Фредрик Бакман — 245 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 245 цитат Фредрика Бакмана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Пришел Новый год – на него всегда возлагают неоправданно большие надежды, которые окупаются разве что у продавцов календарей. В действительности один день сменяет другой, только и всего.

   Пришел Новый год – на него всегда возлагают неоправданно большие надежды, которые окупаются разве что у продавцов календарей. В действительности один день сменяет другой, только и всего.

   — Тревожные люди · книга
2. «

   Нужны годы, чтобы узнать человека. Целая жизнь. Именно это делает дом домом.

   Нужны годы, чтобы узнать человека. Целая жизнь. Именно это делает дом домом.

   — Здесь была Бритт-Мари · книга
3. «

   В конце концов мы привыкаем к постоянным провалам, и всякий раз, когда все-таки отвечаем детским ожиданиям, мы оказываемся потрясены.

   В конце концов мы привыкаем к постоянным провалам, и всякий раз, когда все-таки отвечаем детским ожиданиям, мы оказываемся потрясены.

   — Тревожные люди · книга
4. «

   Оба молчали. Просто привыкли к присутствию друг друга. Как люди, уже забывшие, как ощущать физическое присутствие другого человека. Ощущать, не прикасаясь физически.

   Оба молчали. Просто привыкли к присутствию друг друга. Как люди, уже забывшие, как ощущать физическое присутствие другого человека. Ощущать, не прикасаясь физически.

   — Здесь была Бритт-Мари · книга
5. «

   «Никогда не затевай ссору с тем, у кого больше свободного времени, чем у тебя».

   «Никогда не затевай ссору с тем, у кого больше свободного времени, чем у тебя».

   — Бабушка · книга
6. «

   Он шел по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она — танцуя.

   Он шел по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она — танцуя.

   — Вторая жизнь Уве · книга
7. «

   Любовь к футболу — как и всякая другая любовь: непонятно, как можно без нее прожить.

   Любовь к футболу — как и всякая другая любовь: непонятно, как можно без нее прожить.

   — Свен · книга
8. «

   Они скрываются за углом, исчезают как тени, боящиеся полуденного солнца. Как положено злодеям в конце всякой сказки.

   Они скрываются за углом, исчезают как тени, боящиеся полуденного солнца. Как положено злодеям в конце всякой сказки.

   — Вторая жизнь Уве · книга
9. «

   Дети мечтают вырасти, стать взрослыми и самим все решать, а когда вырастают, то понимают, что это и есть худшее во взрослой жизни.

   Дети мечтают вырасти, стать взрослыми и самим все решать, а когда вырастают, то понимают, что это и есть худшее во взрослой жизни.

   — Тревожные люди · книга
10. «

    Да, бывает трудно признать, что ошибался. Особенно когда ошибался так долго.

    Да, бывает трудно признать, что ошибался. Особенно когда ошибался так долго.

    — Вторая жизнь Уве · книга
11. «

    Выборы выигрывают не те, у кого мало врагов, а у кого много друзей.

    Выборы выигрывают не те, у кого мало врагов, а у кого много друзей.

    — Мы против вас · книга
12. «

    Личность ухмыльнулась. - Знаю, Бритт. Знаю. У тебя нет предубеждений. Ты понимаешь, что я человек, который случайно оказался в инвалидном кресле. А не инвалидное кресло, в котором случайно оказался человек.

    Личность ухмыльнулась. - Знаю, Бритт. Знаю. У тебя нет предубеждений. Ты понимаешь, что я человек, который случайно оказался в инвалидном кресле. А не инвалидное кресло, в котором случайно оказался человек.

    — Здесь была Бритт-Мари · книга
13. «

    Она считает, я настолько позитивная, что ввожу всех в депрессию. У меня стакан всегда наполовину полон, и этого вполне достаточно, чтобы там утонуть...

    Она считает, я настолько позитивная, что ввожу всех в депрессию. У меня стакан всегда наполовину полон, и этого вполне достаточно, чтобы там утонуть...

