326 цитат Эрнеста Хемингуэя для поста и дневника

Эрнест Хемингуэй — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 326 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Странно, что именно усталость так все облегчает.

   Странно, что именно усталость так все облегчает.

   — Снега Килиманджаро · книга
2. «

   На свете так много женщин, с которыми можно спать, и так мало женщин, с которыми можно разговаривать.

   На свете так много женщин, с которыми можно спать, и так мало женщин, с которыми можно разговаривать.
3. «

   Хуже всего, когда ты умом понимаешь, что больше не можешь дружить с человеком.

   Хуже всего, когда ты умом понимаешь, что больше не можешь дружить с человеком.

   — Праздник, который всегда с тобой · книга
4. «

   Какая же это свобода, когда человек напакостит и не приберёт за собой, думал он. Свободнее кошки никого нет, а она и то прибирает. Кошка — самый ярый анархист. Покуда они не научатся этому у кошки, их уважать не будут.

   Какая же это свобода, когда человек напакостит и не приберёт за собой, думал он. Свободнее кошки никого нет, а она и то прибирает. Кошка — самый ярый анархист. Покуда они не научатся этому у кошки, их уважать не будут.

   — По ком звонит колокол · книга
5. «

   Электрошоковая терапия может уничтожить память, как уничтожает ее смерть или безумие, но, в отличии от смерти и безумия, ты остаешься с сознанием, что она уничтожена.

   Электрошоковая терапия может уничтожить память, как уничтожает ее смерть или безумие, но, в отличии от смерти и безумия, ты остаешься с сознанием, что она уничтожена.

   — Патрик Хемингуэй · книга
6. «

   Наверное, бог всё-таки есть, хоть мы его и отменили.

   Наверное, бог всё-таки есть, хоть мы его и отменили.

   — Пилар · книга
7. «

   Вся американская литература вышла из «Гекльберри Финна».

   Вся американская литература вышла из «Гекльберри Финна».
8. «

   Они лежали рядом, и всё, что было защищено, теперь осталось без защиты. Где раньше была шершавая ткань, всё стало гладко чудесной гладкостью, и круглилось, и льнуло, и вздрагивало, и вытягивалось, длинное и лёгкое, тёплое и прохладное, прохладное снаружи и тёплое внутри, и крепко прижималось, и замирало, и томило болью, и дарило радость, жалобное, молодое и любящее, и теперь уже всё было тёплое и гладкое и полное щемящей, острой, жалобной тоски, такой тоски...

   Они лежали рядом, и всё, что было защищено, теперь осталось без защиты. Где раньше была шершавая ткань, всё стало гладко чудесной гладкостью, и круглилось, и льнуло, и вздрагивало, и вытягивалось, длинное и лёгкое, тёплое и прохладное, прохладное снаружи и тёплое внутри, и крепко прижималось, и замирало, и томило болью, и дарило радость, жалобное, молодое и любящее, и теперь уже всё было тёплое и гладкое и полное щемящей, острой, жалобной тоски, такой тоски...

   — По ком звонит колокол · книга
9. «

   Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.

   Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.

   — По ком звонит колокол · книга
10. «

    Дописав рассказ, я всегда чувствовал опустошённость, было грустно и радостно, как после любви в постели...

    Дописав рассказ, я всегда чувствовал опустошённость, было грустно и радостно, как после любви в постели...

    — Праздник, который всегда с тобой · книга
11. «

    Счастье — самая замечательная вещь на свете, и для тех, кто умеет быть счастливым, оно может быть таким же глубоким, как печаль.

    Счастье — самая замечательная вещь на свете, и для тех, кто умеет быть счастливым, оно может быть таким же глубоким, как печаль.

    — Томас Хадсон · книга
12. «

    Нет на свете дела труднее, чем писать простую, честную прозу о человеке.

    Нет на свете дела труднее, чем писать простую, честную прозу о человеке.
13. «

    Умные люди чрезвычайно редко бывают счастливы.

    Умные люди чрезвычайно редко бывают счастливы.
14. «

    Оттого, что мы постоянно переходим с места на место, оттого, что нам не приходится задерживаться и самим нести расплату, мы, в сущности, не знаем, что бывает потом...

    Оттого, что мы постоянно переходим с места на место, оттого, что нам не приходится задерживаться и самим нести расплату, мы, в сущности, не знаем, что бывает потом...

    — По ком звонит колокол · книга
15. «

    География — слабое средство против того, что тебя гложет.

    География — слабое средство против того, что тебя гложет.

    — Томас Хадсон · книга
16. «

    Как хорошо, что нам не приходится убивать звезды! Представь себе: человек что ни день пытается убить луну! А луна от него убегает. Ну, а если человеку пришлось бы каждый день охотиться за солнцем? Нет, что ни говори, нам еще повезло, — подумал он.

    Как хорошо, что нам не приходится убивать звезды! Представь себе: человек что ни день пытается убить луну! А луна от него убегает. Ну, а если человеку пришлось бы каждый день охотиться за солнцем? Нет, что ни говори, нам еще повезло, — подумал он.

    — Сантьяго · книга
17. «

    Мы все сломаны. И именно в местах надломов мы часто сильнее всего.

    Мы все сломаны. И именно в местах надломов мы часто сильнее всего.
18. «

    – Ты устал, старик, – сказал он. – Душа у тебя устала.

    – Ты устал, старик, – сказал он. – Душа у тебя устала.

    — Старик · книга
19. «

    Убиваешь, чтобы чувствовать, что ты ещё жив, — должно быть так... Мне также надоело умирать, как надоело всё остальное.

    Убиваешь, чтобы чувствовать, что ты ещё жив, — должно быть так... Мне также надоело умирать, как надоело всё остальное.

    — Снега Килиманджаро · книга
20. «

    Мы любили друг друга в комнате, где на окнах висели шторы из тонких деревянных планок, а верхняя рама балконной двери откидывалась на петлях, и в комнату задувал легкий ветер. Мы любили друг друга в этой комнате, где даже днём было темно от опущенных штор и пахло цветами, потому что внизу был цветочный рынок.

    Мы любили друг друга в комнате, где на окнах висели шторы из тонких деревянных планок, а верхняя рама балконной двери откидывалась на петлях, и в комнату задувал легкий ветер. Мы любили друг друга в этой комнате, где даже днём было темно от опущенных штор и пахло цветами, потому что внизу был цветочный рынок.

    — Пилар · книга