   В какой-то момент одиночество становится скорее привычкой, чем состоянием. Приходит время, когда уже не смотришь на телефон, недоумевая, почему и позвонить некому, уже не стрижёшься, не качаешься, не думаешь, что завтра — первый день оставшейся тебе жизни. Потому что завтра — это сегодня, сегодня — это вчера, а вчера тебя отметелило до полусмерти и поставило на колени. Единственный способ не двинуться умом — прекратить надеяться на что-то лучшее. Но в глубине души он ещё не готов сдаться, всё ещё верит, что где-то там есть она, женщина, которая разглядит мужчину за этим расшатанным, распадающимся остовом, женщина, которая точно знает, что нужно делать с таким безнадёжным любовником-камикадзе.

   — На прощанье я скажу · книга
7. «

   Будучи официально разведенным, поздно вечером я сидел на диване, бесцельно щелкал пультом и чувствовал, что выхожу на новый ошеломляющий виток депрессии. Хотелось уже снова кому-нибудь принадлежать.

   Будучи официально разведенным, поздно вечером я сидел на диване, бесцельно щелкал пультом и чувствовал, что выхожу на новый ошеломляющий виток депрессии. Хотелось уже снова кому-нибудь принадлежать.

   — Самое время для новой жизни · книга
8. «

   Мнение... как дырка в заднице: оно есть у каждого, но не надо всем его предъявлять.

   Мнение... как дырка в заднице: оно есть у каждого, но не надо всем его предъявлять.

   — Самое время для новой жизни · книга
9. «

   В какой-то момент уже совершенно не важно, кто прав, а кто виноват. Злость и обида превращаются в дурную привычку, вроде курения. Ты травишь себя, даже не задумываясь о том, что делаешь.

   В какой-то момент уже совершенно не важно, кто прав, а кто виноват. Злость и обида превращаются в дурную привычку, вроде курения. Ты травишь себя, даже не задумываясь о том, что делаешь.

   — Дальше живите сами · книга
10. «

    Жизнь в одиночестве предоставляет кучу времени для размышлений. Не то что ты непременно приходишь к каким-то выводам, поскольку мудрость — это, главным образом, работа ума и самосознания, а не количество времени, которым располагаешь. Зато быстрее додумываешься до бездонных бездн отчаяния.

    Жизнь в одиночестве предоставляет кучу времени для размышлений. Не то что ты непременно приходишь к каким-то выводам, поскольку мудрость — это, главным образом, работа ума и самосознания, а не количество времени, которым располагаешь. Зато быстрее додумываешься до бездонных бездн отчаяния.

    — Дрю Сильвер · книга
11. «

    Нет, все-таки не только чужая душа — потемки, но и своя тоже.

    Нет, все-таки не только чужая душа — потемки, но и своя тоже.

    — Дальше живите сами · книга
12. «

    Каждый день в прямом эфире усердно подсчитывают трупы и называют это новостями. Они думают, нас только смерть интересует?

    Каждый день в прямом эфире усердно подсчитывают трупы и называют это новостями. Они думают, нас только смерть интересует?

    — Самое время для новой жизни · книга
13. «

    Я, можно сказать, возвела поиск в ранг искусства. «В поиске» – отличная дефиниция для меня.

    Я, можно сказать, возвела поиск в ранг искусства. «В поиске» – отличная дефиниция для меня.

    — Линдси · книга
14. «

    — Ты веришь в Бога? — В общем, нет. Не верю. — Тогда зачем мы ходим в синагогу? — А вдруг я ошибаюсь?

    — Ты веришь в Бога? — В общем, нет. Не верю. — Тогда зачем мы ходим в синагогу? — А вдруг я ошибаюсь?

    — Дальше живите сами · книга
15. «

    За шестьдесят секунд нашего знакомства мне удалось рассмешить эту девушку уже дважды — а я, начитавшись «Плейбоя», твердо знал, что красавицы хотят как раз таких мужчин, которые умеют их рассмешить. Ну, разумеется, эти мужчины должны смешить их после того, как обеспечат своим красавицам многократный оргазм твердым и ненасытным членом длиной не меньше двадцати двух сантиметров, причем на борту частного самолета.

    За шестьдесят секунд нашего знакомства мне удалось рассмешить эту девушку уже дважды — а я, начитавшись «Плейбоя», твердо знал, что красавицы хотят как раз таких мужчин, которые умеют их рассмешить. Ну, разумеется, эти мужчины должны смешить их после того, как обеспечат своим красавицам многократный оргазм твердым и ненасытным членом длиной не меньше двадцати двух сантиметров, причем на борту частного самолета.

    — Джад Фоксман · книга
16. «

    Мать у нас, конечно, своё дело знает, в этом ей не откажешь. Но она не просто психотерапевт. Двадцать лет назад она написала книгу «Начнём с колыбели, или Как стать родителями без предрассудков». Книга стала бестселлером и превратила мать в знаменитейшего в стране специалиста по грамотному выращиванию детей. Естественно, при такой родительнице мы — и я, и братья, и сестра — выросли непоправимо испорченными.

    Мать у нас, конечно, своё дело знает, в этом ей не откажешь. Но она не просто психотерапевт. Двадцать лет назад она написала книгу «Начнём с колыбели, или Как стать родителями без предрассудков». Книга стала бестселлером и превратила мать в знаменитейшего в стране специалиста по грамотному выращиванию детей. Естественно, при такой родительнице мы — и я, и братья, и сестра — выросли непоправимо испорченными.

    — Дальше живите сами · книга
17. «

    Зрячий для слепого — сам Господь Бог.

    Зрячий для слепого — сам Господь Бог.

    — Филипп · книга
18. «

    «Так получилось». Эта коронная фраза, «так получилось», годится на все случаи Филипповой жизни, этакая идеальная эпитафия человеку, который всегда оказывается ни в чём не повинным свидетелем собственных поступков.

    «Так получилось». Эта коронная фраза, «так получилось», годится на все случаи Филипповой жизни, этакая идеальная эпитафия человеку, который всегда оказывается ни в чём не повинным свидетелем собственных поступков.

    — Дальше живите сами · книга
19. «

    Я, когда выпью, вечно пытаюсь взять на себя какие-нибудь грандиозные обязательства в плане личностного роста — когда ты свободен от гнетущего давления трезвости, то все они кажутся само собой разумеющимися и легковыполнимыми.

    Я, когда выпью, вечно пытаюсь взять на себя какие-нибудь грандиозные обязательства в плане личностного роста — когда ты свободен от гнетущего давления трезвости, то все они кажутся само собой разумеющимися и легковыполнимыми.

    — Джо · книга
20. «

    — Ну почему нам нельзя остаться друзьями? — произносит она. — Ты спишь с моим боссом. Это довольно веская причина.

    — Ну почему нам нельзя остаться друзьями? — произносит она. — Ты спишь с моим боссом. Это довольно веская причина.

    — Джен · книга