716 цитат Эриха Марии Ремарка для тех, кто любит думать

Эрих Мария Ремарк — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 716 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ты приходишь, смотришь пьесу, в которой сперва не понимаешь ни слова, а потом, когда начинаешь что-то понимать, тебе уже пора уходить.

   Ты приходишь, смотришь пьесу, в которой сперва не понимаешь ни слова, а потом, когда начинаешь что-то понимать, тебе уже пора уходить.

   — Жизнь взаймы · книга
2. «

   Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвратился.

   Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвратился.

   — Равик · книга
3. «

   Многим людям, носящим траур, уважение к их горю важнее, чем само горе.

   Многим людям, носящим траур, уважение к их горю важнее, чем само горе.

   — Три товарища · книга
4. «

   Так она уйдёт и от меня. С той же лёгкостью, с какой люди меняют гостиницы.

   Так она уйдёт и от меня. С той же лёгкостью, с какой люди меняют гостиницы.

   — Клерфэ · книга
5. «

   Целыми днями мы валялись на пляже, подставляя голые тела солнцу. Быть голыми, без выкладки, без оружия, без формы, – это само по себе уже равносильно миру.

   Целыми днями мы валялись на пляже, подставляя голые тела солнцу. Быть голыми, без выкладки, без оружия, без формы, – это само по себе уже равносильно миру.

   — Роберт Локамп · книга
6. «

   Кстати, как это ни странно, но всяческие беды и несчастья на этом свете очень часто исходят от людей маленького роста; у них гораздо более энергичный и неуживчивый характер, чем у людей высоких.

   Кстати, как это ни странно, но всяческие беды и несчастья на этом свете очень часто исходят от людей маленького роста; у них гораздо более энергичный и неуживчивый характер, чем у людей высоких.

   — На Западном фронте без перемен · книга
7. «

   Не рискуй понапрасну и действуй наверняка.

   Не рискуй понапрасну и действуй наверняка.

   — Борис Морозов · книга
8. «

   — Равик, почему ночью всё становится красочнее? Всё кажется каким-то лёгким, доступным, а недоступное заменяешь мечтой. Почему? Он улыбнулся: — Только мечта помогает нам примириться с действительностью. — Вы не похожи на человека, опьяняющего себя мечтой. — Можно опьяняться и правдой. Это ещё опасней.

   — Равик, почему ночью всё становится красочнее? Всё кажется каким-то лёгким, доступным, а недоступное заменяешь мечтой. Почему? Он улыбнулся: — Только мечта помогает нам примириться с действительностью. — Вы не похожи на человека, опьяняющего себя мечтой. — Можно опьяняться и правдой. Это ещё опасней.

   — Равик · книга
9. «

   Только тот, кто не раз оставался один, знает счастье встреч с любимой. Все остальное лишь ослабляет напряжение и тайну любви. И что же может резче прорвать магическую сферу одиночества, если не взрыв чувств, их сокрушительная сила, если не стихия, буря, ночь, музыка?… И любовь…

   Только тот, кто не раз оставался один, знает счастье встреч с любимой. Все остальное лишь ослабляет напряжение и тайну любви. И что же может резче прорвать магическую сферу одиночества, если не взрыв чувств, их сокрушительная сила, если не стихия, буря, ночь, музыка?… И любовь…

   — Три товарища · книга
10. «

    — От судьбы никому не уйти, — сказал он нетерпеливо. И никто не знает, когда она тебя настигнет. Какой смысл вести торг с временем? И что такое, в сущности, длинная жизнь? Длинное прошлое. Наше будущее каждый раз длится только до следующего вздоха. Никто не знает, что будет потом. Каждый из нас живет минутой. Все, что ждет нас после этой минуты, только надежды и иллюзии.

    — От судьбы никому не уйти, — сказал он нетерпеливо. И никто не знает, когда она тебя настигнет. Какой смысл вести торг с временем? И что такое, в сущности, длинная жизнь? Длинное прошлое. Наше будущее каждый раз длится только до следующего вздоха. Никто не знает, что будет потом. Каждый из нас живет минутой. Все, что ждет нас после этой минуты, только надежды и иллюзии.

