146 известных цитат Федерико Гарсиы Лорки

Подборка из 146 цитат Федерико Гарсиы Лорки: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мшистых лун неживая равнина и ушедшей под землю крови. Равнина крови старинной.

   Мшистых лун неживая равнина и ушедшей под землю крови. Равнина крови старинной.
2. «

   Непонятная путаница закоптившихся звезд расставляет сети моим почти увядшим иллюзиям.

   Непонятная путаница закоптившихся звезд расставляет сети моим почти увядшим иллюзиям.
3. «

   О, худшая из болей — поэзии боль вековая, болотная боль, и в ней не льётся вода живая!

   О, худшая из болей — поэзии боль вековая, болотная боль, и в ней не льётся вода живая!
4. «

   Есть горы — под небосводом они завидуют водам, и как отраженье неба придумали звёзды снега. И есть иные горы, но та же у них тоска. и горы в тоске по крыльям придумали облака.

   Есть горы — под небосводом они завидуют водам, и как отраженье неба придумали звёзды снега. И есть иные горы, но та же у них тоска. и горы в тоске по крыльям придумали облака.
5. «

   Прорытые временем лабиринты - исчезли.

   Прорытые временем лабиринты - исчезли.
6. «

   Я пришел к черте, за которой прекращается ностальгия, за которой слезы становятся белоснежными, как алебастр.

   Я пришел к черте, за которой прекращается ностальгия, за которой слезы становятся белоснежными, как алебастр.
7. «

   Облекается прошлое в железные латы и свой слух затворяет дымом облачной ваты. Его тайна веками — за замка́ми.

   Облекается прошлое в железные латы и свой слух затворяет дымом облачной ваты. Его тайна веками — за замка́ми.
8. «

   Высокий и узкобедрый, стройней тростников лагуны, идет он, кутая тенью глаза и грустные губы; поют горячие вены серебряною струною, а кожа в ночи мерцает, как яблоки под луною.

   Высокий и узкобедрый, стройней тростников лагуны, идет он, кутая тенью глаза и грустные губы; поют горячие вены серебряною струною, а кожа в ночи мерцает, как яблоки под луною.
9. «

   Это звезда романтических грёз (для магнолий и роз). Она себе светила сама, пока не сошла с ума. Та-ра-ри, та-ра-ра. (В хижине мрака, в болоте, славно, лягушки, поёте.)

   Это звезда романтических грёз (для магнолий и роз). Она себе светила сама, пока не сошла с ума. Та-ра-ри, та-ра-ра. (В хижине мрака, в болоте, славно, лягушки, поёте.)
10. «

    Хочу уснуть я сном осенних яблок и ускользнуть от сутолоки кладбищ. Хочу уснуть я сном того ребёнка, что все мечтал забросить сердце в море...

    Хочу уснуть я сном осенних яблок и ускользнуть от сутолоки кладбищ. Хочу уснуть я сном того ребёнка, что все мечтал забросить сердце в море...
11. «

    Учти и помни, что лягушка строго критикует бредовый полёт ласточки.

    Учти и помни, что лягушка строго критикует бредовый полёт ласточки.
12. «

    А если любовь — лишь обман? Кто влагает в нас жизни дыханье, если только сумерек тень нам даёт настоящее знанье. Добра — его, может быть, нет, - и Зла — оно рядом и ранит.

    А если любовь — лишь обман? Кто влагает в нас жизни дыханье, если только сумерек тень нам даёт настоящее знанье. Добра — его, может быть, нет, - и Зла — оно рядом и ранит.
13. «

    Тает ли этот снег, когда смерть нас с тобой уносит? Или будет и снег другой и другие — лучшие — розы? Узнаем ли мир и покой согласно ученью Христову? Или навек невозможно решенье вопроса такого?

    Тает ли этот снег, когда смерть нас с тобой уносит? Или будет и снег другой и другие — лучшие — розы? Узнаем ли мир и покой согласно ученью Христову? Или навек невозможно решенье вопроса такого?
14. «

    Женщинам — полотно и иголки, мужчине — мул и плетка. Так водится у людей с достатком.

    Женщинам — полотно и иголки, мужчине — мул и плетка. Так водится у людей с достатком.

    — Дом Бернарды Альбы · книга
15. «

    Дождик идет в Сантьяго, сердце любовью полно. Белой камелией в небе светится солнца пятно.

    Дождик идет в Сантьяго, сердце любовью полно. Белой камелией в небе светится солнца пятно.
16. «

    Как сиро все и устало! Два конских ока огромных и два зрачка моих малых ни в даль земную не смотрят, ни в те края, где на челнах уплывший сон поднимает тринадцать вымпелов черных.

    Как сиро все и устало! Два конских ока огромных и два зрачка моих малых ни в даль земную не смотрят, ни в те края, где на челнах уплывший сон поднимает тринадцать вымпелов черных.
17. «

    Если надежда погаснет и начнется непониманье, то какой же факел на свете осветит земные блужданья?

    Если надежда погаснет и начнется непониманье, то какой же факел на свете осветит земные блужданья?
18. «

    Неустанно гитара плачет, как вода по каналам — плачет, как ветра над снегами — плачет, не моли её о молчанье! Так плачет закат о рассвете, так плачет стрела без цели, так песок раскалённый плачет о прохладной красе камелий. Так прощается с жизнью птица под угрозой змеиного жала. О гитара, бедная жертва пяти проворных кинжалов!

    Неустанно гитара плачет, как вода по каналам — плачет, как ветра над снегами — плачет, не моли её о молчанье! Так плачет закат о рассвете, так плачет стрела без цели, так песок раскалённый плачет о прохладной красе камелий. Так прощается с жизнью птица под угрозой змеиного жала. О гитара, бедная жертва пяти проворных кинжалов!
19. «

    Без глаз моих ты, бедная душа, не разглядишь, как хороша луна. Без губ моих тебе, моя душа, не знать ни поцелуя, ни вина. Без сердца моего и ты мертва. К чему вся глубина твоих зеркал, когда умрут слова?

    Без глаз моих ты, бедная душа, не разглядишь, как хороша луна. Без губ моих тебе, моя душа, не знать ни поцелуя, ни вина. Без сердца моего и ты мертва. К чему вся глубина твоих зеркал, когда умрут слова?
20. «

    Зубы кости слоновой у луны ущерблённой. О, канун умиранья! Ни былинки зелёной, опустелые гнёзда, пересохшие русла... Умирать под луною так старо и так грустно!

    Зубы кости слоновой у луны ущерблённой. О, канун умиранья! Ни былинки зелёной, опустелые гнёзда, пересохшие русла... Умирать под луною так старо и так грустно!