31 цитата, которые говорила Джулианна Брандт

Подборка из 31 цитата Джулианны Брандта: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Как долго мы можем обманывать себя, прежде чем правда нас погубит?

   Как долго мы можем обманывать себя, прежде чем правда нас погубит?

   — смотрительница Санч · книга
2. «

   Гленнон снова расплакался: он понял, что любовь дяди Джоба – это что-то вроде: «Можешь поплакать, ничего страшного». А любовь Ли говорила ему: «Я выслушаю тебя и поверю, я буду с тобой».

   Гленнон снова расплакался: он понял, что любовь дяди Джоба – это что-то вроде: «Можешь поплакать, ничего страшного». А любовь Ли говорила ему: «Я выслушаю тебя и поверю, я буду с тобой».

   — Легенда о старом маяке · книга
3. «

   Даже в смерти возможна надежда.

   Даже в смерти возможна надежда.

   — смотритель Дельмонт · книга
4. «

   В жизни ты услышишь много плохого. Кое-что укоренится у тебя в душе, но это не значит, что это будет правдой.

   В жизни ты услышишь много плохого. Кое-что укоренится у тебя в душе, но это не значит, что это будет правдой.

   — дядя Джоб · книга
5. «

   «Не переживай так. Ты преувеличиваешь», — Гленнон словно слышал голос папы. Мальчику не хотелось услышать такое. Ему не хотелось услышать, что он слишком эмоционально себя ведёт и преувеличивает странности; ему не хотелось услышать, что пугающие события на острове Филиппо нереальны; ему не хотелось услышать, что он плохо оберегает маму. Ему не хотелось услышать, что он пытается защитить маму от того, что существует лишь в его воображении. Всё это было слишком реально, чтобы быть только его выдумкой.

   «Не переживай так. Ты преувеличиваешь», — Гленнон словно слышал голос папы. Мальчику не хотелось услышать такое. Ему не хотелось услышать, что он слишком эмоционально себя ведёт и преувеличивает странности; ему не хотелось услышать, что пугающие события на острове Филиппо нереальны; ему не хотелось услышать, что он плохо оберегает маму. Ему не хотелось услышать, что он пытается защитить маму от того, что существует лишь в его воображении. Всё это было слишком реально, чтобы быть только его выдумкой.

   — Отец · книга
6. «

   Не стоит портить слух в таком юном возрасте. Для этого есть школа и колледж, и все эти вечеринки и концерты, на которые вы будете ходить.

   Не стоит портить слух в таком юном возрасте. Для этого есть школа и колледж, и все эти вечеринки и концерты, на которые вы будете ходить.

   — дядя Джоб · книга
7. «

   Но с гневом так всегда: никогда не знаешь, когда произойдёт взрыв.

   Но с гневом так всегда: никогда не знаешь, когда произойдёт взрыв.

   — Легенда о старом маяке · книга
8. «

   — Страшно? – Гленнон подсказал ему слово. — Да, но даже больше того. Такое же чувство возникает, когда кто-то замахивается на тебя. Ты едва успеваешь понять, что тебя могут поранить. — Ранит, вот какое слово подходит, — сказала мама с другой стороны. – Когда говоришь о сложном, чувствуешь, что тебя вот-вот могут поранить. — Ты это чувствуешь? – Ли тихонько подошла сзади и тоже прижалась к дяде. Дядя Джоб посмотрел на небо, а потом опустил взгляд на Ли. — Да. Но, когда тебя ранят люди, это даже успокаивает. Понимаешь, кто тебя на самом деле любит, а кто нет.

   — Страшно? – Гленнон подсказал ему слово. — Да, но даже больше того. Такое же чувство возникает, когда кто-то замахивается на тебя. Ты едва успеваешь понять, что тебя могут поранить. — Ранит, вот какое слово подходит, — сказала мама с другой стороны. – Когда говоришь о сложном, чувствуешь, что тебя вот-вот могут поранить. — Ты это чувствуешь? – Ли тихонько подошла сзади и тоже прижалась к дяде. Дядя Джоб посмотрел на небо, а потом опустил взгляд на Ли. — Да. Но, когда тебя ранят люди, это даже успокаивает. Понимаешь, кто тебя на самом деле любит, а кто нет.

