202 сильных цитаты Эрнеста Хемингуэя

Эрнест Хемингуэй — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 202 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Марк Твен — мой любимый писатель, по трем причинам: он писал хорошо, он меня развлекает и он уже умер.

   Марк Твен — мой любимый писатель, по трем причинам: он писал хорошо, он меня развлекает и он уже умер.
2. «

   Всё у него было старое, кроме глаз, а глаза были цветом похожи на море, весёлые глаза человека, который не сдаётся...

   Всё у него было старое, кроме глаз, а глаза были цветом похожи на море, весёлые глаза человека, который не сдаётся...

   — Старик и море · книга
3. «

   Никогда не потешайся над любовью. Просто есть люди, которым так никогда и не выпадет счастья узнать, что это такое. <...> всё равно, продлится ли это полтора дня или многие годы, останется самым главным, что только могло случиться в жизни человека. Всегда будут люди, которые утверждают, что этого нет, потому что им не пришлось испытать что-либо подобное.

   Никогда не потешайся над любовью. Просто есть люди, которым так никогда и не выпадет счастья узнать, что это такое. <...> всё равно, продлится ли это полтора дня или многие годы, останется самым главным, что только могло случиться в жизни человека. Всегда будут люди, которые утверждают, что этого нет, потому что им не пришлось испытать что-либо подобное.

   — Роберт Джордан · книга
4. «

   Старик же постоянно думал о море как о женщине, которая дарит великие милости или отказывает в них, а если и позволяет себе необдуманные или недобрые поступки, — что поделаешь, такова уж её природа.

   Старик же постоянно думал о море как о женщине, которая дарит великие милости или отказывает в них, а если и позволяет себе необдуманные или недобрые поступки, — что поделаешь, такова уж её природа.

   — Старик и море · книга
5. «

   Всё по-настоящему плохое начинается с самого невинного.

   Всё по-настоящему плохое начинается с самого невинного.

   — Праздник, который всегда с тобой · книга
6. «

   Никто не может утверждать, что не сломает ногу в определенных обстоятельствах. Разбить себе сердце — другое дело. Некоторые говорят, что такого не бывает. Конечно, ты не можешь его разбить, если у тебя его нет, и многое объединяется для того, чтобы отнять его у человека, у которого оно вначале было.

   Никто не может утверждать, что не сломает ногу в определенных обстоятельствах. Разбить себе сердце — другое дело. Некоторые говорят, что такого не бывает. Конечно, ты не можешь его разбить, если у тебя его нет, и многое объединяется для того, чтобы отнять его у человека, у которого оно вначале было.

   — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
7. «

   — Понимаете, полковник, я политически так плохо развит, что считаю всех порядочных людей порядочными. — Ну, это у вас пройдёт...

   — Понимаете, полковник, я политически так плохо развит, что считаю всех порядочных людей порядочными. — Ну, это у вас пройдёт...

   — За рекой, в тени деревьев · книга
8. «

   — Сколько раз ты уже начинал сначала? — Много, — сказал Роджер. — И нечего тыкать мне это в нос.

   — Сколько раз ты уже начинал сначала? — Много, — сказал Роджер. — И нечего тыкать мне это в нос.

   — Томас Хадсон · книга
9. «

   Я считал, что жизнь — это вообще трагедия, исход которой предрешён.

   Я считал, что жизнь — это вообще трагедия, исход которой предрешён.

   — Прощай, оружие! · книга
10. «

    Как рассказать про смуглые ноги, про гладкий живот, твердые маленькие груди, крепко обнимавшие руки, быстрый, ищущий язык, затуманенные глаза, свежий вкус рта, потом болезненное, сладостное, чудесное, теснящее, острое, полное, последнее, не кончающееся, нескончаемое, бесконечное, — и вдруг кончилось, сорвалась большая птица, похожая на филина в сумерки, только в лесу был дневной свет и пихтовые иглы кололи живот.

    Как рассказать про смуглые ноги, про гладкий живот, твердые маленькие груди, крепко обнимавшие руки, быстрый, ищущий язык, затуманенные глаза, свежий вкус рта, потом болезненное, сладостное, чудесное, теснящее, острое, полное, последнее, не кончающееся, нескончаемое, бесконечное, — и вдруг кончилось, сорвалась большая птица, похожая на филина в сумерки, только в лесу был дневной свет и пихтовые иглы кололи живот.

