Фрэнсис Скотт Фицджеральд — 252 цитаты с глубоким смыслом

Ниже 252 цитаты Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все равно, давай будем любить друг друга, на год нас хватит. Тоже дурман и одержимость, и тоже всякий может попробовать. Все на свете алмазы, одни алмазы, и в них нам позволено разочароваться. Что ж, начну разочаровываться — вряд ли и в этом есть толк.

   Все равно, давай будем любить друг друга, на год нас хватит. Тоже дурман и одержимость, и тоже всякий может попробовать. Все на свете алмазы, одни алмазы, и в них нам позволено разочароваться. Что ж, начну разочаровываться — вряд ли и в этом есть толк.

   — Джон Ангер · книга
2. «

   Выходило, что жестоким быть нужно; самые симпатичные люди жестоки по отношению к самим себе.

   Выходило, что жестоким быть нужно; самые симпатичные люди жестоки по отношению к самим себе.

   — Ночь нежна · книга
3. «

   Актрисе естественная реакция противопоказана.

   Актрисе естественная реакция противопоказана.

   — Николь Дайвер · книга
4. «

   ...зеленый огонек теперь навсегда утратил для него свое колосальное значение. Раньше, когда Дэзи была так невероятно далеко, ему чудилось, что этот огонек горит где-то совсем рядом с ней, чуть ли не касается ее. Он смотрел на него, как на звездочку, мерцающую в соседстве с луной. Теперь это был просто зеленый фонарь на причале..

   ...зеленый огонек теперь навсегда утратил для него свое колосальное значение. Раньше, когда Дэзи была так невероятно далеко, ему чудилось, что этот огонек горит где-то совсем рядом с ней, чуть ли не касается ее. Он смотрел на него, как на звездочку, мерцающую в соседстве с луной. Теперь это был просто зеленый фонарь на причале..

   — Великий Гэтсби · книга
5. «

   Слишком ты поглощен самим собой... Ступай, займись настоящим делом. Перестань терзаться...

   Слишком ты поглощен самим собой... Ступай, займись настоящим делом. Перестань терзаться...

   — По эту сторону рая · книга
6. «

   Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости.

   Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости.

   — Дик Дайвер · книга
7. «

   Сложна не жизнь, а задача направлять и контролировать ее.

   Сложна не жизнь, а задача направлять и контролировать ее.

   — По эту сторону рая · книга
8. «

   ... Где-то между тринадцатью — границей детства, и семнадцатью, когда удаётся сойти за взрослого, есть промежуток, в котором юность ежечасно пульсирует между одним миром и другим, бесконечно подталкиваемая вперёд, к неизведанному, и тщетно рвущаяся назад, к тому времени, когда всё достаётся бесплатно. Хорошо, что наши сверстники не больше нашего помнят о том, как мы вели себя в ту пору.

   ... Где-то между тринадцатью — границей детства, и семнадцатью, когда удаётся сойти за взрослого, есть промежуток, в котором юность ежечасно пульсирует между одним миром и другим, бесконечно подталкиваемая вперёд, к неизведанному, и тщетно рвущаяся назад, к тому времени, когда всё достаётся бесплатно. Хорошо, что наши сверстники не больше нашего помнят о том, как мы вели себя в ту пору.

   — Успешное покорение мира · книга
9. «

   Писать хорошую книгу — то же самое, что нырнуть под воду и задержать дыхание.

   Писать хорошую книгу — то же самое, что нырнуть под воду и задержать дыхание.
10. «

    Я всегда считал, что лучше быть провинциальной острой подливкой, чем жидким столичным супчиком.

    Я всегда считал, что лучше быть провинциальной острой подливкой, чем жидким столичным супчиком.

    — Эймори · книга
11. «

    ...наступило воскресенье — впереди двадцать четыре упоительных праздных часа, каждая минута манит тайным обещанием, в каждом мгновении таятся бессчетные возможности. И нет ничего недостижимого, всё только начинается.

    ...наступило воскресенье — впереди двадцать четыре упоительных праздных часа, каждая минута манит тайным обещанием, в каждом мгновении таятся бессчетные возможности. И нет ничего недостижимого, всё только начинается.