   — Гленнон · книга
9. «

   Сомнения и отрицание всегда есть в ужастиках. Люди не хотят верить, что с ними может случиться что-то плохое. Но иногда самое страшное в том, что людей заставляют поверить, что всё в порядке и ужасы – только в их воображении. Чудовище старается убедить людей, что оно не чудовище.

   Сомнения и отрицание всегда есть в ужастиках. Люди не хотят верить, что с ними может случиться что-то плохое. Но иногда самое страшное в том, что людей заставляют поверить, что всё в порядке и ужасы – только в их воображении. Чудовище старается убедить людей, что оно не чудовище.

   — Лина · книга
10. «

    …Твоему богатому воображению помощь Голливуда не требуется!

    …Твоему богатому воображению помощь Голливуда не требуется!

    — Отец · книга
11. «

    Гленнон старался дышать глубоко и медленно, вспоминая, как папа говорил: «Твои лёгкие прекрасно работают. Прекрати задыхаться».

    Гленнон старался дышать глубоко и медленно, вспоминая, как папа говорил: «Твои лёгкие прекрасно работают. Прекрати задыхаться».

    — Отец · книга
12. «

    Дядя Джоб опустил руку на плечи Гленнона. Тот придвинулся ближе, стараясь передать ему свою любовь. «Я рядом, что бы там ни было!»

    Дядя Джоб опустил руку на плечи Гленнона. Тот придвинулся ближе, стараясь передать ему свою любовь. «Я рядом, что бы там ни было!»

    — Легенда о старом маяке · книга
13. «

    Страх охватил Гленнона. Это был совсем не тот страх, который появлялся, когда папа кричал на него. Этот страх поселился в его груди и сжимал сердце. От этого страха было больно.

    Страх охватил Гленнона. Это был совсем не тот страх, который появлялся, когда папа кричал на него. Этот страх поселился в его груди и сжимал сердце. От этого страха было больно.

    — Легенда о старом маяке · книга
14. «

    — Все соображают по-разному. Ты по-своему, но это не значит, что это плохо…

    — Все соображают по-разному. Ты по-своему, но это не значит, что это плохо…

    — дядя Джоб · книга
15. «

    Всё, что они могли сделать, — это ничего не делать? Какая бессмыслица!

    Всё, что они могли сделать, — это ничего не делать? Какая бессмыслица!

    — Гленнон · книга
16. «

    Деревянное тело дяди Джоба гнулось под ветром, но не ломалось. Он стоял крепко. «Я защищу вас», — как будто говорила его любовь.

    Деревянное тело дяди Джоба гнулось под ветром, но не ломалось. Он стоял крепко. «Я защищу вас», — как будто говорила его любовь.

    — Легенда о старом маяке · книга
17. «

    Гнев – такая вещь… Часто нет никаких признаков того, что сейчас будет вспышка. Поэтому Гленнону приходилось всегда быть готовым к этому. Но… он никогда не был готов. Никогда.

    Гнев – такая вещь… Часто нет никаких признаков того, что сейчас будет вспышка. Поэтому Гленнону приходилось всегда быть готовым к этому. Но… он никогда не был готов. Никогда.

    — Легенда о старом маяке · книга
18. «

    Гленнон сомневался, что разговоры с котом – хорошее оправдание, но признаться, что говорил сам с собой, было бы ещё хуже.

    Гленнон сомневался, что разговоры с котом – хорошее оправдание, но признаться, что говорил сам с собой, было бы ещё хуже.

    — Легенда о старом маяке · книга
19. «

    Он понял почему сестра всегда пряталась, когда боялась. Стулья по бокам и стол сверху успокаивали: как будто он мог видеть все углы ящика, в который втиснулся, чтобы чувствовать себя в безопасности.

    Он понял почему сестра всегда пряталась, когда боялась. Стулья по бокам и стол сверху успокаивали: как будто он мог видеть все углы ящика, в который втиснулся, чтобы чувствовать себя в безопасности.

    — Легенда о старом маяке · книга
20. «

    — Вы же призраки! – воскликнул Гленнон. — Это не значит, что моё существование ничего не стоит!

    — Вы же призраки! – воскликнул Гленнон. — Это не значит, что моё существование ничего не стоит!

    — Гленнон · книга