390 цитат Франсуазы Сагана — подборка на все случаи

Подборка из 390 цитат Франсуазы Сагана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Отсутствие юмора — умственный изъян.

   Отсутствие юмора — умственный изъян.

   — Одиночество и любовь · книга
2. «

   Счастье — это когда тебе не бывает совестно за то, что ты делаешь; когда не гордишься, но и не стыдишься; когда тебе комфортно жить. И веселиться, и общаться с теми, кого любишь. И ещё это море, солнце, трава...

   Счастье — это когда тебе не бывает совестно за то, что ты делаешь; когда не гордишься, но и не стыдишься; когда тебе комфортно жить. И веселиться, и общаться с теми, кого любишь. И ещё это море, солнце, трава...

   — Франсуаза Саган · книга
3. «

   Мужчина всегда нервничает, когда ждёт любимую женщину, разве нет?

   Мужчина всегда нервничает, когда ждёт любимую женщину, разве нет?

   — Серж · книга
4. «

   — Вам весело? — А вам? — Когда я слышу ваш смех. Тоже.

   — Вам весело? — А вам? — Когда я слышу ваш смех. Тоже.

   — Пол (Paul) · книга
5. «

   – Видите ли, я считаю, что обычно мы чересчур много знаем об окружающих, это утомляет. Знаем, с кем они живут, чем живут, с кем спят, что о себе думают… А по-моему, чем меньше знаешь, тем лучше, как вы полагаете?

   – Видите ли, я считаю, что обычно мы чересчур много знаем об окружающих, это утомляет. Знаем, с кем они живут, чем живут, с кем спят, что о себе думают… А по-моему, чем меньше знаешь, тем лучше, как вы полагаете?

   — Дороти Сеймур · книга
6. «

   Я хочу тебя, и если ты уйдёшь, ничто меня не утешит, даже удовольствие от горьких слёз.

   Я хочу тебя, и если ты уйдёшь, ничто меня не утешит, даже удовольствие от горьких слёз.

   — Волшебные облака · книга
7. «

   – Как мы спустимся к ним? Без всяких объяснений? – Это единственный способ. Никогда не нужно ничего объяснять.

   – Как мы спустимся к ним? Без всяких объяснений? – Это единственный способ. Никогда не нужно ничего объяснять.

   — Натали · книга
8. «

   Я люблю, чтобы мужчины вели себя по-мужски, чтобы они были сильными, оставаясь при этом детьми.

   Я люблю, чтобы мужчины вели себя по-мужски, чтобы они были сильными, оставаясь при этом детьми.
9. «

   Только когда Симон позвонил в тот вечер у ее дверей и она увидела его темный галстук, его напряженный взгляд, это ликование, прорывавшееся в каждом жесте, это смущение, похожее на то, какое охватывает человека, избалованного сверх меры жизнью и получившего вдруг еще наследство, ей захотелось разделить его счастье. Счастье, которое она ему дарит: «Вот я, мое тело, мое тепло, моя нежность, мне они ни к чему, но, доверив их твоим рукам, я, быть может, вновь сумею обрести в них усладу».

   Только когда Симон позвонил в тот вечер у ее дверей и она увидела его темный галстук, его напряженный взгляд, это ликование, прорывавшееся в каждом жесте, это смущение, похожее на то, какое охватывает человека, избалованного сверх меры жизнью и получившего вдруг еще наследство, ей захотелось разделить его счастье. Счастье, которое она ему дарит: «Вот я, мое тело, мое тепло, моя нежность, мне они ни к чему, но, доверив их твоим рукам, я, быть может, вновь сумею обрести в них усладу».

   — Поль · книга
10. «

    В конечном счёте он не был ни ходоком, ни любителем выпить, просто его восхищало соединение вина и женщин.

    В конечном счёте он не был ни ходоком, ни любителем выпить, просто его восхищало соединение вина и женщин.

