460 цитат Джорджа Оруэлла о смысле жизни

Подборка из 460 цитат Джорджа Оруэлла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Под «патриотизмом» я понимаю приверженность человека к определенному месту и определенному образу жизни, которые он считает лучшими в мире, но при этом не имеет желания навязывать их силой другим людям. Патриотизм, по самой природе своей, имеет оборонительный характер, как в военном, так и в культурном отношении.

   Под «патриотизмом» я понимаю приверженность человека к определенному месту и определенному образу жизни, которые он считает лучшими в мире, но при этом не имеет желания навязывать их силой другим людям. Патриотизм, по самой природе своей, имеет оборонительный характер, как в военном, так и в культурном отношении.

   — Заметки о национализме · книга
2. «

   От слов «Я вас люблю» нахлынуло желание продлить себе жизнь.

   От слов «Я вас люблю» нахлынуло желание продлить себе жизнь.

   — 1984 · книга
3. «

   Есть ли на свете нечто унижающее больше, чем желание обладать женщиной, которая наверняка не будет вам принадлежать?

   Есть ли на свете нечто унижающее больше, чем желание обладать женщиной, которая наверняка не будет вам принадлежать?

   — Дни в Бирме · книга
4. «

   Как все жирные, таковым он себя никак не признавал, предпочитая определения уклончивые: «плотный», например, или «дородный», а еще лучше «здоровяк». Толстяки просто обожают, когда их называют «здоровяками».

   Как все жирные, таковым он себя никак не признавал, предпочитая определения уклончивые: «плотный», например, или «дородный», а еще лучше «здоровяк». Толстяки просто обожают, когда их называют «здоровяками».

   — Да здравствует фикус! · книга
5. «

   В холодном утреннем свете исполнение твердо принятых накануне вечером решений дается трудновато.

   В холодном утреннем свете исполнение твердо принятых накануне вечером решений дается трудновато.

   — Гордон Комсток · книга
6. «

   Очевидное, простое, правильное нуждается в защите. Очевидные истины верны — вот за что надо держаться! Реальный мир существует, и законы его незыблемы. Камень — твердый, вода — мокрая, предметы, которые ничто не удерживает, притягиваются к центру Земли.

   Очевидное, простое, правильное нуждается в защите. Очевидные истины верны — вот за что надо держаться! Реальный мир существует, и законы его незыблемы. Камень — твердый, вода — мокрая, предметы, которые ничто не удерживает, притягиваются к центру Земли.

   — Уинстон Смит · книга
7. «

   Самая страшная пощечина – та, на которую у тебя нет возможности ответить.

   Самая страшная пощечина – та, на которую у тебя нет возможности ответить.

   — Да здравствует фикус! · книга
8. «

   Мозги у Портиуса искрить перестали, наверно, еще в годы Русско-японской войны. И ужас в том, что почти все порядочные люди — все, кого нисколько не тянет расквашивать чьи-то лица, — похожи на него. Люди хорошие, но шестеренки в их головах застопорило. Не могут защититься от подползающей опасности, поскольку попросту не видят ничего, не замечают даже у себя под носом. Им кажется, Англия вечна и несокрушима и ничего на свете, кроме Англии. Не понимают, что это лишь пережиток, островок в стороне, куда пока только случайно бомбы не падают. Ну а та новая порода восточноевропейских, гладко и оптимально наштампованных ребят, у которых лозунги вместо мыслей и разговоры пулями? Уже нацелились сюда, скоро накинутся. И никаких правил для благородных поединков они не признают. А приличный народ парализован. Похоже, поделился мир на спящих мертвым сном порядочных людей и живых, до ужаса энергичных горилл; промежуточных особей как-то не наблюдается.

   Мозги у Портиуса искрить перестали, наверно, еще в годы Русско-японской войны. И ужас в том, что почти все порядочные люди — все, кого нисколько не тянет расквашивать чьи-то лица, — похожи на него. Люди хорошие, но шестеренки в их головах застопорило. Не могут защититься от подползающей опасности, поскольку попросту не видят ничего, не замечают даже у себя под носом. Им кажется, Англия вечна и несокрушима и ничего на свете, кроме Англии. Не понимают, что это лишь пережиток, островок в стороне, куда пока только случайно бомбы не падают. Ну а та новая порода восточноевропейских, гладко и оптимально наштампованных ребят, у которых лозунги вместо мыслей и разговоры пулями? Уже нацелились сюда, скоро накинутся. И никаких правил для благородных поединков они не признают. А приличный народ парализован. Похоже, поделился мир на спящих мертвым сном порядочных людей и живых, до ужаса энергичных горилл; промежуточных особей как-то не наблюдается.

   — Джордж Боулинг · книга
9. «

   И яснее, чем прежде, он понял, за что ее ненавидит. За то, что молодая, красивая и бесполая; за то, что он хочет с ней спать и никогда этого не добьется; за то, что на нежной тонкой талии, будто созданной для того, чтобы ее обнимали, — не его рука, а этот алый кушак, воинственный символ непорочности.

   И яснее, чем прежде, он понял, за что ее ненавидит. За то, что молодая, красивая и бесполая; за то, что он хочет с ней спать и никогда этого не добьется; за то, что на нежной тонкой талии, будто созданной для того, чтобы ее обнимали, — не его рука, а этот алый кушак, воинственный символ непорочности.

