70 афоризмов Джорджио Фалетти

Ниже 70 цитат Джорджио Фалетти — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Победить легко.

   Победить легко.

   — Я убиваю · книга
2. «

   Он думает, что истории повторяются до бесконечности. Иногда кажется, будто они подходят к концу, но нет, меняются только действующие лица. Актеры другие, а роли все те же. Тот, кто убивает, тот, кто умирает, тот, кто не знает, тот, кто наконец понимает и готов заплатить жизнью...

   Он думает, что истории повторяются до бесконечности. Иногда кажется, будто они подходят к концу, но нет, меняются только действующие лица. Актеры другие, а роли все те же. Тот, кто убивает, тот, кто умирает, тот, кто не знает, тот, кто наконец понимает и готов заплатить жизнью...

   — Я убиваю · книга
3. «

   Судьба и впрямь жестока, поскольку даже в мелочах любит посыпать раны солью.

   Судьба и впрямь жестока, поскольку даже в мелочах любит посыпать раны солью.

   — Нарисованная смерть · книга
4. «

   — Эриджейн Паркер, твои противники думают, будто ты шахматистка, но только я знаю, кто ты такая... Эриджейн на мгновение с любопытством выглянула из-за двери. — Кто же? — Самый прекрасный клоун, какого я видел в жизни. — Да! Я потому так хорошо играю в шахматы, что отношусь к ним совершенно несерьезно.

   — Эриджейн Паркер, твои противники думают, будто ты шахматистка, но только я знаю, кто ты такая... Эриджейн на мгновение с любопытством выглянула из-за двери. — Кто же? — Самый прекрасный клоун, какого я видел в жизни. — Да! Я потому так хорошо играю в шахматы, что отношусь к ним совершенно несерьезно.

   — Я убиваю · книга
5. «

   Никто не прогадает, если будет спекулировать на безвкусице населения.

   Никто не прогадает, если будет спекулировать на безвкусице населения.

   — Убийственная тень · книга
6. «

   Скромные мечтания — но если они оказывались несбыточными, то оборачивались тоже настоящей бедой.

   Скромные мечтания — но если они оказывались несбыточными, то оборачивались тоже настоящей бедой.

   — Я убиваю · книга
7. «

   Но время — обманщик, который обращается с людьми, как с игрушками, а с годами, как с минутами...

   Но время — обманщик, который обращается с людьми, как с игрушками, а с годами, как с минутами...

   — Я убиваю · книга
8. «

   Искусство и дерьмо — одно и то же. Кому-нибудь так или иначе удается их продать, что одно, что другое.

   Искусство и дерьмо — одно и то же. Кому-нибудь так или иначе удается их продать, что одно, что другое.

   — Нарисованная смерть · книга
9. «

   Нормальные люди. Люди, которые жили, как множество других. Возможно, у них было больше денег, возможно, больше счастья или иллюзий, будто они могут легко получить все, что хотят. Не исключено, что это было только видимость, и ничего более. Клетка, пусть и позолоченная, все равно оставалась клеткой, и каждый сам вершил свою судьбу. Каждый сам строил свою жизнь или разрушал ее соответственно правилам, какие устанавливал для себя. Или правилам, которые отказывались принять. Другого выхода ни у кого не было.

   Нормальные люди. Люди, которые жили, как множество других. Возможно, у них было больше денег, возможно, больше счастья или иллюзий, будто они могут легко получить все, что хотят. Не исключено, что это было только видимость, и ничего более. Клетка, пусть и позолоченная, все равно оставалась клеткой, и каждый сам вершил свою судьбу. Каждый сам строил свою жизнь или разрушал ее соответственно правилам, какие устанавливал для себя. Или правилам, которые отказывались принять. Другого выхода ни у кого не было.

   — Я убиваю · книга
10. «

    В туманном сне его были какие-то испорченные песочные часы, но с тех пор все сны погребены песком, рассыпанным в памяти. Здесь, в реальном мире, эти часы продолжают свой ход, и никто никогда их не сломает. Разлетятся вдребезги иллюзии, как всегда, но небьющиеся песочные часы будут отсчитывать время до бесконечности, даже если на земле не останется никого.

