506 цитат-размышлений Франца Вертфоллена

Подборка из 506 цитат Франца Вертфоллена: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Для того, чтобы у тебя что-то получалось в жизни, тебе нужно учиться вникать в информацию, хотеть сосредоточить себя на получении 3d полной картины. А не так: “Ну я примерно понял”.

   Для того, чтобы у тебя что-то получалось в жизни, тебе нужно учиться вникать в информацию, хотеть сосредоточить себя на получении 3d полной картины. А не так: “Ну я примерно понял”.
2. «

   Что-то волнующее было в шепчущей черноте, требующее и древнее — обещающее, наверное, бога.

   Что-то волнующее было в шепчущей черноте, требующее и древнее — обещающее, наверное, бога.

   — Берлинские заметки для ветреной Штази · книга
3. «

   Когда ты знаешь, кто ты сейчас, тогда ты можешь лучше понимать, к чему ты идёшь.

   Когда ты знаешь, кто ты сейчас, тогда ты можешь лучше понимать, к чему ты идёшь.

   — Вакцина от идиократии · книга
4. «

   Если ты страдаешь от ненависти к себе, то только по одной причине. Потому что твой мозг уже устал тебе, идиоту, показывать, какие вещи ты в себе можешь улучшить, где тебе надо с собой работать. А ты каждый раз затыкаешь свой мозг, потому что ты слишком тщеславный и недостаточный, чтобы закатывать рукава, заставлять себя сосредотачиваться и включать сердце.

   Если ты страдаешь от ненависти к себе, то только по одной причине. Потому что твой мозг уже устал тебе, идиоту, показывать, какие вещи ты в себе можешь улучшить, где тебе надо с собой работать. А ты каждый раз затыкаешь свой мозг, потому что ты слишком тщеславный и недостаточный, чтобы закатывать рукава, заставлять себя сосредотачиваться и включать сердце.

   — Вакцина от идиократии · книга
5. «

   Даже если некто кажется вам туповатым, но безвредным (и особенно если это так) — спасайтесь, потому что перед вами черная дыра по пожиранию времени.

   Даже если некто кажется вам туповатым, но безвредным (и особенно если это так) — спасайтесь, потому что перед вами черная дыра по пожиранию времени.

   — Не книга. Азбука современного человека · книга
6. «

   Я очень люблю тех, кто может со мной искренне не согласиться. Я знаю, что это тяжело. Иногда невозможно. И, внимание, я не люблю, когда со мной спорят — это выдает идиотов. Я люблю тех, кто со мной не соглашается. «Спорить» и «не соглашаться» — бездна лежит между ними.

   Я очень люблю тех, кто может со мной искренне не согласиться. Я знаю, что это тяжело. Иногда невозможно. И, внимание, я не люблю, когда со мной спорят — это выдает идиотов. Я люблю тех, кто со мной не соглашается. «Спорить» и «не соглашаться» — бездна лежит между ними.

   — Не книга. Азбука современного человека · книга
7. «

   Все существующие страны в той или иной степени больны, потому что люди в этих странах в той или иной степени больны.

   Все существующие страны в той или иной степени больны, потому что люди в этих странах в той или иной степени больны.

   — Вакцина от идиократии · книга
8. «

   Эмоции не созданы для того, чтобы в них застревать. Они проживаются ярко и выходят из вашего тела бесследно. Нельзя вариться в эмоциях. Это изнашивает ваш мозг, и ваше тело начинает стареть.

   Эмоции не созданы для того, чтобы в них застревать. Они проживаются ярко и выходят из вашего тела бесследно. Нельзя вариться в эмоциях. Это изнашивает ваш мозг, и ваше тело начинает стареть.

   — Шот жизни · книга
9. «

   Наука здесь для того, чтобы объяснить вам мир. Искусство здесь для того, чтобы научить вас с миром взаимодействовать. Искусство учит вас включать сердце и проживать мир. Искусство говорит вам, каким нужно быть и как себя нужно чувствовать, чтобы добиться результата.