    — Ру · книга
14. «

    В конце концов Джек перестал бегать за сестрой, в этом была разница между отцом и братом. Когда дочь стала подростком, Джиму казалось, что дети как воздушные змеи — надо только не выпускать из рук бечевку, но все-таки ветер ее унес. Она вырвалась и взлетела к небесам. Никогда точно не скажешь, когда у человека появилась зависимость, люди врут, говоря, что все под контролем. Наркотики — это сумерки, когда нам кажется, будто мы сами решаем, когда выключить лампу, но это не так: тьма поглощает нас, когда ей вздумается.

    В конце концов Джек перестал бегать за сестрой, в этом была разница между отцом и братом. Когда дочь стала подростком, Джиму казалось, что дети как воздушные змеи — надо только не выпускать из рук бечевку, но все-таки ветер ее унес. Она вырвалась и взлетела к небесам. Никогда точно не скажешь, когда у человека появилась зависимость, люди врут, говоря, что все под контролем. Наркотики — это сумерки, когда нам кажется, будто мы сами решаем, когда выключить лампу, но это не так: тьма поглощает нас, когда ей вздумается.

    — Тревожные люди · книга
15. «

    И за­пом­ни: воля все­гда по­беж­да­ет уда­чу.

    И за­пом­ни: воля все­гда по­беж­да­ет уда­чу.

    — Суне · книга
16. «

    И про ребеночка, которому не суждено появиться на свет. И она завыла. Первобытным, безутешным воем – он стенал и метался в обеих душах, раздирая их в клочья, час за часом, и не было числа этим часам. Время и горе сплавились в одну беспросветную тьму без края. Уве уже тогда знал, что сам никогда не простит себе, что не остался сидеть на месте, не уберег их. Знал, что эта боль будет жечь его вечно.

    И про ребеночка, которому не суждено появиться на свет. И она завыла. Первобытным, безутешным воем – он стенал и метался в обеих душах, раздирая их в клочья, час за часом, и не было числа этим часам. Время и горе сплавились в одну беспросветную тьму без края. Уве уже тогда знал, что сам никогда не простит себе, что не остался сидеть на месте, не уберег их. Знал, что эта боль будет жечь его вечно.

    — Вторая жизнь Уве · книга
17. «

    Конечно, сердце разбивается, когда уходишь из больницы, которая пахнет пиццей и духами. Но разбивается оно по трещинам, которые на нём уже есть.

    Конечно, сердце разбивается, когда уходишь из больницы, которая пахнет пиццей и духами. Но разбивается оно по трещинам, которые на нём уже есть.

    — Здесь была Бритт-Мари · книга
18. «

    Хотите знать правду? Правду обо всем, что случилось? Правда в том, что это история обо всем на свете, но главным образом об идиотах. Мы делаем все, что можем. Пытаемся научиться быть взрослыми, любить друг друга и вставлять флешку в разъем правильной стороной. Ищем, за что зацепиться, за что бороться, на что надеяться. Изо всех сил стараемся научить детей плавать. Это нас объединяет, и все равно мы остаемся чужими, мы никогда не знаем, как отзовутся в других наши поступки, как твоя жизнь отзовется в моей.

    Хотите знать правду? Правду обо всем, что случилось? Правда в том, что это история обо всем на свете, но главным образом об идиотах. Мы делаем все, что можем. Пытаемся научиться быть взрослыми, любить друг друга и вставлять флешку в разъем правильной стороной. Ищем, за что зацепиться, за что бороться, на что надеяться. Изо всех сил стараемся научить детей плавать. Это нас объединяет, и все равно мы остаемся чужими, мы никогда не знаем, как отзовутся в других наши поступки, как твоя жизнь отзовется в моей.

    — Тревожные люди · книга
19. «

    Бывают друзья, которым не надо особо разговаривать.

    Бывают друзья, которым не надо особо разговаривать.

    — Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения · книга
20. «

    Дети сами не знают, что им нужно, — это же очевидно.

    Дети сами не знают, что им нужно, — это же очевидно.

    — Бритт-Мари · книга