    В туманном сне его были какие-то испорченные песочные часы, но с тех пор все сны погребены песком, рассыпанным в памяти. Здесь, в реальном мире, эти часы продолжают свой ход, и никто никогда их не сломает. Разлетятся вдребезги иллюзии, как всегда, но небьющиеся песочные часы будут отсчитывать время до бесконечности, даже если на земле не останется никого.

    — Я убиваю · книга
11. «

    ... все загадки просты после того, как узнаешь ответ.

    ... все загадки просты после того, как узнаешь ответ.

    — Я убиваю · книга
12. «

    Никакой свободы на свете нет, есть лишь иллюзия, расхожее словечко, мало что значащее в жизни простых смертных.

    Никакой свободы на свете нет, есть лишь иллюзия, расхожее словечко, мало что значащее в жизни простых смертных.

    — Нарисованная смерть · книга
13. «

    Смерть и холодна, и горяча одновременно. Смерть — это пот и кровь. Смерть, к сожалению, единственный настоящий способ, который судьба придумала, чтобы постоянно напоминать нам, что существует жизнь.

    Смерть и холодна, и горяча одновременно. Смерть — это пот и кровь. Смерть, к сожалению, единственный настоящий способ, который судьба придумала, чтобы постоянно напоминать нам, что существует жизнь.

    — Я убиваю · книга
14. «

    Предположение – это путешествие, которое может длиться месяцы, иногда всю жизнь.

    Предположение – это путешествие, которое может длиться месяцы, иногда всю жизнь.

    — Я убиваю · книга
15. «

    — Луна принадлежит всем, и каждый из нас имеет право на нее выть. — Выть на луну означает страдать. Но можно и петь при луне. Можно быть счастливым в темноте, если виден какой-нибудь свет. Поверь мне, в этом мире можно быть счастливым.

    — Луна принадлежит всем, и каждый из нас имеет право на нее выть. — Выть на луну означает страдать. Но можно и петь при луне. Можно быть счастливым в темноте, если виден какой-нибудь свет. Поверь мне, в этом мире можно быть счастливым.

    — Я убиваю · книга
16. «

    Умный человек дает миру намного больше, чем получает, а хитрый старается взять как можно больше и дать взамен минимум.

    Умный человек дает миру намного больше, чем получает, а хитрый старается взять как можно больше и дать взамен минимум.

    — Я убиваю · книга
17. «

    Смерть никогда не возбуждает, смерть — это кровь и мухи.

    Смерть никогда не возбуждает, смерть — это кровь и мухи.

    — Я убиваю · книга
18. «

    ...идеи обладают существенным недостатком — их легко воспроизвести.

    ...идеи обладают существенным недостатком — их легко воспроизвести.

    — Я убиваю · книга
19. «

    Юло показалось странным, что спортплощадка расположена рядом с кладбищем. Странным — в хорошем смысле. По сути, тут не было неуважения — обычное соседство жизни и смерти, без фальшивых переживаний и ложного стыда. Если бы он верил в сказки, то сказал бы, что подобная близость — своего рода возможность для живых поделиться жизнью с теми, кто её уже утратил.

    Юло показалось странным, что спортплощадка расположена рядом с кладбищем. Странным — в хорошем смысле. По сути, тут не было неуважения — обычное соседство жизни и смерти, без фальшивых переживаний и ложного стыда. Если бы он верил в сказки, то сказал бы, что подобная близость — своего рода возможность для живых поделиться жизнью с теми, кто её уже утратил.

    — Я убиваю · книга
20. «

    Вокруг него звучит музыка, движутся тела, растягиваются в улыбке губы, говорятся слова, а он тут лишь из любопытства — зная, что и этот снимок день за днем будет выцветать.

    Вокруг него звучит музыка, движутся тела, растягиваются в улыбке губы, говорятся слова, а он тут лишь из любопытства — зная, что и этот снимок день за днем будет выцветать.

    — Я убиваю · книга