Екатерина Сиванова: цитаты о любви — 12 цитат с глубоким смыслом

Ниже 12 цитат Екатерины Сиванова: цитаты о любви — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я обещаю тебе: я привыкну и к твоей заботе, и к тому, что нужен вот так, по-настоящему. Каждый день.

   Я обещаю тебе: я привыкну и к твоей заботе, и к тому, что нужен вот так, по-настоящему. Каждый день.

   — Екатерина Сиванова · книга
2. «

   Только любовь может созидать, вдохновлять и излечивать. Только любящее сердце способно прощать и отпускать. Только тем, кто любит по-настоящему, дано познать откровение Жизни.

   Только любовь может созидать, вдохновлять и излечивать. Только любящее сердце способно прощать и отпускать. Только тем, кто любит по-настоящему, дано познать откровение Жизни.

   — Екатерина Сиванова
3. «

   Я по-прежнему люблю тебя, моя Алька. Знаешь, любить человека, осознавая, что его никогда не будет рядом, — испытание. А любить ребенка и знать, что ты уже больше никогда не сможешь просто быть рядом с ним и поить горячим молоком, — это тяжелое испытание. Но ведь в том-то и заключается настоящая любовь человека к человеку: любить просто так, не требуя ничего взамен.

   Я по-прежнему люблю тебя, моя Алька. Знаешь, любить человека, осознавая, что его никогда не будет рядом, — испытание. А любить ребенка и знать, что ты уже больше никогда не сможешь просто быть рядом с ним и поить горячим молоком, — это тяжелое испытание. Но ведь в том-то и заключается настоящая любовь человека к человеку: любить просто так, не требуя ничего взамен.

   — Екатерина Сиванова · книга
4. «

   ... Он самый обычный сильный мужчина, переживший и преодолевший многое. Но то, что тогда случилось с нашей семьей, почти сломало его. Этого не видели чужие. И даже свои не все замечали. Но я-то, я-то каждый день смотрела в глубину его глаз и чувствовала, каким холодным и черным становилось то, что есть внутри каждого сильного человека. Увы... Я никак не могла согреть его. Не могла помочь. Впервые в нашей общей жизни мы упали вдвоем.

   ... Он самый обычный сильный мужчина, переживший и преодолевший многое. Но то, что тогда случилось с нашей семьей, почти сломало его. Этого не видели чужие. И даже свои не все замечали. Но я-то, я-то каждый день смотрела в глубину его глаз и чувствовала, каким холодным и черным становилось то, что есть внутри каждого сильного человека. Увы... Я никак не могла согреть его. Не могла помочь. Впервые в нашей общей жизни мы упали вдвоем.

   — Екатерина Сиванова · книга
5. «

   А правда ведь — так, как улыбается тебе он, никто никогда не улыбается? Столько нежности всегда в его взгляде... А руки? Какие у него руки! Сильные, большие и самые надежные на свете... И обнимают они всегда так... Так, что можно спрятаться от всего и от всех... Даже, когда он отпускает меня от себя, мне спокойно. Потому, что знаю: он есть... Моя защита, моё плечо, моя опора, моя стена... А кто ещё может вот так твердо и уверенно говорить : «Всё будет хорошо»? И кто ещё может целиком и полностью отвечать за «хорошо» моё и наших детей?.. Кто принимает решения? Кто отвечает за каждый свой поступок?.. Он! Мой муж... Мой мужчина... И я люблю его... Пусть рычит, пусть не всегда прав... Да и рычание это такое родное... И без этого рычания было бы даже скучно...

   А правда ведь — так, как улыбается тебе он, никто никогда не улыбается? Столько нежности всегда в его взгляде... А руки? Какие у него руки! Сильные, большие и самые надежные на свете... И обнимают они всегда так... Так, что можно спрятаться от всего и от всех... Даже, когда он отпускает меня от себя, мне спокойно. Потому, что знаю: он есть... Моя защита, моё плечо, моя опора, моя стена... А кто ещё может вот так твердо и уверенно говорить : «Всё будет хорошо»? И кто ещё может целиком и полностью отвечать за «хорошо» моё и наших детей?.. Кто принимает решения? Кто отвечает за каждый свой поступок?.. Он! Мой муж... Мой мужчина... И я люблю его... Пусть рычит, пусть не всегда прав... Да и рычание это такое родное... И без этого рычания было бы даже скучно...

   — Екатерина Сиванова
6. «

   Время. Только время. Ты пытаешься убедить себя в том, что оно — твой доктор. Ты хочешь доверять ему, как хирургу, который через несколько минут начнет делать тебе операцию... Время поможет. Оно потихоньку сотрет боль, и отчаяние, и злость... По чуть-чуть, словно школьник ластиком, стирает плохо сделанный рисунок.

