Что говорил Эмиль Мишель Чоран (Сьоран): 156 цитат

Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 156 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Любая смелость — следствие неуравновешенности. Звери — а они, по определению, сама норма — всегда трусы, за исключением случаев, когда знают, что они сильней, а это трусость вдвойне.

   Любая смелость — следствие неуравновешенности. Звери — а они, по определению, сама норма — всегда трусы, за исключением случаев, когда знают, что они сильней, а это трусость вдвойне.

   — Попытки забыться · книга
2. «

   Пресекать следует не жажду жизни, а именно стремление оставить «потомство». Родители, производители-это либо злоумышленники, либо сумасшедшие. Чтобы последней козявке было дозволено давать жизнь, «производить на свет» — это ли не верх безнравственности? Можно ли без страха и отвращения подумать об этом чуде, делающем кого ни попадя мелкотравчатым демиургом? То, что должно было стать таким же исключительным даром, как гениальность, разбазарено без разбора — дурная щедрость, навечно опозорившая природу.

   Пресекать следует не жажду жизни, а именно стремление оставить «потомство». Родители, производители-это либо злоумышленники, либо сумасшедшие. Чтобы последней козявке было дозволено давать жизнь, «производить на свет» — это ли не верх безнравственности? Можно ли без страха и отвращения подумать об этом чуде, делающем кого ни попадя мелкотравчатым демиургом? То, что должно было стать таким же исключительным даром, как гениальность, разбазарено без разбора — дурная щедрость, навечно опозорившая природу.

   — После конца истории · книга
3. «

   Образцы стиля: брань, телеграмма и эпитафия.

   Образцы стиля: брань, телеграмма и эпитафия.
4. «

   Я изо всех сил стараюсь представить себе вселенную без... меня. К счастью, существование смерти компенсирует недостаток моего воображения.

   Я изо всех сил стараюсь представить себе вселенную без... меня. К счастью, существование смерти компенсирует недостаток моего воображения.

   — Признания и проклятия · книга
5. «

   Лучший способ утешить несчастного — внушить, что он кем-то проклят. Подобная разновидность лести помогает переносить тяготы, ведь идея проклятия подразумевает избранность, отмеченность бедой. К любезностям чувствителен даже умирающий: самолюбие гаснет лишь вместе с сознанием, а то и переживает его, как случается во сне, когда чье-то угодничество перед нами доходит до такой степени, что мы вдруг просыпаемся от нестерпимого упоения и стыда.

   Лучший способ утешить несчастного — внушить, что он кем-то проклят. Подобная разновидность лести помогает переносить тяготы, ведь идея проклятия подразумевает избранность, отмеченность бедой. К любезностям чувствителен даже умирающий: самолюбие гаснет лишь вместе с сознанием, а то и переживает его, как случается во сне, когда чье-то угодничество перед нами доходит до такой степени, что мы вдруг просыпаемся от нестерпимого упоения и стыда.

   — Попытки забыться · книга
6. «

   Если передавать на письме всё, что я чувствую, нужно было бы ставить восклицательный знак после каждого слова.

   Если передавать на письме всё, что я чувствую, нужно было бы ставить восклицательный знак после каждого слова.
7. «

   Можно гордиться тем, что сделано, однако гораздо больше следовало бы гордиться тем, чего не сделано. Эту гордость еще надо изобрести.

   Можно гордиться тем, что сделано, однако гораздо больше следовало бы гордиться тем, чего не сделано. Эту гордость еще надо изобрести.
8. «

   Человек живет не в стране, он живет внутри языка. Родина — это язык и ничего больше.

   Человек живет не в стране, он живет внутри языка. Родина — это язык и ничего больше.
9. «

   Настоящий писатель пишет о людях, вещах и событиях, он не пишет о письме. Он пользуется словами, но не застревает на словах, не принимается их бесконечно пережевывать. Он — всё что угодно, только не анатом Слова. Препарировать язык — конек тех, кому нечего сказать и у кого нет ничего, кроме слов.

