407 мудрых мыслей Эриха Марии Ремарка

Эрих Мария Ремарк — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 407 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   После войны он все время думал: какое это счастье — жить. И в сравнении с этим счастьем все казалось ему незначительным.

   После войны он все время думал: какое это счастье — жить. И в сравнении с этим счастьем все казалось ему незначительным.

   — Патриция Хольман · книга
2. «

   Дело в том, что человек не только извечно лжет, он также извечно верит в добро, красоту и совершенство и видит их даже там, где их вовсе нет или они существуют лишь в зачатке.

   Дело в том, что человек не только извечно лжет, он также извечно верит в добро, красоту и совершенство и видит их даже там, где их вовсе нет или они существуют лишь в зачатке.

   — Людвиг Бодмер (Рудольф) · книга
3. «

   Жизнь есть жизнь. Даже самая маленькая.

   Жизнь есть жизнь. Даже самая маленькая.

   — Агасфер · книга
4. «

   Каким неуклюжим становится человек, когда он любит по-настоящему! Как быстро слетает с него самоуверенность! И каким одиноким он себе кажется, весь его хвалёный опыт друг рассеивается, как дым, и он чувствует себя таким неуверенным!

   Каким неуклюжим становится человек, когда он любит по-настоящему! Как быстро слетает с него самоуверенность! И каким одиноким он себе кажется, весь его хвалёный опыт друг рассеивается, как дым, и он чувствует себя таким неуверенным!

   — Клерфэ · книга
5. «

   Тоска по оставленному или покинувшему нас человеку как бы украшает ореолом того, кто приходит потом.

   Тоска по оставленному или покинувшему нас человеку как бы украшает ореолом того, кто приходит потом.

   — Равик · книга
6. «

   Ты подумай, ведь умереть я всё равно должна была бы. А теперь я благодарна, что у меня был ты. Ведь я могла быть и одинокой и несчастной. Тогда я умирала бы охотно. Теперь мне труднее. Но зато я полна любовью, как пчела медом, когда она вечером возвращается в улей.

   Ты подумай, ведь умереть я всё равно должна была бы. А теперь я благодарна, что у меня был ты. Ведь я могла быть и одинокой и несчастной. Тогда я умирала бы охотно. Теперь мне труднее. Но зато я полна любовью, как пчела медом, когда она вечером возвращается в улей.

   — Патриция Хольман · книга
7. «

   Неизлечимый рак души.

   Неизлечимый рак души.

   — Рассказчик · книга
8. «

   Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.

   Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.

   — Антонио · книга
9. «

   Нельзя привязываться к людям всем сердцем, это непостоянное и сомнительное счастье. Еще хуже — отдать свое сердце одному-единственному человеку, ибо что останется, если он уйдет? А он всегда уходит.

   Нельзя привязываться к людям всем сердцем, это непостоянное и сомнительное счастье. Еще хуже — отдать свое сердце одному-единственному человеку, ибо что останется, если он уйдет? А он всегда уходит.

   — Принцесса Пармская · книга
10. «

    Многие люди добры и честны, пока им плохо живется, и становятся невыносимыми, едва только их положение улучшится, особенно в нашем возлюбленном отечестве.

    Многие люди добры и честны, пока им плохо живется, и становятся невыносимыми, едва только их положение улучшится, особенно в нашем возлюбленном отечестве.

    — Людвиг Бодмер (Рудольф) · книга
11. «

    Мы! Какое необычное слово! Самое таинственное на свете.

    Мы! Какое необычное слово! Самое таинственное на свете.

    — Равик · книга
12. «

    Надо всё уравновешивать — вот в чём весь секрет жизни...

    Надо всё уравновешивать — вот в чём весь секрет жизни...

    — Блюменталь · книга
13. «

    Керн не хотел поддаваться страху, но чувствовал, что страх сильнее его. «Во всем виновата ночь, – подумал он. – И страхи ночи. Дневной страх разумен, ночной – не имеет границ!»

    Керн не хотел поддаваться страху, но чувствовал, что страх сильнее его. «Во всем виновата ночь, – подумал он. – И страхи ночи. Дневной страх разумен, ночной – не имеет границ!»

    — Людвиг Керн · книга
14. «

    Насчёт лени ещё далеко не всё ясно. Она — начало всякого счастья и конец всяческой философии.

    Насчёт лени ещё далеко не всё ясно. Она — начало всякого счастья и конец всяческой философии.

    — Роберт Локамп · книга
15. «

    Бедняга тот, кто больше ничего не хочет.

    Бедняга тот, кто больше ничего не хочет.

    — Меликов · книга
16. «

    Дышите глубже, любуйтесь горами, благодарите Бога за свое спасение и думайте о том, что людям гораздо лучшим, чем вы, пришлось умереть.

    Дышите глубже, любуйтесь горами, благодарите Бога за свое спасение и думайте о том, что людям гораздо лучшим, чем вы, пришлось умереть.

    — Клерфэ · книга
17. «

    Когда у человека почти ничего не остается в жизни, он и малому готов придать непомерно большое значение.

    Когда у человека почти ничего не остается в жизни, он и малому готов придать непомерно большое значение.

    — Равик · книга
18. «

    Самое правильное при расставании — уйти.

    Самое правильное при расставании — уйти.

    — Равик · книга
19. «

    Тебя держит сама любовь, а не человек, случайно носящий её имя. Ты ослеплён игрой воображения, разве можешь ты судить и оценивать? Любовь не знает ни меры, ни цены.

    Тебя держит сама любовь, а не человек, случайно носящий её имя. Ты ослеплён игрой воображения, разве можешь ты судить и оценивать? Любовь не знает ни меры, ни цены.

    — Равик · книга
20. «

    Каждый мужчина, если он не лжет женщине, говорит глупости.

    Каждый мужчина, если он не лжет женщине, говорит глупости.

    — Клерфэ · книга