   Время. Только время. Ты пытаешься убедить себя в том, что оно — твой доктор. Ты хочешь доверять ему, как хирургу, который через несколько минут начнет делать тебе операцию... Время поможет. Оно потихоньку сотрет боль, и отчаяние, и злость... По чуть-чуть, словно школьник ластиком, стирает плохо сделанный рисунок.

   — Екатерина Сиванова · книга
7. «

   Быть Семьей — счастье. Но счастье трудное. И даётся оно только тому, кто любит по-настоящему, кто верит без каких бы там ни было «но».

   Быть Семьей — счастье. Но счастье трудное. И даётся оно только тому, кто любит по-настоящему, кто верит без каких бы там ни было «но».

   — Екатерина Сиванова
8. «

   Доверять — это всегда большое испытание. Доверять своему ребенку — это и есть любовь.

   Доверять — это всегда большое испытание. Доверять своему ребенку — это и есть любовь.

   — Екатерина Сиванова
9. «

   Я смотрела на снежинки и все еще слышала голос отца. Совершенно необыкновенный, добрый и самый ласковый в мире голос. И вдруг я так пронзительно ясно осознала, что никогда... никогда уже не буду жить рядом со своим папой... вот так запросто, как в детстве, идти с ним по улице, взявшись за руки, я никогда... никогда не смогу отвезти его в деревню... Мой папа... Мой отец... Самый сильный и мудрый мужчина на земле... И все-таки... Все-таки у меня есть возможность слышать его и хотя бы изредка видеть...

   Я смотрела на снежинки и все еще слышала голос отца. Совершенно необыкновенный, добрый и самый ласковый в мире голос. И вдруг я так пронзительно ясно осознала, что никогда... никогда уже не буду жить рядом со своим папой... вот так запросто, как в детстве, идти с ним по улице, взявшись за руки, я никогда... никогда не смогу отвезти его в деревню... Мой папа... Мой отец... Самый сильный и мудрый мужчина на земле... И все-таки... Все-таки у меня есть возможность слышать его и хотя бы изредка видеть...

   — Екатерина Сиванова · книга
10. «

    ... Не обращая внимания на условности, подошла к отцу посреди его разговора с моим мужем, взяла папу за руку и так и стояла с ним рядом, не стесняясь, черпая силу жизни — силу отцовской любви.

    ... Не обращая внимания на условности, подошла к отцу посреди его разговора с моим мужем, взяла папу за руку и так и стояла с ним рядом, не стесняясь, черпая силу жизни — силу отцовской любви.

    — Екатерина Сиванова · книга
11. «

    Я питаю детей силой моей материнской любви, я стала их началом, тем, что глубоко внутри. Вырастая, дети разбегутся из родительского дома ручейками. Станут ли ручейки полноводными реками, на берегу которых люди захотят строить города, зависит только от них.

    Я питаю детей силой моей материнской любви, я стала их началом, тем, что глубоко внутри. Вырастая, дети разбегутся из родительского дома ручейками. Станут ли ручейки полноводными реками, на берегу которых люди захотят строить города, зависит только от них.

    — Екатерина Сиванова
12. «

    Это сейчас я знаю, что все люди разные. Что любовь у всех разная. Семьи... Отношения... Знаю... Но до сих пор всей душой верю в то, что невозможно жить без любви, без понимания, без сострадания к тому, кто рядом каждый день, кого ты называешь мужем, про кого твои дети, открывая дверь, кричат: «Ура! Папа с работы пришел!..» А если в тебе нет чувств, остались лишь раздражение и слезы, уйди и закрой дверь, думая не о себе, не о своих обидах и неосуществленных планах на жизнь, а прежде всего о своих детях... Когда плохо родителям, отчаянно больно детям. Не только здесь и сейчас. Детям больно потом всю оставшуюся жизнь. Мне — дочери — до сих пор больно...

    Это сейчас я знаю, что все люди разные. Что любовь у всех разная. Семьи... Отношения... Знаю... Но до сих пор всей душой верю в то, что невозможно жить без любви, без понимания, без сострадания к тому, кто рядом каждый день, кого ты называешь мужем, про кого твои дети, открывая дверь, кричат: «Ура! Папа с работы пришел!..» А если в тебе нет чувств, остались лишь раздражение и слезы, уйди и закрой дверь, думая не о себе, не о своих обидах и неосуществленных планах на жизнь, а прежде всего о своих детях... Когда плохо родителям, отчаянно больно детям. Не только здесь и сейчас. Детям больно потом всю оставшуюся жизнь. Мне — дочери — до сих пор больно...

    — Екатерина Сиванова · книга