Джордж Р.Р. Мартин: 224 высказываний о главном

Подборка из 224 цитаты Джорджа Р.Р. Мартина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Настоящий мужчина крадёт женщину в чужих краях, чтобы клан был крепче. Женщины, которые спят с братьями, отцами и родичами, оскорбляют богов, и те наказывают их больными и слабыми детьми. Даже уродами.

   Настоящий мужчина крадёт женщину в чужих краях, чтобы клан был крепче. Женщины, которые спят с братьями, отцами и родичами, оскорбляют богов, и те наказывают их больными и слабыми детьми. Даже уродами.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   Этот парень вообще всегда улыбался, словно бы сам мир вокруг был такой шуткой, которую понять мог лишь он один.

   Этот парень вообще всегда улыбался, словно бы сам мир вокруг был такой шуткой, которую понять мог лишь он один.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   Страна — это скалы, деревья и реки. Разве камни нуждаются в защите?

   Страна — это скалы, деревья и реки. Разве камни нуждаются в защите?

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   Есть два вида людей: игроки и фигуры.

   Есть два вида людей: игроки и фигуры.

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Погляди вокруг и принюхайся хорошенько: здесь все лжецы, все до одного, и каждый лжет лучше, чем ты.

   Погляди вокруг и принюхайся хорошенько: здесь все лжецы, все до одного, и каждый лжет лучше, чем ты.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Иметь глаза, но не видеть красоты; иметь уши, но не слышать музыки; обладать разумом, но не воспринимать истину; иметь сердце, но никогда не волноваться и не гореть огнем.

   Иметь глаза, но не видеть красоты; иметь уши, но не слышать музыки; обладать разумом, но не воспринимать истину; иметь сердце, но никогда не волноваться и не гореть огнем.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   Бордель — куда более надёжное вложение денег, чем корабли, я давно понял это. Шлюхи тонут редко, а когда их берут на абордаж пираты, то, как и все прочие, они платят за это доброй монетой.

   Бордель — куда более надёжное вложение денег, чем корабли, я давно понял это. Шлюхи тонут редко, а когда их берут на абордаж пираты, то, как и все прочие, они платят за это доброй монетой.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   — Король делает что хочет. — Эйерис Таргариен тоже делал что хотел. Разве мать не рассказывала тебе, что с ним случилось?

   — Король делает что хочет. — Эйерис Таргариен тоже делал что хотел. Разве мать не рассказывала тебе, что с ним случилось?

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Все умирают, если проткнуть их мечом.

   Все умирают, если проткнуть их мечом.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    Отсутствие юмора приводило к смерти и более весёлых людей, чем сир Аллистер.

    Отсутствие юмора приводило к смерти и более весёлых людей, чем сир Аллистер.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    Для таких, как мы, никогда не настанет зима. Если мы падем в битве, о нас будут петь, а в песнях всегда стоит лето. В песнях все рыцари благородны, все девы прекрасны и солнце никогда не заходит.

    Для таких, как мы, никогда не настанет зима. Если мы падем в битве, о нас будут петь, а в песнях всегда стоит лето. В песнях все рыцари благородны, все девы прекрасны и солнце никогда не заходит.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Шпионы и осведомители редко пользуются любовью, милорд. Я всего лишь верный слуга государства.

    Шпионы и осведомители редко пользуются любовью, милорд. Я всего лишь верный слуга государства.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    Когда дело доходит до мечей, даже королева — всего лишь женщина.

    Когда дело доходит до мечей, даже королева — всего лишь женщина.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    Ему шестнадцать, а в этом возрасте любовь, похоть и честь всегда перевешивают рассудок.

    Ему шестнадцать, а в этом возрасте любовь, похоть и честь всегда перевешивают рассудок.

    — Джордж Мартин · книга
15. «

    — Вы ужасный человек. — Просто честный. Это мир ужасен.

    — Вы ужасный человек. — Просто честный. Это мир ужасен.

    — Джордж Мартин · книга
16. «

    Смерть всегда приносит с собою скорбь, но на свой собственный лад она — самое естественное событие из всех, приключающихся с человеком.

    Смерть всегда приносит с собою скорбь, но на свой собственный лад она — самое естественное событие из всех, приключающихся с человеком.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    Все тянется издавна — от наших отцов и матерей и еще дальше, от дедов и прадедов. Мы марионетки в руках тех, кто жил до нас, а когда-нибудь наши дети запляшут на нитках, натянутых нами.

    Все тянется издавна — от наших отцов и матерей и еще дальше, от дедов и прадедов. Мы марионетки в руках тех, кто жил до нас, а когда-нибудь наши дети запляшут на нитках, натянутых нами.

    — Джордж Мартин · книга
18. «

    Нет на земле существа более жуткого, чем истинно справедливый человек.

    Нет на земле существа более жуткого, чем истинно справедливый человек.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    Их так много, этих обетов... язык устанет клясться. Защищать короля. Повиноваться королю. Хранить его тайны. Исполнять его приказания. Отдать за него жизнь. Повиноваться своему отцу, помимо этого. Любить свою сестру. Защищать невинных. Защищать слабых. Уважать богов. Подчиняться законам. Это уж чересчур — что бы ты ни сделал, какой-нибудь обет да нарушишь.

    Их так много, этих обетов... язык устанет клясться. Защищать короля. Повиноваться королю. Хранить его тайны. Исполнять его приказания. Отдать за него жизнь. Повиноваться своему отцу, помимо этого. Любить свою сестру. Защищать невинных. Защищать слабых. Уважать богов. Подчиняться законам. Это уж чересчур — что бы ты ни сделал, какой-нибудь обет да нарушишь.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    На войне всё решает миг, когда одна из армий обращается в бегство. Пусть это войско не менее многочисленно, чем миг назад, пусть оно по-прежнему вооружено и одето в доспехи — тот, кто побежал, уже не обернётся, чтобы принять бой.

    На войне всё решает миг, когда одна из армий обращается в бегство. Пусть это войско не менее многочисленно, чем миг назад, пусть оно по-прежнему вооружено и одето в доспехи — тот, кто побежал, уже не обернётся, чтобы принять бой.

    — Джордж Мартин · книга