133 цитаты Евгеного Водолазкина, которые стоит перечитать

Подборка из 133 цитаты Евгеного Водолазкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В молодости требуются конкретные и оперативные ответы, и если уж их пытаться где-то вычитать, то скорее в социальной сети, а не в книге. Но со временем становится ясно, что сеть и книга очень по-разному насыщают: разница примерно та же, что между семечками и хлебом. Приходит день, когда хочется хлеба. И тогда начинают читать...

   В молодости требуются конкретные и оперативные ответы, и если уж их пытаться где-то вычитать, то скорее в социальной сети, а не в книге. Но со временем становится ясно, что сеть и книга очень по-разному насыщают: разница примерно та же, что между семечками и хлебом. Приходит день, когда хочется хлеба. И тогда начинают читать...

   — Инструмент языка. Люди и слова · книга
2. «

   В моей квартире я иногда чувствую себя будто на острове — среди моря чужой жизни.

   В моей квартире я иногда чувствую себя будто на острове — среди моря чужой жизни.

   — Авиатор · книга
3. «

   <...> историки в большинстве своем — пессимисты, поскольку имеют дело преимущественно с покойниками. История — наука о мертвых, неожиданно заключал свое эссе русский профессор, в ней очень мало места для живых.

   <...> историки в большинстве своем — пессимисты, поскольку имеют дело преимущественно с покойниками. История — наука о мертвых, неожиданно заключал свое эссе русский профессор, в ней очень мало места для живых.

   — Соловьев и Ларионов · книга
4. «

   Да, кстати, Маркс — это Александр Васильевич Посполитаки. Я его вычислил по книге об Академии художеств. Узнал на коллективной фотографии профессуры и нашёл фамилию в подписи. Погиб на Беломорканале. Его облик, я думаю, был слишком ярким. То, что соответствовало, 10-тым годам, в 30-е совершенно вышло из обихода. Александр Васильевич оказался нечуток к смене стилей.

   Да, кстати, Маркс — это Александр Васильевич Посполитаки. Я его вычислил по книге об Академии художеств. Узнал на коллективной фотографии профессуры и нашёл фамилию в подписи. Погиб на Беломорканале. Его облик, я думаю, был слишком ярким. То, что соответствовало, 10-тым годам, в 30-е совершенно вышло из обихода. Александр Васильевич оказался нечуток к смене стилей.

   — Авиатор · книга
5. «

   — Значит ли это, — спрашивает генерал, — что основной причиной смерти человека является его жизнь? Аптекарь Кологривов садится на стул и спокойно смотрит на генерала. — Можно, ваше высокопревосходительство, сказать и так.

   — Значит ли это, — спрашивает генерал, — что основной причиной смерти человека является его жизнь? Аптекарь Кологривов садится на стул и спокойно смотрит на генерала. — Можно, ваше высокопревосходительство, сказать и так.

   — Соловьев и Ларионов · книга
6. «

   В связи с отцом думал о природе исторических бедствий — революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.

   В связи с отцом думал о природе исторических бедствий — революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.

   — Авиатор · книга
7. «

   Человек сотворен из праха. И в прах обратится. Но тело, которое ему дано на время жизни, прекрасно. Ты должен знать его как можно лучше.

   Человек сотворен из праха. И в прах обратится. Но тело, которое ему дано на время жизни, прекрасно. Ты должен знать его как можно лучше.

   — Христофор · книга
8. «

   <...> вместе с красными приходит новая, устроенная на иных основаниях действительность.

   <...> вместе с красными приходит новая, устроенная на иных основаниях действительность.

   — Соловьев и Ларионов · книга
9. «

   Высота полёта неизбежно грозит такой же глубиной падения.

   Высота полёта неизбежно грозит такой же глубиной падения.

   — Лавр · книга
10. «

    Как можно тратить бесценные слова на телесериалы, на эти убогие шоу, на рекламу? Слово должно идти на описание жизни, на выражение того, что еще не выражено.

    Как можно тратить бесценные слова на телесериалы, на эти убогие шоу, на рекламу? Слово должно идти на описание жизни, на выражение того, что еще не выражено.

    — Авиатор · книга
11. «

    — Да почему же вы, мать вашу, не стреляете?!! <...> — Потому что смерть не способна ничему научить.

    — Да почему же вы, мать вашу, не стреляете?!! <...> — Потому что смерть не способна ничему научить.

    — генерал Ларионов · книга
12. «

    Могу спросить: для чего, обладая феноменальной памятью, ты решил вести Дневник? Отвечу так: память лишь воспроизводит события, а Дневник их осмысливает. Если подходить к делу ответственно, то писать надлежит в утренние часы, пока мозг свеж.

    Могу спросить: для чего, обладая феноменальной памятью, ты решил вести Дневник? Отвечу так: память лишь воспроизводит события, а Дневник их осмысливает. Если подходить к делу ответственно, то писать надлежит в утренние часы, пока мозг свеж.

    — Исидор Чагин · книга
13. «

    Бумагу все-таки лучше иметь. В такой бюрократической стране, как Россия, нужно всегда быть готовым доказать, что ты не верблюд.

    Бумагу все-таки лучше иметь. В такой бюрократической стране, как Россия, нужно всегда быть готовым доказать, что ты не верблюд.

    — Авиатор · книга
14. «

    Ему казалось, что слово записанное, упорядочивает мир. Останавливает его текучесть. Не позволяет понятиям размываться.

    Ему казалось, что слово записанное, упорядочивает мир. Останавливает его текучесть. Не позволяет понятиям размываться.

    — Лавр · книга
15. «

    Окруженный музыкантами, дирижер был в то же время одинок: есть в этой профессии непостижимый трагизм.

    Окруженный музыкантами, дирижер был в то же время одинок: есть в этой профессии непостижимый трагизм.

    — Авиатор · книга
16. «

    В искусстве лучше недосказать, чем сказать слишком много. А зрители будут плакать о своем.

    В искусстве лучше недосказать, чем сказать слишком много. А зрители будут плакать о своем.

    — Брисбен · книга
17. «

    — Твою дивизию, — в сердцах воскликнул юродивый Фома. — Так ведь русский человек — он не только благочестив. Докладываю вам на всякий случай, что он ещё бессмыслен и беспощаден, и всякое дело может у него запросто обернуться смертным грехом.

    — Твою дивизию, — в сердцах воскликнул юродивый Фома. — Так ведь русский человек — он не только благочестив. Докладываю вам на всякий случай, что он ещё бессмыслен и беспощаден, и всякое дело может у него запросто обернуться смертным грехом.

    — Лавр · книга
18. «

    — У всякого времени свои сложности. Их надо преодолевать. — Или избегать.

    — У всякого времени свои сложности. Их надо преодолевать. — Или избегать.

    — Авиатор · книга
19. «

    Я хочу сказать, что нет событий основных и неосновных, и всё важно, и всё в дело идет – будь оно хорошим или плохим.

    Я хочу сказать, что нет событий основных и неосновных, и всё важно, и всё в дело идет – будь оно хорошим или плохим.

    — Авиатор · книга
20. «

    ... Всякая находка — это чья-то потеря.

    ... Всякая находка — это чья-то потеря.

    — Инструмент языка. Люди и слова · книга