   — 1984 · книга
10. «

    Человек, способный быть беспристрастным, может постичь достоинство писателя, с убеждениями которого он глубоко не согласен.

    Человек, способный быть беспристрастным, может постичь достоинство писателя, с убеждениями которого он глубоко не согласен.

    — Политика против литературы: анализ "Путешествий Гулливера" · книга
11. «

    Чтобы видеть то, что происходит прямо перед вашим носом, необходимо отчаянно бороться.

    Чтобы видеть то, что происходит прямо перед вашим носом, необходимо отчаянно бороться.

    — 1984 · книга
12. «

    После смерти отца для пары давно отцветших дочек нашлись мужья, сыновьям же ввиду неспособности заработать осталось пополнить ряды джентльменов, которые «не могут позволить себе жениться».

    После смерти отца для пары давно отцветших дочек нашлись мужья, сыновьям же ввиду неспособности заработать осталось пополнить ряды джентльменов, которые «не могут позволить себе жениться».

    — Да здравствует фикус! · книга
13. «

    Свидания с богатыми, как посещения вельможных лиц, должны быть краткими.

    Свидания с богатыми, как посещения вельможных лиц, должны быть краткими.

    — Да здравствует фикус! · книга
14. «

    Не складывалось впечатления о ней как о женщине необыкновенной, а тем более умной; но в ней было какое-то благородство, какая-то чистота — просто потому, что нормы, которых она придерживалась, были личными.

    Не складывалось впечатления о ней как о женщине необыкновенной, а тем более умной; но в ней было какое-то благородство, какая-то чистота — просто потому, что нормы, которых она придерживалась, были личными.

    — 1984 · книга
15. «

    Предполагается, что где-то, вне тебя, есть «действительный» мир, где происходят «действительные» события. Но откуда может взяться этот мир? О вещах мы знаем только то, что содержится в нашем сознании. Все происходящее происходит в сознании. То, что происходит в сознании у всех, происходит в действительности.

    Предполагается, что где-то, вне тебя, есть «действительный» мир, где происходят «действительные» события. Но откуда может взяться этот мир? О вещах мы знаем только то, что содержится в нашем сознании. Все происходящее происходит в сознании. То, что происходит в сознании у всех, происходит в действительности.

    — 1984 · книга
16. «

    Сообщество животных, навсегда освободившихся от голода и побоев, общество равных, в котором каждый трудится по способностям и сильный защищает слабого... А вместо этого — она не знала, почему так случилось, — настало время когда никто не может говорить, что у него на уме, когда вокруг рыщут злобные псы, и когда ты должен смотреть, как твоих товарищей рвут на куски, после того, как они признались в ужасающих преступлениях.

    Сообщество животных, навсегда освободившихся от голода и побоев, общество равных, в котором каждый трудится по способностям и сильный защищает слабого... А вместо этого — она не знала, почему так случилось, — настало время когда никто не может говорить, что у него на уме, когда вокруг рыщут злобные псы, и когда ты должен смотреть, как твоих товарищей рвут на куски, после того, как они признались в ужасающих преступлениях.

    — Кловер · книга
17. «

    На что способен человек с мозгами! Мозги из ничего добудут деньги.

    На что способен человек с мозгами! Мозги из ничего добудут деньги.

    — Фунты лиха в Париже и Лондоне · книга
18. «

    Все Комстоки, казалось, были обречены запуганно таиться по своим норкам. Абсолютное неумение как-либо действовать, ни грани храбрости куда-нибудь пробиться, хотя бы в автобус.

    Все Комстоки, казалось, были обречены запуганно таиться по своим норкам. Абсолютное неумение как-либо действовать, ни грани храбрости куда-нибудь пробиться, хотя бы в автобус.

    — Да здравствует фикус! · книга
19. «

    Голосом, в котором благодаря усилителям звучал металл, он кричал о бесчисленных фактах зверств, убийств, депортаций, грабежей, изнасилований, пыток военнопленных, бомбардировок гражданских объектов, о лживых пропагандистских трюках, неспровоцированных актах агрессии и нарушенных соглашениях. Надо было с начала убедить себя во всём этом, потом сойти с ума и только после этого слушать его речь.

    Голосом, в котором благодаря усилителям звучал металл, он кричал о бесчисленных фактах зверств, убийств, депортаций, грабежей, изнасилований, пыток военнопленных, бомбардировок гражданских объектов, о лживых пропагандистских трюках, неспровоцированных актах агрессии и нарушенных соглашениях. Надо было с начала убедить себя во всём этом, потом сойти с ума и только после этого слушать его речь.

    — 1984 · книга
20. «

    Практически нужды населения всегда недооцениваются, и в результате – хроническая нехватка предметов первой необходимости; но она считается полезной. Это обдуманная политика: держать даже привилегированные слои на грани лишений, ибо общая скудность повышает значение мелких привилегий и тем увеличивает различия между одной группой и другой.

    Практически нужды населения всегда недооцениваются, и в результате – хроническая нехватка предметов первой необходимости; но она считается полезной. Это обдуманная политика: держать даже привилегированные слои на грани лишений, ибо общая скудность повышает значение мелких привилегий и тем увеличивает различия между одной группой и другой.

    — 1984 · книга