   Настоящий писатель пишет о людях, вещах и событиях, он не пишет о письме. Он пользуется словами, но не застревает на словах, не принимается их бесконечно пережевывать. Он — всё что угодно, только не анатом Слова. Препарировать язык — конек тех, кому нечего сказать и у кого нет ничего, кроме слов.

   — Попытки забыться · книга
10. «

    Мысли приходят на ходу, говорил Ницше. Ходьба рассеивает мысль, учил Шанкара. Я «опробовал» обе теории.

    Мысли приходят на ходу, говорил Ницше. Ходьба рассеивает мысль, учил Шанкара. Я «опробовал» обе теории.
11. «

    Любым способом внести свой вклад в разрушение той или иной системы — вот к чему стремится тот, чью мысль высекает лишь противодействие и кто никогда не удовлетворится мыслью как таковой.

    Любым способом внести свой вклад в разрушение той или иной системы — вот к чему стремится тот, чью мысль высекает лишь противодействие и кто никогда не удовлетворится мыслью как таковой.

    — Попытки забыться · книга
12. «

    Все мои внутренние метания — из-за того, что невозможно больше, чем я, любить жизнь и в то же самое время почти непрерывно чувствовать себя в ней чужим, изгнанным, позабытым. Я похож на обжору, теряющего аппетит, стоит ему вспомнить о неутолимом голоде.

    Все мои внутренние метания — из-за того, что невозможно больше, чем я, любить жизнь и в то же самое время почти непрерывно чувствовать себя в ней чужим, изгнанным, позабытым. Я похож на обжору, теряющего аппетит, стоит ему вспомнить о неутолимом голоде.

    — Записные книжки · книга
13. «

    Мы так устроены, что можем вытерпеть истину лишь в определенных дозах.

    Мы так устроены, что можем вытерпеть истину лишь в определенных дозах.

    — Искушение существованием · книга
14. «

    Искусство любить — это умение сочетать темперамент вампира со скромностью анемона.

    Искусство любить — это умение сочетать темперамент вампира со скромностью анемона.
15. «

    Беспредельна мощь человека, способного к отказу. Любое побеждённое желание делает сильней; мы растём, борясь со своими природными склонностями. Всякий раз, как ты не сумел себя победить, ты потерпел поражение.

    Беспредельна мощь человека, способного к отказу. Любое побеждённое желание делает сильней; мы растём, борясь со своими природными склонностями. Всякий раз, как ты не сумел себя победить, ты потерпел поражение.

    — После конца истории · книга
16. «

    Последняя степень отчаяния — когда сомневаешься даже в том, что ты есть.

    Последняя степень отчаяния — когда сомневаешься даже в том, что ты есть.
17. «

    В душе у тебя жила песня. Кто же ее убил?

    В душе у тебя жила песня. Кто же ее убил?

    — Записные книжки · книга
18. «

    Здесь я чувствую себя потерянным, как, вероятно, чувствовал бы себя потерянным где угодно.

    Здесь я чувствую себя потерянным, как, вероятно, чувствовал бы себя потерянным где угодно.

    — Признания и проклятия · книга
19. «

    Выхожу из дома и тут же восклицаю: «Сколько совершенства в этой пародии на Ад!»

    Выхожу из дома и тут же восклицаю: «Сколько совершенства в этой пародии на Ад!»

    — Признания и проклятия · книга
20. «

    Легкомыслие дается нелегко. Это привилегия и особое искусство; это поиски поверхностного теми, кто, поняв, что нельзя быть уверенным ни в чем, возненавидел всякую уверенность.

    Легкомыслие дается нелегко. Это привилегия и особое искусство; это поиски поверхностного теми, кто, поняв, что нельзя быть уверенным ни в чем, возненавидел всякую уверенность.

    — Искушение существованием · книга