562 цитаты Джорджа Оруэлла, которые захочется сохранить

Подборка из 562 цитаты Джорджа Оруэлла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чертова бедность — давит бесконечной тюремной изоляцией.

   Чертова бедность — давит бесконечной тюремной изоляцией.

   — Гордон Комсток · книга
2. «

   От слов «я люблю тебя» он преисполнился желания пожить подольше, и идти на риск ради мелочей теперь казалось глупостью.

   От слов «я люблю тебя» он преисполнился желания пожить подольше, и идти на риск ради мелочей теперь казалось глупостью.

   — 1984 · книга
3. «

   Если нет больше памяти и подтасованы история, раз это произошло, приходится принять утверждение Партии, что она улучшила условия жизни, ведь нет же и никогда уже не будет эталона, с помощью которого можно всё это проверить.

   Если нет больше памяти и подтасованы история, раз это произошло, приходится принять утверждение Партии, что она улучшила условия жизни, ведь нет же и никогда уже не будет эталона, с помощью которого можно всё это проверить.

   — 1984 · книга
4. «

   Было почти девять часов, с каждой минутой солнце пекло все яростней. Жара пульсирующим шумом отдавалась в висках, будто по голове ритмично били тяжелой подушкой.

   Было почти девять часов, с каждой минутой солнце пекло все яростней. Жара пульсирующим шумом отдавалась в висках, будто по голове ритмично били тяжелой подушкой.

   — Дни в Бирме · книга
5. «

   Кроме того, в прошлом война была одним из главных инструментов, не дававших обществу оторваться от физической действительности. Во все времена правители пытались навязать подданным ложные представления о действительности; но иллюзий, подрывающих военную силу, они позволить себе не могли.

   Кроме того, в прошлом война была одним из главных инструментов, не дававших обществу оторваться от физической действительности. Во все времена правители пытались навязать подданным ложные представления о действительности; но иллюзий, подрывающих военную силу, они позволить себе не могли.

   — 1984 · книга
6. «

   Конец уже содержится в начале.

   Конец уже содержится в начале.

   — 1984 · книга
7. «

   Отличительный признак человека — это руки.

   Отличительный признак человека — это руки.

   — Скотный двор · книга
8. «

   Загадочная это вещь – потеря веры, столь же загадочна, как обретение. Тоже не крепится корнями логики, а просто климат меняется в сознании.

   Загадочная это вещь – потеря веры, столь же загадочна, как обретение. Тоже не крепится корнями логики, а просто климат меняется в сознании.

   — Дочь священника · книга
9. «

   Тут нужен был еще некий умственный атлетизм, способность тончайшим образом применять логику, а в следующий миг не замечать грубейшей логической ошибки. Глупость была так же необходима, как ум, и так же трудно давалась.

   Тут нужен был еще некий умственный атлетизм, способность тончайшим образом применять логику, а в следующий миг не замечать грубейшей логической ошибки. Глупость была так же необходима, как ум, и так же трудно давалась.

   — 1984 · книга
10. «

    ... Чем меньше выбор слов, тем меньше искушение задуматься.

    ... Чем меньше выбор слов, тем меньше искушение задуматься.

    — 1984 · книга
11. «

    О том, что при нашей жизни наступят заметные перемены, думать не приходится. Подлинная наша жизнь — в будущем.

    О том, что при нашей жизни наступят заметные перемены, думать не приходится. Подлинная наша жизнь — в будущем.

    — 1984 · книга
12. «

    Мы покорили материю, потому что мы покорили сознание. Действительность – внутри черепа.

    Мы покорили материю, потому что мы покорили сознание. Действительность – внутри черепа.

    — О’Брайен · книга
13. «

    Будет продолжать дневник или не будет – разницы никакой. Полиция мыслей и так и так до него доберется. Он совершил – и если бы не коснулся бумаги пером, все равно совершил бы – абсолютное преступление, содержащее в себе все остальные. Мыслепреступление – вот как оно называлось. Мыслепреступление нельзя скрывать вечно. Изворачиваться какое-то время ты можешь, и даже не один год, но рано или поздно до тебя доберутся. Бывало это всегда по ночам – арестовывали по ночам. Внезапно будят, грубая рука трясет тебя за плечи, светят в глаза, кровать окружили суровые лица. Как правило, суда не бывало, об аресте нигде не сообщалось. Люди просто исчезали, и всегда – ночью. Твое имя вынуто из списков, все упоминания о том, что ты делал, стерты, факт твоего существования отрицается и будет забыт. Ты отменен, уничтожен: как принято говорить, распылен.