    — Синяки на душе · книга
11. «

    Мудрость состоит в том, чтобы сосредоточить своё внимание на плотских удовольствиях — есть, переваривать пищу, заниматься любовью, валяться на солнышке. Ничего лучшего да и просто сравнимого с этим на земле не существует, — ничего, кроме отпущенного нам срока бытия, ничего, кроме возможности дышать, ощущать себя живым и осознавать это.

    Мудрость состоит в том, чтобы сосредоточить своё внимание на плотских удовольствиях — есть, переваривать пищу, заниматься любовью, валяться на солнышке. Ничего лучшего да и просто сравнимого с этим на земле не существует, — ничего, кроме отпущенного нам срока бытия, ничего, кроме возможности дышать, ощущать себя живым и осознавать это.

    — Синяки на душе · книга
12. «

    Единственная правда — это я сама...только я одна.

    Единственная правда — это я сама...только я одна.

    — Синяки на душе · книга
13. «

    Мне так нравилась вся эта ничтожная, ничего не стоящая игра в наше убогое, гнусное и жестокое время...

    Мне так нравилась вся эта ничтожная, ничего не стоящая игра в наше убогое, гнусное и жестокое время...

    — Синяки на душе · книга
14. «

    Впервые в жизни она наслаждалась этой страшной радостью — любить того, кого ты неотвратимо заставишь пройти через муки.

    Впервые в жизни она наслаждалась этой страшной радостью — любить того, кого ты неотвратимо заставишь пройти через муки.

    — Поль · книга
15. «

    Вы редко думаете о будущем — правда ведь? Это привилегия молодости.

    Вы редко думаете о будущем — правда ведь? Это привилегия молодости.

    — Здравствуй, грусть · книга
16. «

    Это незнакомое чувство, преследующие меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя — грусть. Это такое всепоглощающее, такое эгоистическое чувство, что я почти стыжусь его, а грусть всегда внушала мне уважение. А теперь что-то раздражающее и мягкое, как шелк обволакивает меня и отчуждает от других.

    Это незнакомое чувство, преследующие меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя — грусть. Это такое всепоглощающее, такое эгоистическое чувство, что я почти стыжусь его, а грусть всегда внушала мне уважение. А теперь что-то раздражающее и мягкое, как шелк обволакивает меня и отчуждает от других.

    — Сесиль · книга
17. «

    Такой у меня дар: все мужчины рано или поздно начинают выкладывать мне свои проблемы – сыщики, почтальоны, писатели. Даже фининспектор делится семейными неурядицами.

    Такой у меня дар: все мужчины рано или поздно начинают выкладывать мне свои проблемы – сыщики, почтальоны, писатели. Даже фининспектор делится семейными неурядицами.

    — Дороти Сеймур · книга
18. «

    ...почему всегда, какой момент ни возьми, рука наша тянется не поддержать ближнего, а схватить тюбик с таблетками, флакон, бутылку?

    ...почему всегда, какой момент ни возьми, рука наша тянется не поддержать ближнего, а схватить тюбик с таблетками, флакон, бутылку?

    — Синяки на душе · книга
19. «

    ...чаще всего любовь — это война. Битва, в которой каждый хочет завладеть другим. Это ревность, собственничество, обладание, даже, на первый взгляд, в самых великодушных её проявлениях. И, как во всякой битве, в ней бывают жертвы. Всегда кто-то один любит больше, кто-то один страдает, а другой страдает, заставляя страдать.

    ...чаще всего любовь — это война. Битва, в которой каждый хочет завладеть другим. Это ревность, собственничество, обладание, даже, на первый взгляд, в самых великодушных её проявлениях. И, как во всякой битве, в ней бывают жертвы. Всегда кто-то один любит больше, кто-то один страдает, а другой страдает, заставляя страдать.

    — Франсуаза Саган · книга
20. «

    Жиль держал Натали за руку, он ни о чём не думал и лишь смутно ощущал, что это полное отсутствие мыслей и есть подлинное счастье.

    Жиль держал Натали за руку, он ни о чём не думал и лишь смутно ощущал, что это полное отсутствие мыслей и есть подлинное счастье.

    — Немного солнца в холодной воде · книга