    — Отцы и дети · книга
11. «

    Любовь — навозная куча. А я петух, который взобрался на неё и кричит «кукареку».

    Любовь — навозная куча. А я петух, который взобрался на неё и кричит «кукареку».

    — Снега Килиманджаро · книга
12. «

    — А что будет, когда я умру? — Тогда не будет тебя. — Но я не хочу умирать. — Тогда живи, пока живется. Смотри, слушай и запоминай.

    — А что будет, когда я умру? — Тогда не будет тебя. — Но я не хочу умирать. — Тогда живи, пока живется. Смотри, слушай и запоминай.

    — Кэтрин · книга
13. «

    Весёлые люди обычно самые смелые люди, которые погибают первыми.

    Весёлые люди обычно самые смелые люди, которые погибают первыми.
14. «

    Ни жизни, ни счастья, ни легких радостей бытия, ни детей, ни дома, ни ванной, ни чистой пижамы, ни утренней газеты, ни просыпаться вместе, чувствуя, что она рядом и ты не один. Нет. Ничего этого не будет.

    Ни жизни, ни счастья, ни легких радостей бытия, ни детей, ни дома, ни ванной, ни чистой пижамы, ни утренней газеты, ни просыпаться вместе, чувствуя, что она рядом и ты не один. Нет. Ничего этого не будет.

    — Роберт Джордан · книга
15. «

    — Не говорите глупостей. Образование — опиум для народа. Вы должны это знать. Вы сами учились. — Вы не верите в образование? — Нет, — сказал мистер Фрэзер. — В знание — да. — Я не понимаю вас. — Я и сам часто и с удовольствием не понимаю себя.

    — Не говорите глупостей. Образование — опиум для народа. Вы должны это знать. Вы сами учились. — Вы не верите в образование? — Нет, — сказал мистер Фрэзер. — В знание — да. — Я не понимаю вас. — Я и сам часто и с удовольствием не понимаю себя.

    — Дайте рецепт, доктор · книга
16. «

    Оттого, что мы постоянно переходим с места на место, оттого, что нам не приходится задерживаться и самим нести расплату, мы, в сущности, не знаем, что бывает потом...

    Оттого, что мы постоянно переходим с места на место, оттого, что нам не приходится задерживаться и самим нести расплату, мы, в сущности, не знаем, что бывает потом...

    — По ком звонит колокол · книга
17. «

    Всегда найдутся такие, кто поможет тебе, а ты поможешь своим.

    Всегда найдутся такие, кто поможет тебе, а ты поможешь своим.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
18. «

    Революция, — подумал мистер Фрэзер, — не опиум. Революция — катарсис, экстаз, который можно продлить только ценой тирании. Опиум нужен до и после.

    Революция, — подумал мистер Фрэзер, — не опиум. Революция — катарсис, экстаз, который можно продлить только ценой тирании. Опиум нужен до и после.

    — Дайте рецепт, доктор · книга
19. «

    … и ощущал смертное одиночество, какое наступает вечером впустую прожитого дня.

    … и ощущал смертное одиночество, какое наступает вечером впустую прожитого дня.

    — Праздник, который всегда с тобой · книга
20. «

    Ты пропал, как только увидел её. Как только она открыла рот и впервые заговорила с тобой, ты уже почувствовал это, сам знаешь. Раз это пришло — а ты уже думал, что оно никогда не придёт, — нечего бросать в это грязью, потому что ты знаешь, что это оно и есть и ты знаешь, что оно пришло в ту самую минуту, когда ты первый раз увидел её с тяжёлой железной сковородкой в руках.

    Ты пропал, как только увидел её. Как только она открыла рот и впервые заговорила с тобой, ты уже почувствовал это, сам знаешь. Раз это пришло — а ты уже думал, что оно никогда не придёт, — нечего бросать в это грязью, потому что ты знаешь, что это оно и есть и ты знаешь, что оно пришло в ту самую минуту, когда ты первый раз увидел её с тяжёлой железной сковородкой в руках.

    — По ком звонит колокол · книга