    Будет продолжать дневник или не будет – разницы никакой. Полиция мыслей и так и так до него доберется. Он совершил – и если бы не коснулся бумаги пером, все равно совершил бы – абсолютное преступление, содержащее в себе все остальные. Мыслепреступление – вот как оно называлось. Мыслепреступление нельзя скрывать вечно. Изворачиваться какое-то время ты можешь, и даже не один год, но рано или поздно до тебя доберутся. Бывало это всегда по ночам – арестовывали по ночам. Внезапно будят, грубая рука трясет тебя за плечи, светят в глаза, кровать окружили суровые лица. Как правило, суда не бывало, об аресте нигде не сообщалось. Люди просто исчезали, и всегда – ночью. Твое имя вынуто из списков, все упоминания о том, что ты делал, стерты, факт твоего существования отрицается и будет забыт. Ты отменен, уничтожен: как принято говорить, распылен.

    — Уинстон Смит · книга
14. «

    Британская Индия являлась тиранией несомненно благожелательной, однако все же тиранией, созданной ради грабежа.

    Британская Индия являлась тиранией несомненно благожелательной, однако все же тиранией, созданной ради грабежа.

    — Флори · книга
15. «

    Интересно, впрочем, что страсть пылкого рыцаря веры, по сути, не содержала ни грамма религиозности.

    Интересно, впрочем, что страсть пылкого рыцаря веры, по сути, не содержала ни грамма религиозности.

    — Дочь священника · книга
16. «

    Здесь царил чисто американский подход — ничего святого, кроме денег; трудись, исповедуй принцип: публика — свинья, реклама — грохот мешалки в свином корыте. Такой вот искушенный цинизм, в сочетании с самым наивным, суеверным трепетом перед богом Бизнеса.

    Здесь царил чисто американский подход — ничего святого, кроме денег; трудись, исповедуй принцип: публика — свинья, реклама — грохот мешалки в свином корыте. Такой вот искушенный цинизм, в сочетании с самым наивным, суеверным трепетом перед богом Бизнеса.

    — Да здравствует фикус! · книга
17. «

    Социализм обычно представляли себе как некую либеральную систему, одухотворенную высокой моралью. Государство возьмет на себя заботы о вашем экономическом благоденствии, освободив от страха перед нищетой, безработицей и т. д., но ему не будет никакой необходимости вмешиваться в вашу частную интеллектуальную жизнь. Искусство будет процветать точно так же, как в эпоху либерального капитализма, и даже еще нагляднее, поскольку художник более не будет испытывать экономического принуждения. Опыт заставляет нас признать, что эти представления пошли прахом.

    Социализм обычно представляли себе как некую либеральную систему, одухотворенную высокой моралью. Государство возьмет на себя заботы о вашем экономическом благоденствии, освободив от страха перед нищетой, безработицей и т. д., но ему не будет никакой необходимости вмешиваться в вашу частную интеллектуальную жизнь. Искусство будет процветать точно так же, как в эпоху либерального капитализма, и даже еще нагляднее, поскольку художник более не будет испытывать экономического принуждения. Опыт заставляет нас признать, что эти представления пошли прахом.

    — Литература и тоталитаризм · книга
18. «

    И тут в его голове возник почти готовый образ некоего товарища Огилви, который недавно геройски погиб в бою. Случалось, что Большой Брат посвящал Приказ Дня прославлению какого-нибудь скромного, рядового члена Партии, чья жизнь и смерть подавались как достойный пример для подражания. Пусть на этот раз он прославит товарища Огилви. Конечно, никакого товарища Огилви никогда не существовало в природе, но несколько строчек в газете и пара подделанных фотографий сделают его существование вполне реальным.

    И тут в его голове возник почти готовый образ некоего товарища Огилви, который недавно геройски погиб в бою. Случалось, что Большой Брат посвящал Приказ Дня прославлению какого-нибудь скромного, рядового члена Партии, чья жизнь и смерть подавались как достойный пример для подражания. Пусть на этот раз он прославит товарища Огилви. Конечно, никакого товарища Огилви никогда не существовало в природе, но несколько строчек в газете и пара подделанных фотографий сделают его существование вполне реальным.

    — 1984 · книга
19. «

    Ежемесячный «Антихрист» был журналом умеренно высоколобных претензий, с направлением неистовой, хотя весьма туманной левизны.

    Ежемесячный «Антихрист» был журналом умеренно высоколобных претензий, с направлением неистовой, хотя весьма туманной левизны.

    — Да здравствует фикус! · книга
20. «

    Деньги! Кто говорит про деньги? Пора сообразить, что бывает кое-что поважнее. Слава. Величие. А вдруг сам губернатор орден к моей груди приколет?

    Деньги! Кто говорит про деньги? Пора сообразить, что бывает кое-что поважнее. Слава. Величие. А вдруг сам губернатор орден к моей груди приколет?

    — У По Кин · книга