48 цитат Федерико Гарсиы Лорки, ставших крылатыми

Подборка из 48 цитат Федерико Гарсиы Лорки: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Встречая слово «нет», пиши сверху «да», а натыкаясь на «да», сразу зачёркивай.

   Встречая слово «нет», пиши сверху «да», а натыкаясь на «да», сразу зачёркивай.
2. «

   Трудно, ах, как это трудно - любить тебя и не плакать!

   Трудно, ах, как это трудно - любить тебя и не плакать!
3. «

   Мои черты замрут осиротело на мху сыром, не знающем о зное. Меркурий ночи, зеркало сквозное, чья пустота от слов не запотела.

   Мои черты замрут осиротело на мху сыром, не знающем о зное. Меркурий ночи, зеркало сквозное, чья пустота от слов не запотела.
4. «

   Смерть, ты здесь, ты вечно наготове! Не пои песок ручьями крови! Смерть, сухие листья, злые вести! Не сплетай венок из них невесте! Смерть, я знаю — ты несправедлива, но оставь зелёной ветку ивы! Злая смерть, любви неутоленной ветку ивы ты оставь зелёной!

   Смерть, ты здесь, ты вечно наготове! Не пои песок ручьями крови! Смерть, сухие листья, злые вести! Не сплетай венок из них невесте! Смерть, я знаю — ты несправедлива, но оставь зелёной ветку ивы! Злая смерть, любви неутоленной ветку ивы ты оставь зелёной!
5. «

   Стихотворная книга это мёртвая осень; стихи — это чёрные листья на белой земле,

   Стихотворная книга это мёртвая осень; стихи — это чёрные листья на белой земле,
6. «

   Ни мыльных пузырей, ни свинцовых пуль. Настоящее стихотворение должно быть незримым.

   Ни мыльных пузырей, ни свинцовых пуль. Настоящее стихотворение должно быть незримым.
7. «

   Вечер оделся в холод, чтобы с пути не сбиться.

   Вечер оделся в холод, чтобы с пути не сбиться.
8. «

   Под водою строки плывут чередою. Гребень воды качает россыпи звёзд и чаек. Сна не тревожит ветер гулом гитарной деки. Только тростник и помнит то, что уносят реки.

   Под водою строки плывут чередою. Гребень воды качает россыпи звёзд и чаек. Сна не тревожит ветер гулом гитарной деки. Только тростник и помнит то, что уносят реки.
9. «

   Это счастье и есть - умереть от невидимых стрел лазурных небес.

   Это счастье и есть - умереть от невидимых стрел лазурных небес.
10. «

    Ты знать не можешь, как тебя люблю я, — Ты спишь во мне, спокойно и устало.

    Ты знать не можешь, как тебя люблю я, — Ты спишь во мне, спокойно и устало.
11. «

    Не проси — ни словом, ни видом я секретов весны не выдам. Потому что для них давно я словно вечнозеленая хвоя.

    Не проси — ни словом, ни видом я секретов весны не выдам. Потому что для них давно я словно вечнозеленая хвоя.
12. «

    Её жасминная кожа светилась жемчугом тёплым, нежнее лунного света, когда скользит он по стеклам. А бедра её метались, как пойманные форели, то лунным холодом стыли, то белым огнём горели.

    Её жасминная кожа светилась жемчугом тёплым, нежнее лунного света, когда скользит он по стеклам. А бедра её метались, как пойманные форели, то лунным холодом стыли, то белым огнём горели.
13. «

    ...и кто мучится болью, будет мучиться вечно, и кто смерти боится, её пронесет на плечах.

    ...и кто мучится болью, будет мучиться вечно, и кто смерти боится, её пронесет на плечах.
14. «

    — Если ты услышишь: плачет горький олеандр сквозь тишину, что ты сделаешь, любовь моя? — Вздохну.

    — Если ты услышишь: плачет горький олеандр сквозь тишину, что ты сделаешь, любовь моя? — Вздохну.
15. «

    А если любовь — лишь обман? Кто влагает в нас жизни дыханье, если только сумерек тень нам даёт настоящее знанье. Добра — его, может быть, нет, - и Зла — оно рядом и ранит.

    А если любовь — лишь обман? Кто влагает в нас жизни дыханье, если только сумерек тень нам даёт настоящее знанье. Добра — его, может быть, нет, - и Зла — оно рядом и ранит.
16. «

    Восточный ветер. Фонарь и дождь. И прямо в сердце нож. Улица — дрожь натянутого провода, дрожь огромного овода. Со всех сторон, куда ни пойдешь, прямо в сердце — нож.

    Восточный ветер. Фонарь и дождь. И прямо в сердце нож. Улица — дрожь натянутого провода, дрожь огромного овода. Со всех сторон, куда ни пойдешь, прямо в сердце — нож.
17. «

    И этот пейзаж мне не радует сердце, в груди я чувствую холод могилы, и всё мне не мило. <...> И мёртвую душу мою растрепал я, призвав на помощь паучьи узоры забытых взоров.

    И этот пейзаж мне не радует сердце, в груди я чувствую холод могилы, и всё мне не мило. <...> И мёртвую душу мою растрепал я, призвав на помощь паучьи узоры забытых взоров.
18. «

    Без глаз моих ты, бедная душа, не разглядишь, как хороша луна. Без губ моих тебе, моя душа, не знать ни поцелуя, ни вина. Без сердца моего и ты мертва. К чему вся глубина твоих зеркал, когда умрут слова?

    Без глаз моих ты, бедная душа, не разглядишь, как хороша луна. Без губ моих тебе, моя душа, не знать ни поцелуя, ни вина. Без сердца моего и ты мертва. К чему вся глубина твоих зеркал, когда умрут слова?
19. «

    Не забывай и на пределе счастья или страха прочесть на ночь «Отче наш».

    Не забывай и на пределе счастья или страха прочесть на ночь «Отче наш».
20. «

    В окно постучала полночь, и стук ее был беззвучен.

    В окно постучала полночь, и стук ее был беззвучен.