   Наука здесь для того, чтобы объяснить вам мир. Искусство здесь для того, чтобы научить вас с миром взаимодействовать. Искусство учит вас включать сердце и проживать мир. Искусство говорит вам, каким нужно быть и как себя нужно чувствовать, чтобы добиться результата.

   — Вакцина от идиократии · книга
10. «

    Конечно же, конечно, красота спутник божественности. И красота подавляет. По крайней мере, такая красота – красота как продолжение воли, когда тело, лицо – лишь слепок с внутреннего поражающего просто комка энергии. Действительно, теперь я готов поверить – древнегреческие божества светились. Вакх или Аполлон красотой, как силой и волей, исходили.

    Конечно же, конечно, красота спутник божественности. И красота подавляет. По крайней мере, такая красота – красота как продолжение воли, когда тело, лицо – лишь слепок с внутреннего поражающего просто комка энергии. Действительно, теперь я готов поверить – древнегреческие божества светились. Вакх или Аполлон красотой, как силой и волей, исходили.

    — Ян · книга
11. «

    За отсутствием вкуса, человеку нужен диктат моды. А за отсутствием мыслей, необходим диктат злободневности. И то, и другое снимает с неосознанного примата ответственность, да и необходимость выбора.

    За отсутствием вкуса, человеку нужен диктат моды. А за отсутствием мыслей, необходим диктат злободневности. И то, и другое снимает с неосознанного примата ответственность, да и необходимость выбора.

    — Не книга. Азбука современного человека · книга
12. «

    Доверие – важнейшая часть любой сделки. Люди всегда увлекаются формой, сейчас легионы стартаперов уверены, что все дело в юристах и том, как юрист сочинит договор, они искренне и глупо считают, что бумажка как-то защищает чьи-либо интересы. Посмотрите на все скандалы с американскими и европейскими банками за последние полгода. Любой договор, любая сделка, чтобы быть успешной, не на бумажках основываться должна – на доверии. Бумаги – это свидетели и свидетели легко, очень легко уничтожающиеся.

    Доверие – важнейшая часть любой сделки. Люди всегда увлекаются формой, сейчас легионы стартаперов уверены, что все дело в юристах и том, как юрист сочинит договор, они искренне и глупо считают, что бумажка как-то защищает чьи-либо интересы. Посмотрите на все скандалы с американскими и европейскими банками за последние полгода. Любой договор, любая сделка, чтобы быть успешной, не на бумажках основываться должна – на доверии. Бумаги – это свидетели и свидетели легко, очень легко уничтожающиеся.

    — Не книга. Азбука современного человека · книга
13. «

    Не боль ломает людей, а их жалость к себе и ложь себе.

    Не боль ломает людей, а их жалость к себе и ложь себе.

    — Вакцина от идиократии · книга
14. «

    Юность голодна до жизни. Ей хочется всего и сразу. Ей хочется, чтобы люди были сразу самыми лучшими версиями себя. Да, юность хочет улучшать мир, но при этом ей хочется, чтобы мир улучшался сразу, легко, без противодействий. Самое парадоксальное, что юность ищет себе противодействия, как герой, что ищет себе дракона, чтоб себе самому, по неопытности своей, доказать, что он – герой.

    Юность голодна до жизни. Ей хочется всего и сразу. Ей хочется, чтобы люди были сразу самыми лучшими версиями себя. Да, юность хочет улучшать мир, но при этом ей хочется, чтобы мир улучшался сразу, легко, без противодействий. Самое парадоксальное, что юность ищет себе противодействия, как герой, что ищет себе дракона, чтоб себе самому, по неопытности своей, доказать, что он – герой.

    — Заметки для Штази. Ливан · книга
15. «

    Что делать с творческим затором? – Перестать корчить из себя творца! Потому что писать, рисовать, сочинять музыку нужно, когда не можешь иначе. Бетховен ни у кого бы не стал спрашивать: «Извините, а стоит ли мне играть свои сонаты?» Нет! Он просто не мог этого не делать! И у него не было заторов. Какие заторы могут быть у Баха! Ты садишься за орган и музыка рождается. Точка. Почему? Потому что ты Бах. Если ты садишься у тебя ничего не рождается, то значит пошёл вон, встань из-за органа и перестань населять мир уродливыми звуками. Точка.

