96 цитат Эмили Бронте, которые цепляют

Эмили Бронте — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 96 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Тише, моя дорогая! Я остаюсь. Если он пристрелит меня на месте, я умру, благословляя своего убийцу.

   Тише, моя дорогая! Я остаюсь. Если он пристрелит меня на месте, я умру, благословляя своего убийцу.

   — Хитклиф · книга
2. «

   Напротив, я с превеликим удовольствием пошлю свою душу на погибель в наказание ее создателю.

   Напротив, я с превеликим удовольствием пошлю свою душу на погибель в наказание ее создателю.

   — Грозовой перевал · книга
3. «

   There should be not despair for you While nightly stars are burning; While evening pours its silent dew And sunshine gilds the morning. The should be not desrair – though tears May flow down like a river: Are not the best beloved of years Around your heart for ever?

   There should be not despair for you While nightly stars are burning; While evening pours its silent dew And sunshine gilds the morning. The should be not desrair – though tears May flow down like a river: Are not the best beloved of years Around your heart for ever?
4. «

   Мне снились в жизни сны, которые потом оставались со мной навсегда и меняли мой образ мыслей: они входили в меня постепенно, пронизывая насквозь, как смешивается вода с вином, и постепенно меняли цвет моих мыслей.

   Мне снились в жизни сны, которые потом оставались со мной навсегда и меняли мой образ мыслей: они входили в меня постепенно, пронизывая насквозь, как смешивается вода с вином, и постепенно меняли цвет моих мыслей.

   — Грозовой перевал · книга
5. «

   Я никогда не говорю ему: «Не трогай того или другого твоего врага, потому что будет жестоко и неблагородно причинить ему вред»; нет, я говорю: «Не тронь их, потому что я не желаю, чтоб их обижали».

   Я никогда не говорю ему: «Не трогай того или другого твоего врага, потому что будет жестоко и неблагородно причинить ему вред»; нет, я говорю: «Не тронь их, потому что я не желаю, чтоб их обижали».

   — Кэтрин Эрншо · книга
6. «

   Кто не сделал до десяти утра половины своей дневной работы, тот рискует не управиться со своей второй половиной.

   Кто не сделал до десяти утра половины своей дневной работы, тот рискует не управиться со своей второй половиной.

   — Грозовой перевал · книга
7. «

   Было очень, очень грустно, и я, читая, вздыхала, потому что мне казалось, что вся радость безвозвратно исчезла из мира.

   Было очень, очень грустно, и я, читая, вздыхала, потому что мне казалось, что вся радость безвозвратно исчезла из мира.

   — Эллен Дин · книга
8. «

   Riches I hold in light esteem; And Love I laugh to scorn; And lust of fame was but a dreem That vanished with the morn.

   Riches I hold in light esteem; And Love I laugh to scorn; And lust of fame was but a dreem That vanished with the morn.
9. «

   Оставшееся после умерших ценно для нас, если они были нам дороги при жизни.

   Оставшееся после умерших ценно для нас, если они были нам дороги при жизни.

   — Эллен Дин · книга
10. «

    Самыми большими моими горестями были горести Хитклифа: я их все наблюдала, все переживала с самого начала! Самой большой думой в жизни был он, и только он.

    Самыми большими моими горестями были горести Хитклифа: я их все наблюдала, все переживала с самого начала! Самой большой думой в жизни был он, и только он.

    — Кэтрин Эрншо · книга
11. «

    Он сжимал его руку и целовал дикое осклабленное лицо, на которое все другие избегали смотреть; он скорбел об усопшем той истинной скорбью, которая естественно возникает в благородном сердце, даже когда оно твердо, как закаленная сталь!

    Он сжимал его руку и целовал дикое осклабленное лицо, на которое все другие избегали смотреть; он скорбел об усопшем той истинной скорбью, которая естественно возникает в благородном сердце, даже когда оно твердо, как закаленная сталь!

    — Эллен Дин · книга
12. «

    Провалиться по горло в снег — удовольствие, которое может оценить только тот, кто сам его испытал.

    Провалиться по горло в снег — удовольствие, которое может оценить только тот, кто сам его испытал.

    — Грозовой перевал · книга
13. «

    Пусть Бог наказывает злых людей, мы должны учиться прощать.

    Пусть Бог наказывает злых людей, мы должны учиться прощать.

    — Эллен Дин · книга
14. «

    Что не напоминает о ней? Я и под ноги не могу взглянуть, чтоб не возникло здесь на плитах пола её лицо! Оно в каждом облаке, в каждом дереве — ночью наполняет воздух, днем возникает в очертаниях предметов — всюду вокруг меня её образ! Самые обыденные лица, мужские и женские, мои собственные черты — все дразнит меня подобием. Весь мир — страшный паноптикум, где всё напоминает, что она существовала и что я её потерял.

