502 лучших цитаты — Франц Кафка

Франц Кафка — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 502 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ангелы не летают.

   Ангелы не летают.

   — Ангелы не летают · книга
2. «

   Неведома разница между совершенным и задуманным убийством.

   Неведома разница между совершенным и задуманным убийством.

   — Дневники · книга
3. «

   Если учитывать мой внутренний баланс сил, я давно уже не жилец на этом свете.

   Если учитывать мой внутренний баланс сил, я давно уже не жилец на этом свете.

   — Письма к Милене · книга
4. «

   Но у сирен есть оружие более страшное, чем пение, а именно — молчание. Хотя этого не случалось, но можно представить себе, что от их пения кто-то и спасся, но уж от их молчания наверняка не спасся никто.

   Но у сирен есть оружие более страшное, чем пение, а именно — молчание. Хотя этого не случалось, но можно представить себе, что от их пения кто-то и спасся, но уж от их молчания наверняка не спасся никто.

   — Молчание сирен · книга
5. «

   Карл Краус ставит еврейских писателей в ряд и держит их в строгой дисциплине. Единственное, о чем он забывает, что с ним могут сделать то же самое.

   Карл Краус ставит еврейских писателей в ряд и держит их в строгой дисциплине. Единственное, о чем он забывает, что с ним могут сделать то же самое.
6. «

   У женщин огромная власть. Если бы я мог повлиять на некоторых знакомых мне женщин и они, сообща, поработали бы в мою пользу, я многого бы добился. Особенно в этом суде — ведь там сплошь одни юбочники. Покажи следователю женщину хоть издали, и он готов перескочить через стол и через обвиняемого, лишь бы успеть нее догнать.

   У женщин огромная власть. Если бы я мог повлиять на некоторых знакомых мне женщин и они, сообща, поработали бы в мою пользу, я многого бы добился. Особенно в этом суде — ведь там сплошь одни юбочники. Покажи следователю женщину хоть издали, и он готов перескочить через стол и через обвиняемого, лишь бы успеть нее догнать.

   — Йозеф К. · книга
7. «

   Значит, если ты начал путь, то продолжай его, при всех обстоятельствах ты можешь только выиграть, ты ничем не рискуешь, может быть, ты в конце концов сломаешь себе шею, но если бы ты уже после первых шагов повернулся и побежал вниз по лестнице, ты, может быть, сломал бы себе шею уже в самом начале, и не «может быть», а несомненно. Значит, если ты ничего не найдешь здесь в коридорах, открывай двери, если ничего не найдешь за этими дверями, то ведь есть новые этажи, если ничего не найдешь наверху, лети выше по новым лестницам. Пока ты не перестанешь подниматься, ступеньки не прекратятся, они будут расти ввысь под твоими поднимающимися ногами.

   Значит, если ты начал путь, то продолжай его, при всех обстоятельствах ты можешь только выиграть, ты ничем не рискуешь, может быть, ты в конце концов сломаешь себе шею, но если бы ты уже после первых шагов повернулся и побежал вниз по лестнице, ты, может быть, сломал бы себе шею уже в самом начале, и не «может быть», а несомненно. Значит, если ты ничего не найдешь здесь в коридорах, открывай двери, если ничего не найдешь за этими дверями, то ведь есть новые этажи, если ничего не найдешь наверху, лети выше по новым лестницам. Пока ты не перестанешь подниматься, ступеньки не прекратятся, они будут расти ввысь под твоими поднимающимися ногами.

   — Защитники · книга
8. «

   Наше спасение в смерти, но не в этой.

   Наше спасение в смерти, но не в этой.

   — Ангелы не летают · книга
9. «

   Невозможно оправдаться, когда тебе не хотят верить.

   Невозможно оправдаться, когда тебе не хотят верить.

   — Америка (Пропавший без вести) · книга
10. «

    Любовь всегда выдаёт себя невзначай.

    Любовь всегда выдаёт себя невзначай.

    — Замок · книга
11. «

    Сознание несчастья пробуждалось постепенно, само же несчастье уже существовало, нужен был проницательный, даже не пророческий взгляд, чтобы увидеть его.

    Сознание несчастья пробуждалось постепенно, само же несчастье уже существовало, нужен был проницательный, даже не пророческий взгляд, чтобы увидеть его.

    — Дневники · книга
12. «

    Ослепленный, ты оставляешь кубок ради девушки, но скоро ты, вразумленный, вернешься обратно.

    Ослепленный, ты оставляешь кубок ради девушки, но скоро ты, вразумленный, вернешься обратно.

    — Чех · книга
13. «

    Я думаю, что мы должны читать лишь те книги, что кусают и жалят нас. Если прочитанная нами книга не потрясает нас, как удар по черепу, зачем вообще читать ее? Скажешь, что это может сделать нас счастливыми? Бог мой, да мы были бы столько же счастливы, если бы вообще не имели книг; книги, которые делают нас счастливыми, могли бы мы с легкостью написать и сами. На самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. Книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. Я в это верю.

    Я думаю, что мы должны читать лишь те книги, что кусают и жалят нас. Если прочитанная нами книга не потрясает нас, как удар по черепу, зачем вообще читать ее? Скажешь, что это может сделать нас счастливыми? Бог мой, да мы были бы столько же счастливы, если бы вообще не имели книг; книги, которые делают нас счастливыми, могли бы мы с легкостью написать и сами. На самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. Книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. Я в это верю.
14. «

    Бывают случаи, когда приговор можно вдруг услыхать неожиданно, от кого угодно, когда угодно.

    Бывают случаи, когда приговор можно вдруг услыхать неожиданно, от кого угодно, когда угодно.

    — Процесс · книга
15. «

    При настоящем противнике в тебя вселяется безграничное мужество.

    При настоящем противнике в тебя вселяется безграничное мужество.
16. «

    Замечание Макса о Достоевском, о том, что в его произведениях слишком много душевнобольных. Совершенно неправильно. Это не душевнобольные.

    Замечание Макса о Достоевском, о том, что в его произведениях слишком много душевнобольных. Совершенно неправильно. Это не душевнобольные.

    — Дневники · книга
17. «

    Пусть я и опоздал, но ведь я уже тут.

    Пусть я и опоздал, но ведь я уже тут.

    — Процесс · книга
18. «

    Эта четкая отграниченность человеческого тела ужасна.

    Эта четкая отграниченность человеческого тела ужасна.

    — Дневники · книга
19. «

    Будь доволен, учись жить мгновением.

    Будь доволен, учись жить мгновением.

    — Дневники · книга
20. «

    Поэты пытаются заменить людям глаза, чтобы тем самым изменить действительность. Потому они, в сущности, враждебные государству элементы, — они ведь хотят перемен. Государство же и вместе с ним все его преданные слуги хотят незыблемости.

    Поэты пытаются заменить людям глаза, чтобы тем самым изменить действительность. Потому они, в сущности, враждебные государству элементы, — они ведь хотят перемен. Государство же и вместе с ним все его преданные слуги хотят незыблемости.