122 цитаты Франца Кафки, ставших крылатыми

Франц Кафка — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 122 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Наверно, мы нигилистические, а может, даже самоубийственные мысли, рождающиеся в голове Бога. Наш мир всего лишь дурной каприз Бога, день, когда он был не в настроении. Макс Брод: Но тогда, значит, где-то вне этой, ведомой нам, ипостаси мира, может существовать надежда? — О да, сколько угодно, бесконечно много надежды, но только не для нас.

   — Наверно, мы нигилистические, а может, даже самоубийственные мысли, рождающиеся в голове Бога. Наш мир всего лишь дурной каприз Бога, день, когда он был не в настроении. Макс Брод: Но тогда, значит, где-то вне этой, ведомой нам, ипостаси мира, может существовать надежда? — О да, сколько угодно, бесконечно много надежды, но только не для нас.
2. «

   Первый признак начала познания — желание умереть. Эта жизнь кажется невыносимой, другая — недостижимой. Уже не стыдишься, что хочешь умереть; просишь, чтобы тебя перевели из старой камеры, которую ты ненавидишь, в новую, которую ты только еще начнешь ненавидеть. Сказывается тут и остаток веры, что во время пути случайно пройдет по коридору главный, посмотрит на узника и скажет: «Этого не запирайте больше. Я беру его к себе».

   Первый признак начала познания — желание умереть. Эта жизнь кажется невыносимой, другая — недостижимой. Уже не стыдишься, что хочешь умереть; просишь, чтобы тебя перевели из старой камеры, которую ты ненавидишь, в новую, которую ты только еще начнешь ненавидеть. Сказывается тут и остаток веры, что во время пути случайно пройдет по коридору главный, посмотрит на узника и скажет: «Этого не запирайте больше. Я беру его к себе».
3. «

   Родители, ожидающие от своих детей благодарности (есть даже такие, которые ее требуют), подобны ростовщикам: они охотно рискуют капиталом, лишь бы получить проценты.

   Родители, ожидающие от своих детей благодарности (есть даже такие, которые ее требуют), подобны ростовщикам: они охотно рискуют капиталом, лишь бы получить проценты.

   — Дневники · книга
4. «

   Я сержусь, когда веду себя неподобающе, а когда кто-нибудь другой ведет себя плохо, я радуюсь.

   Я сержусь, когда веду себя неподобающе, а когда кто-нибудь другой ведет себя плохо, я радуюсь.

   — Описание одной борьбы · книга
5. «

   Ты слишком много ищешь помощи у других. Неужели ты не замечаешь, что помощь эта не настоящая?

   Ты слишком много ищешь помощи у других. Неужели ты не замечаешь, что помощь эта не настоящая?

   — Процесс · книга
6. «

   Иногда я удивляюсь тому, как люди сумели изобрести понятие «веселье»; вполне возможно, что они его вычислили лишь теоретически — в противовес печали.

   Иногда я удивляюсь тому, как люди сумели изобрести понятие «веселье»; вполне возможно, что они его вычислили лишь теоретически — в противовес печали.

   — Письма к Милене · книга
7. «

   Моя тюремная камера — моя крепость.

   Моя тюремная камера — моя крепость.
8. «

   Суду ничего от тебя не нужно. Суд принимает тебя, когда ты приходишь, и отпускает, когда ты уходишь.

   Суду ничего от тебя не нужно. Суд принимает тебя, когда ты приходишь, и отпускает, когда ты уходишь.

   — Священник · книга
9. «

   Но ведь, кроме этой последней, ничтожной, исчезающей, почти несуществующей надежды, у вас ничего нет.

   Но ведь, кроме этой последней, ничтожной, исчезающей, почти несуществующей надежды, у вас ничего нет.

   — Замок · книга
10. «

    Достаточно трудно целый день владеть собой. Для того мы и спим, чтобы подкрепиться для этого труда, а если мы не спим, то с нами нередко случаются нелепые вещи, но было бы невежливо со стороны наших спутников громко этому удивляться.

    Достаточно трудно целый день владеть собой. Для того мы и спим, чтобы подкрепиться для этого труда, а если мы не спим, то с нами нередко случаются нелепые вещи, но было бы невежливо со стороны наших спутников громко этому удивляться.

    — Описание одной борьбы · книга
11. «

    В сущности, я бездарный, невежественный человек, который, не принуждали бы его ходить в школу — не по доброй воле, но и едва ли замечая принуждение, — способен был бы забиться в собачью конуру, вылезая из нее только тогда, когда ему приносят жратву, и забираясь обратно, проглотив ее.

    В сущности, я бездарный, невежественный человек, который, не принуждали бы его ходить в школу — не по доброй воле, но и едва ли замечая принуждение, — способен был бы забиться в собачью конуру, вылезая из нее только тогда, когда ему приносят жратву, и забираясь обратно, проглотив ее.

    — Дневники · книга
12. «

    Ты принадлежишь мне, я сделал тебя своей, и ни в одной сказке нет женщины, за которую сражались бы дольше и отчаяннее, чем я сражался за тебя с самим собой. Так было с самого начала, так повторялось снова и снова, и так, видно, будет всегда...

    Ты принадлежишь мне, я сделал тебя своей, и ни в одной сказке нет женщины, за которую сражались бы дольше и отчаяннее, чем я сражался за тебя с самим собой. Так было с самого начала, так повторялось снова и снова, и так, видно, будет всегда...
13. «

    Мое определение было правильным и признано правильным: каждый любит другого таким, каков тот есть. Но с таким, каков тот есть, он не сможет, думает он, жить.

    Мое определение было правильным и признано правильным: каждый любит другого таким, каков тот есть. Но с таким, каков тот есть, он не сможет, думает он, жить.

    — Дневники · книга
14. «

    Иногда оковы лучше свободы.

    Иногда оковы лучше свободы.

    — Процесс · книга
15. «

    Суд, собственно говоря, защиту не допускает, а только терпит её.

    Суд, собственно говоря, защиту не допускает, а только терпит её.

    — Процесс · книга
16. «

    Но если бы у меня не хватало тут верхней губы, там ушной раковины, здесь ребра, там пальца, если бы были на голове безволосые пятна, а на лице оспины, это бы еще не было достаточным подобием моего внутреннего несовершенства.

    Но если бы у меня не хватало тут верхней губы, там ушной раковины, здесь ребра, там пальца, если бы были на голове безволосые пятна, а на лице оспины, это бы еще не было достаточным подобием моего внутреннего несовершенства.

    — Дневники · книга
17. «

    Как можно радоваться миру? Разве только если убегаешь в него.

    Как можно радоваться миру? Разве только если убегаешь в него.

    — Размышления об истинном пути · книга
18. «

    Я запрусь ото всех и до бесчувствия предамся одиночеству. Со всеми рассорюсь и ни с кем не буду разговаривать.

    Я запрусь ото всех и до бесчувствия предамся одиночеству. Со всеми рассорюсь и ни с кем не буду разговаривать.
19. «

    То, что годится для нас самих, непригодно для других.

    То, что годится для нас самих, непригодно для других.

    — Дневники · книга
20. «

    Если не удается сойтись поближе, люди расходятся подальше.

    Если не удается сойтись поближе, люди расходятся подальше.

    — Письма к Фелиции · книга