    Что не напоминает о ней? Я и под ноги не могу взглянуть, чтоб не возникло здесь на плитах пола её лицо! Оно в каждом облаке, в каждом дереве — ночью наполняет воздух, днем возникает в очертаниях предметов — всюду вокруг меня её образ! Самые обыденные лица, мужские и женские, мои собственные черты — все дразнит меня подобием. Весь мир — страшный паноптикум, где всё напоминает, что она существовала и что я её потерял.

    — Хитклиф · книга
15. «

    Ты даёшь мне понять, какой ты была жестокой – жестокой и лживой. Почему ты мной пренебрегала? Почему ты предала своё собственное сердце, Кэти? У меня нет слов утешения. Ты это заслужила. Ты сама убила себя. Да, ты можешь целовать меня, и плакать, и вымогать у меня поцелуи и слезы: в них твоя гибель... твой приговор. Ты меня любила – так какое же ты имела право оставить меня? Какое право – ответь! Ради твоей жалкой склонности к Линтону?... Когда бедствия, и унижения, и смерть – всё, что могут послать бог и дьявол, – ничто не в силах было разлучить нас, ты сделала это сама по доброй воле. Не я разбил твоё сердце – его разбила ты; и, разбив его, разбила и мое. Тем хуже для меня, что я крепкий. Разве я могу жить? Какая это будет жизнь, когда тебя... О боже! Хотела бы ты жить, когда твоя душа в могиле?

    Ты даёшь мне понять, какой ты была жестокой – жестокой и лживой. Почему ты мной пренебрегала? Почему ты предала своё собственное сердце, Кэти? У меня нет слов утешения. Ты это заслужила. Ты сама убила себя. Да, ты можешь целовать меня, и плакать, и вымогать у меня поцелуи и слезы: в них твоя гибель... твой приговор. Ты меня любила – так какое же ты имела право оставить меня? Какое право – ответь! Ради твоей жалкой склонности к Линтону?... Когда бедствия, и унижения, и смерть – всё, что могут послать бог и дьявол, – ничто не в силах было разлучить нас, ты сделала это сама по доброй воле. Не я разбил твоё сердце – его разбила ты; и, разбив его, разбила и мое. Тем хуже для меня, что я крепкий. Разве я могу жить? Какая это будет жизнь, когда тебя... О боже! Хотела бы ты жить, когда твоя душа в могиле?

    — Хитклиф · книга
16. «

    При добром сердце твоё лицо стало бы красивым даже если бы ты был черней арапа; а при злом сердце самое красивое лицо становится хуже чем безобразным.

    При добром сердце твоё лицо стало бы красивым даже если бы ты был черней арапа; а при злом сердце самое красивое лицо становится хуже чем безобразным.

    — Эллен Дин · книга
17. «

    Её тщеславие уязвлено, когда правда вставлена напоказ.

    Её тщеславие уязвлено, когда правда вставлена напоказ.

    — Эллен Дин · книга
18. «

    — Ага, вот это, верно, ваши любимцы? — продолжал я, указывая на кресло в тёмном углу, где, как мне показалось, сидели кошки. — Странный предмет любви. Там, как на грех, оказались сваленные в кучу битые кролики.

    — Ага, вот это, верно, ваши любимцы? — продолжал я, указывая на кресло в тёмном углу, где, как мне показалось, сидели кошки. — Странный предмет любви. Там, как на грех, оказались сваленные в кучу битые кролики.

    — Грозовой перевал · книга
19. «

    У тебя то же сердце, те же нервы, что и у всякого другого! К чему ты хлопочешь скрывать их? Бога не ослепит твоя гордость! Ты искушаешь Его терзать их до тех пор, пока Он не исторгнет у тебя постыдного крика боли!

    У тебя то же сердце, те же нервы, что и у всякого другого! К чему ты хлопочешь скрывать их? Бога не ослепит твоя гордость! Ты искушаешь Его терзать их до тех пор, пока Он не исторгнет у тебя постыдного крика боли!

    — Эллен Дин · книга
20. «

    Уж если человек заранее распологает обернуть себе на пользу свои приступы ярости, то он способен, направив к тому свою волю, даже в самый разгар приступа сохранить над собою достаточную власть.

    Уж если человек заранее распологает обернуть себе на пользу свои приступы ярости, то он способен, направив к тому свою волю, даже в самый разгар приступа сохранить над собою достаточную власть.

    — Эллен Дин · книга