    — Клерфэ · книга
11. «

    Случайностей нет только в хорошей литературе, в жизни же они бывают на каждом шагу, и притом — преглупые.

    Случайностей нет только в хорошей литературе, в жизни же они бывают на каждом шагу, и притом — преглупые.

    — Триумфальная арка · книга
12. «

    Да здравствует депрессия – оборотная сторона радости!

    Да здравствует депрессия – оборотная сторона радости!

    — Штайнер · книга
13. «

    Любовь не делает человека лучше. Она лишь будоражит чувства, а вот характер портит.

    Любовь не делает человека лучше. Она лишь будоражит чувства, а вот характер портит.

    — Людвиг Зоммер · книга
14. «

    Он был по сути добрый человек, с покатыми плечами и маленькими усиками. Скромный добросовестный служащий. Но именно таким теперь приходилось особенно трудно. Да, пожалуй, таким всегда приходится труднее всех. Скромность и добросовестность вознаграждаются только в романах. В жизни их используют, а потом отшвыривают в сторону.

    Он был по сути добрый человек, с покатыми плечами и маленькими усиками. Скромный добросовестный служащий. Но именно таким теперь приходилось особенно трудно. Да, пожалуй, таким всегда приходится труднее всех. Скромность и добросовестность вознаграждаются только в романах. В жизни их используют, а потом отшвыривают в сторону.

    — Роберт Локамп · книга
15. «

    Жизнь зачастую так сложна… и так нужно, чтобы рядом кто-то был.

    Жизнь зачастую так сложна… и так нужно, чтобы рядом кто-то был.

    — Элизабет (Elizabeth) · книга
16. «

    Любовь — высшая степень растворения друг в друге. Это величайший эгоизм в форме полного самопожертвования и глубокой жертвенности.

    Любовь — высшая степень растворения друг в друге. Это величайший эгоизм в форме полного самопожертвования и глубокой жертвенности.

    — Фриц Шрамм · книга
17. «

    Скоро утро... Когда я вернусь, будет утро...и жизнь станет проще.

    Скоро утро... Когда я вернусь, будет утро...и жизнь станет проще.

    — Равик · книга
18. «

    Раньше было не так: человек был более уверен в себе, он имел какую-то опору в жизни, он во что то верил, чего-то добивался. И если на него обрушивалась любовь, это помогало ему выжить. Сегодня же у нас нет ничего, кроме отчаяния, жалких остатков мужества и ощущения внутренней и внешней отчуждённости от всего. Если сегодня любовь приходит к человеку, она пожирает его, как огонь стог сухого сена. Нет ничего, кроме неё, и она становится необычайно значительной, необузданной, разрушительной, испепеляющей.

    Раньше было не так: человек был более уверен в себе, он имел какую-то опору в жизни, он во что то верил, чего-то добивался. И если на него обрушивалась любовь, это помогало ему выжить. Сегодня же у нас нет ничего, кроме отчаяния, жалких остатков мужества и ощущения внутренней и внешней отчуждённости от всего. Если сегодня любовь приходит к человеку, она пожирает его, как огонь стог сухого сена. Нет ничего, кроме неё, и она становится необычайно значительной, необузданной, разрушительной, испепеляющей.

    — Равик · книга
19. «

    Древние греческие герои плакали больше, чем какая-нибудь сентиментальная дура наших дней. Они знали, что этого заглушить в себе нельзя. А сейчас наш идеал – абсолютная бесчувственность статуи.

    Древние греческие герои плакали больше, чем какая-нибудь сентиментальная дура наших дней. Они знали, что этого заглушить в себе нельзя. А сейчас наш идеал – абсолютная бесчувственность статуи.

    — Штайнер · книга
20. «

    Мир на земле! Никогда об этом не говорили больше и никогда не предпринимали во имя этого меньше, чем в наше время.

    Мир на земле! Никогда об этом не говорили больше и никогда не предпринимали во имя этого меньше, чем в наше время.