    — Сумасшедшее воскресенье · книга
12. «

    Но ведь именно этого уже не будет... уже никогда. Куда бы мы ни приехали, что бы ни изменили, каждый раз что-то теряется, что-то остается позади. Ничего нельзя повторить...

    Но ведь именно этого уже не будет... уже никогда. Куда бы мы ни приехали, что бы ни изменили, каждый раз что-то теряется, что-то остается позади. Ничего нельзя повторить...

    — Прекрасные и проклятые · книга
13. «

    Хозяин пожал мне руку и ушел от меня. Все было в том саду честь честью: плавательный бассейн, зеленый мох ценой два доллара за дюйм, красивые люди из семейства кошачьих. Они развлекались и пили… А меня не замечали. Ни одна душа. Я заговаривал с пятью или шестью — не отвечают. Так продолжалось час и два, а потом я вскочил со стула и припустил оттуда сумасшедшей рысью. Вернулся в гостиницу, получил из рук портье адресованное мне письмо — и тогда лишь почувствовал, что я снова человек, а не пустота.

    Хозяин пожал мне руку и ушел от меня. Все было в том саду честь честью: плавательный бассейн, зеленый мох ценой два доллара за дюйм, красивые люди из семейства кошачьих. Они развлекались и пили… А меня не замечали. Ни одна душа. Я заговаривал с пятью или шестью — не отвечают. Так продолжалось час и два, а потом я вскочил со стула и припустил оттуда сумасшедшей рысью. Вернулся в гостиницу, получил из рук портье адресованное мне письмо — и тогда лишь почувствовал, что я снова человек, а не пустота.

    — Уайли Уайт · книга
14. «

    Одни люди умеют пить, другие нет.

    Одни люди умеют пить, другие нет.

    — Томми Барбан · книга
15. «

    И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости. Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски. — Может, кто-нибудь все-таки выпьет? Джордан?… Ник? Я молчал. Он окликнул еще раз: — Ник? — Что? — Может, выпьешь? — Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.

    И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости. Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски. — Может, кто-нибудь все-таки выпьет? Джордан?… Ник? Я молчал. Он окликнул еще раз: — Ник? — Что? — Может, выпьешь? — Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.

    — Том Бьюкенен · книга
16. «

    Если у вас есть тайна, можете сообщить о ней по радио, напечатать в бульварной газетенке, только не доверяйте её человеку, который пьёт больше трёх-четырёх порций в день.

    Если у вас есть тайна, можете сообщить о ней по радио, напечатать в бульварной газетенке, только не доверяйте её человеку, который пьёт больше трёх-четырёх порций в день.

    — Дик Дайвер · книга
17. «

    Все мы должны стараться быть разумными…

    Все мы должны стараться быть разумными…

    — Ричард Дайвер · книга
18. «

    Вполне возможно, что это [религия] не более чем пустой ритуал, но, видимо, это единственная неизменно действенная защита от падения нравственности. Пока у широких масс не удастся воспитать нравственные критерии, кто-то должен кричать им «Нельзя!».

    Вполне возможно, что это [религия] не более чем пустой ритуал, но, видимо, это единственная неизменно действенная защита от падения нравственности. Пока у широких масс не удастся воспитать нравственные критерии, кто-то должен кричать им «Нельзя!».

    — По эту сторону рая · книга
19. «

    ...интересно провести время во Франции можно, только если заведешь знакомства среди настоящих французов.

    ...интересно провести время во Франции можно, только если заведешь знакомства среди настоящих французов.

    — Вайолет Маккиско · книга
20. «

    Все ее романы отличались поразительным единообразием, и по мере того, как она увядала, приобретали значение больше умозрительное, чем реальное. Ее чувства существовали главным образом как повод для разговоров о них.

    Все ее романы отличались поразительным единообразием, и по мере того, как она увядала, приобретали значение больше умозрительное, чем реальное. Ее чувства существовали главным образом как повод для разговоров о них.

    — Ночь нежна · книга