Франц Кафка: 451 высказываний о главном

Франц Кафка — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 451 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Узнала злобность мира, перед которой собственная злоба пасует, становится бессмысленной.

   Узнала злобность мира, перед которой собственная злоба пасует, становится бессмысленной.

   — Замок · книга
2. «

   Я опять холоден и бестолков, осталась лишь старческая любовь к совершеннейшему покою.

   Я опять холоден и бестолков, осталась лишь старческая любовь к совершеннейшему покою.

   — Дневники · книга
3. «

   Ведь из всех существ сон — самое невинное, а человек, не знающий сна, — самое виновное.

   Ведь из всех существ сон — самое невинное, а человек, не знающий сна, — самое виновное.
4. «

   Я исполняю здесь, в колонии, обязанности судьи. Несмотря на мою молодость. Вынося приговор, я придерживаюсь правила: «Виновность всегда несомненна».

   Я исполняю здесь, в колонии, обязанности судьи. Несмотря на мою молодость. Вынося приговор, я придерживаюсь правила: «Виновность всегда несомненна».

   — Офицер · книга
5. «

   Я подбоченился и вообразил, что гуляю по собственному почину. Я был в гостях, спас от позора одного неблагодарного молодого человека и теперь гуляю при луне. Весь день на службе, вечером в гостях, ночью на улице и ничего сверх меры. Беспредельно естественный образ жизни!

   Я подбоченился и вообразил, что гуляю по собственному почину. Я был в гостях, спас от позора одного неблагодарного молодого человека и теперь гуляю при луне. Весь день на службе, вечером в гостях, ночью на улице и ничего сверх меры. Беспредельно естественный образ жизни!

   — Описание одной борьбы · книга
6. «

   Во мне, как и в других людях, есть спокойствие, уверенность, но заложены они как-то навыворот.

   Во мне, как и в других людях, есть спокойствие, уверенность, но заложены они как-то навыворот.

   — Дневники · книга
7. «

   — Правда ведь, удивительно, что именно только ночь способна целиком погрузить нас в воспоминания?

   — Правда ведь, удивительно, что именно только ночь способна целиком погрузить нас в воспоминания?

   — Описание одной борьбы · книга
8. «

   Чиновники — народ образованный, но односторонний, по своей специальности каждый из одного слова может вывести целый ряд мыслей, но ему можно часами объяснять то, что касается другого отдела, и он будет только вежливо кивать головой, но не поймёт ни слова.

   Чиновники — народ образованный, но односторонний, по своей специальности каждый из одного слова может вывести целый ряд мыслей, но ему можно часами объяснять то, что касается другого отдела, и он будет только вежливо кивать головой, но не поймёт ни слова.

   — Ольга · книга
9. «

   Уголь кончился; ведро пусто, совок бесполезен; печь дышит холодом, комната промерзла насквозь, перед окном деревья окованы инеем; небо – как серебряный щит против тех, кто молит о помощи. Надо добыть угля; не замерзать же мне окончательно! Позади – не знающая жалости печь, впереди – такое же безжалостное небо; надо ловко прошмыгнуть между ними, чтобы просить помощи у торговца углем.

   Уголь кончился; ведро пусто, совок бесполезен; печь дышит холодом, комната промерзла насквозь, перед окном деревья окованы инеем; небо – как серебряный щит против тех, кто молит о помощи. Надо добыть угля; не замерзать же мне окончательно! Позади – не знающая жалости печь, впереди – такое же безжалостное небо; надо ловко прошмыгнуть между ними, чтобы просить помощи у торговца углем.

   — Верхом на ведре · книга
10. «

    Поэты протягивают руки навстречу людям. Но люди видят не дружеские руки, а судорожно сжатые кулаки, нацеленные в глаза и сердце.

    Поэты протягивают руки навстречу людям. Но люди видят не дружеские руки, а судорожно сжатые кулаки, нацеленные в глаза и сердце.
11. «

    Моя тюремная камера — моя крепость.

    Моя тюремная камера — моя крепость.
12. «

    Эта четкая отграниченность человеческого тела ужасна.

    Эта четкая отграниченность человеческого тела ужасна.

    — Дневники · книга
13. «

    Случай всегда держит сторону господ.

    Случай всегда держит сторону господ.

    — Хозяин · книга
14. «

    Тут ведь выгоды, каких нигде больше не сыщешь <...> а это, сам понимаешь сулит кое-какие удовольствия

    Тут ведь выгоды, каких нигде больше не сыщешь <...> а это, сам понимаешь сулит кое-какие удовольствия

    — Америка (Пропавший без вести) · книга
15. «

    Не рухнув, ни один мост, коль скоро уж он воздвигнут, не перестает быть мостом.

    Не рухнув, ни один мост, коль скоро уж он воздвигнут, не перестает быть мостом.

    — Мост · книга
16. «

    — Недавно я видел толстую книгу Шляфа, где он объявляет Землю центром космоса. — Да, это и тогда уже было его идеей, в правильности которой он хотел нас убедить своим собственным объяснением солнечных пятен. Он подвел нас к окну мещанской квартиры и показал Солнце в старый школьный телескоп. — Вы смеялись? — Что вы! Тот факт, что с помощью этого смешного наследия старины он отваживается выступить против науки и космоса, был насколько комичен и вместе с тем трогателен, что мы чуть было не поверили ему. — Что же помешало вам? — Собственно говоря, кофе. Он был скверный. Мы ушли.

    — Недавно я видел толстую книгу Шляфа, где он объявляет Землю центром космоса. — Да, это и тогда уже было его идеей, в правильности которой он хотел нас убедить своим собственным объяснением солнечных пятен. Он подвел нас к окну мещанской квартиры и показал Солнце в старый школьный телескоп. — Вы смеялись? — Что вы! Тот факт, что с помощью этого смешного наследия старины он отваживается выступить против науки и космоса, был насколько комичен и вместе с тем трогателен, что мы чуть было не поверили ему. — Что же помешало вам? — Собственно говоря, кофе. Он был скверный. Мы ушли.
17. «

    Жизнь не сделаешь так, как гимнаст стойку на руках.

    Жизнь не сделаешь так, как гимнаст стойку на руках.

    — Дневники · книга
18. «

    Я сержусь, когда веду себя неподобающе, а когда кто-нибудь другой ведет себя плохо, я радуюсь.

    Я сержусь, когда веду себя неподобающе, а когда кто-нибудь другой ведет себя плохо, я радуюсь.

    — Описание одной борьбы · книга
19. «

    Хорошая режиссура может превратить плохое сочинение в замечательное театральное зрелище.

    Хорошая режиссура может превратить плохое сочинение в замечательное театральное зрелище.

    — Дневники · книга
20. «

    Всегда мне хотелось хватать жизнь в двадцать рук, но далеко не всегда с похвальной целью.

    Всегда мне хотелось хватать жизнь в двадцать рук, но далеко не всегда с похвальной целью.

    — Процесс · книга