    Что делать с творческим затором? – Перестать корчить из себя творца! Потому что писать, рисовать, сочинять музыку нужно, когда не можешь иначе. Бетховен ни у кого бы не стал спрашивать: «Извините, а стоит ли мне играть свои сонаты?» Нет! Он просто не мог этого не делать! И у него не было заторов. Какие заторы могут быть у Баха! Ты садишься за орган и музыка рождается. Точка. Почему? Потому что ты Бах. Если ты садишься у тебя ничего не рождается, то значит пошёл вон, встань из-за органа и перестань населять мир уродливыми звуками. Точка.

    — Не книга. Азбука современного человека · книга
16. «

    Тот факт, что ты слишком труслив для того, чтобы делать большие подлости, не делает тебя праведником.

    Тот факт, что ты слишком труслив для того, чтобы делать большие подлости, не делает тебя праведником.

    — Вакцина от идиократии · книга
17. «

    Я только здесь понял, как я напрягался раньше, чтоб соответствовать статусу.

    Я только здесь понял, как я напрягался раньше, чтоб соответствовать статусу.

    — Внезапное руководство по работе с людьми. Бавария · книга
18. «

    — Я хочу, чтоб ты собралась и трезво, желательно по пунктам, перечислила, в чем твоя проблема. — Вертфоллен, я ваша жена, а не адъютант, вы уверены, что вы не путаете эти понятия? — Ну, видно, вы такая жена, что у меня секса с мозгом Хайнриха и то больше, чем с вами. — Если вы так же, извините, выносите ему мозг, пренесчастный Хайнрих. — Нора... Голова упорно не поднималась со спинки. — ...кончайте, пожалуйста, упражняться в грошовом остроумии. В чем ваша проблема?

    — Я хочу, чтоб ты собралась и трезво, желательно по пунктам, перечислила, в чем твоя проблема. — Вертфоллен, я ваша жена, а не адъютант, вы уверены, что вы не путаете эти понятия? — Ну, видно, вы такая жена, что у меня секса с мозгом Хайнриха и то больше, чем с вами. — Если вы так же, извините, выносите ему мозг, пренесчастный Хайнрих. — Нора... Голова упорно не поднималась со спинки. — ...кончайте, пожалуйста, упражняться в грошовом остроумии. В чем ваша проблема?

    — Сцены семейной жизни · книга
19. «

    В чуть фиолетовом свете, бледный, взъерошенный мой демон сидел на камне в безразмерном аляпистом свитере и грел ладошки о глиняную печь, из которой невыносимо как хорошо пахло хлебом и зажаривающимися орехами.

    В чуть фиолетовом свете, бледный, взъерошенный мой демон сидел на камне в безразмерном аляпистом свитере и грел ладошки о глиняную печь, из которой невыносимо как хорошо пахло хлебом и зажаривающимися орехами.

    — Викторианский роман о несчастной Эмилии · книга
20. «

    Люблю преданность сфинксов. По скандинавским легендам, по китайским, забавно, тоже – хульдры и лисы влюбляются только раз. И только в богов, но это такая любовь. No pressure in the world could break it, not even God himself. И они делают – не болтают, не чахнут, не страдают, но делают. И сфинксы бесстрашны, даже умирая от страха, они будут нырять за вами, умирая даже, они наслаждаются.

    Люблю преданность сфинксов. По скандинавским легендам, по китайским, забавно, тоже – хульдры и лисы влюбляются только раз. И только в богов, но это такая любовь. No pressure in the world could break it, not even God himself. И они делают – не болтают, не чахнут, не страдают, но делают. И сфинксы бесстрашны, даже умирая от страха, они будут нырять за вами, умирая даже, они наслаждаются.

    — Записки фотографа при рабовладельческом строе · книга