360 цитат Фридриха Вильгельма Ницше: от иронии до философии

Ниже 360 цитат Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И если у тебя не будет больше ни одной лестницы, ты должен будешь научиться взбираться на свою собственную голову: как же иначе хотел бы ты подняться выше? На свою собственную голову и выше через свое собственное сердце! Теперь все самое нежное в тебе должно стать самым суровым. Кто всегда очень берег себя, под конец хворает от чрезмерной осторожности. Хвала всему, что закаляет! Я не хвалю землю, где течет — масло и мед!

   И если у тебя не будет больше ни одной лестницы, ты должен будешь научиться взбираться на свою собственную голову: как же иначе хотел бы ты подняться выше? На свою собственную голову и выше через свое собственное сердце! Теперь все самое нежное в тебе должно стать самым суровым. Кто всегда очень берег себя, под конец хворает от чрезмерной осторожности. Хвала всему, что закаляет! Я не хвалю землю, где течет — масло и мед!

   — Заратустра · книга
2. «

   Если женщина обладает развитым интеллектом, то у неё не всё в порядке с сексуальностью.

   Если женщина обладает развитым интеллектом, то у неё не всё в порядке с сексуальностью.
3. «

   «Скверно! Скверно! Как? разве не идет он — назад?» — Да! Но вы плохо понимаете его, если жалуетесь на это. Он отходит назад, как всякий, кто готовится сделать большой прыжок.

   «Скверно! Скверно! Как? разве не идет он — назад?» — Да! Но вы плохо понимаете его, если жалуетесь на это. Он отходит назад, как всякий, кто готовится сделать большой прыжок.

   — По ту сторону добра и зла · книга
4. «

   Кого окружает пламя ревности, тот обращает наконец, подобно скорпиону, отравленное жало на самого себя.

   Кого окружает пламя ревности, тот обращает наконец, подобно скорпиону, отравленное жало на самого себя.

   — Заратустра · книга
5. «

   Беззаботными, насмешливыми, сильными — такими хочет видеть нас мудрость: она — женщина и любит всегда только воина.

   Беззаботными, насмешливыми, сильными — такими хочет видеть нас мудрость: она — женщина и любит всегда только воина.

   — Заратустра · книга
6. «

   То, что меня не убивает, делает меня сильнее.

   То, что меня не убивает, делает меня сильнее.
7. «

   Кто должен быть творцом в добре и зле, — поистине, тот должен быть сперва разрушителем, разбивающим ценности.

   Кто должен быть творцом в добре и зле, — поистине, тот должен быть сперва разрушителем, разбивающим ценности.

   — Заратустра · книга
8. «

   Вот новая тишина, которой я научился: их шум вокруг меня накидывает покрывало на мои мысли.

   Вот новая тишина, которой я научился: их шум вокруг меня накидывает покрывало на мои мысли.

   — Заратустра · книга
9. «

   После личного раздора и ссоры между женщиной и мужчиной одна сторона страдает больше всего от мысли, что она причинила боль другой; тогда как другая больше всего страдает от мысли, что она причинила противоположной стороне недостаточно боли, и потому старается еще позднее отяготить ей сердце слезами, рыданиями и расстроенным выражением лица.

   После личного раздора и ссоры между женщиной и мужчиной одна сторона страдает больше всего от мысли, что она причинила боль другой; тогда как другая больше всего страдает от мысли, что она причинила противоположной стороне недостаточно боли, и потому старается еще позднее отяготить ей сердце слезами, рыданиями и расстроенным выражением лица.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
10. «

    Перестают знать людей, когда живут среди них.

    Перестают знать людей, когда живут среди них.

    — Заратустра · книга
11. «

    Чем выше мы поднимаемся, тем меньше и ничтожнее кажемся тем, кто не может взлететь.

    Чем выше мы поднимаемся, тем меньше и ничтожнее кажемся тем, кто не может взлететь.
12. «

    Когда хотите подняться вверх, полагайтесь на собственные ноги.

    Когда хотите подняться вверх, полагайтесь на собственные ноги.
13. «

    Хваля, хвалишь всегда самого себя; порицая, порицаешь всегда другого.

    Хваля, хвалишь всегда самого себя; порицая, порицаешь всегда другого.
14. «

    На какую философскую позицию ни становись, в наши дни с любого места видно: мир, в котором мы живем, ошибочен, и это самое прочное и надежное, что еще способен схватывать наш взгляд, мы находим основание за основанием в подтверждение этого.

    На какую философскую позицию ни становись, в наши дни с любого места видно: мир, в котором мы живем, ошибочен, и это самое прочное и надежное, что еще способен схватывать наш взгляд, мы находим основание за основанием в подтверждение этого.
15. «

    Привычка к иронии, как и к сарказму, портит характер, она придаёт ему постепенно черту злорадного превосходства: под конец начинаешь походить на злую собаку, которая, кусаясь, к тому же научилась и смеяться.

    Привычка к иронии, как и к сарказму, портит характер, она придаёт ему постепенно черту злорадного превосходства: под конец начинаешь походить на злую собаку, которая, кусаясь, к тому же научилась и смеяться.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
16. «

    Нет ни дьявола, ни ада. Душа умирает раньше тела: бояться теперь нечего более!

    Нет ни дьявола, ни ада. Душа умирает раньше тела: бояться теперь нечего более!
17. «

    Понятие «по ту сторону», «истинный мир» выдуманы, чтобы обесценить единственный мир, который существует, чтобы не оставить никакой цели, никакого разума, никакой задачи для нашей земной реальности? Понятия «душа», «дух», в конце концов даже «бессмертная душа» выдуманы, чтобы презирать тело, чтобы сделать его больным — «святым», чтобы всему, что в жизни заслуживает серьёзного отношения, противопоставить ужасное легкомыслие!

    Понятие «по ту сторону», «истинный мир» выдуманы, чтобы обесценить единственный мир, который существует, чтобы не оставить никакой цели, никакого разума, никакой задачи для нашей земной реальности? Понятия «душа», «дух», в конце концов даже «бессмертная душа» выдуманы, чтобы презирать тело, чтобы сделать его больным — «святым», чтобы всему, что в жизни заслуживает серьёзного отношения, противопоставить ужасное легкомыслие!

    — Ecce Homo, как становятся самим собой · книга
18. «

    Страданием и бессилием созданы все потусторонние миры, и тем коротким безумием счастья, которое испытывает только страдающий больше всех. Усталость, желающая одним скачком, скачком смерти, достигнуть конца, бедная усталость неведения, не желающая больше хотеть: ею созданы все боги и потусторонние миры.

    Страданием и бессилием созданы все потусторонние миры, и тем коротким безумием счастья, которое испытывает только страдающий больше всех. Усталость, желающая одним скачком, скачком смерти, достигнуть конца, бедная усталость неведения, не желающая больше хотеть: ею созданы все боги и потусторонние миры.

    — Заратустра · книга
19. «

    Величайшие события — это не наши самые шумные, а наши самые тихие часы.

    Величайшие события — это не наши самые шумные, а наши самые тихие часы.

    — Так говорил Заратустра · книга
20. «

    В конце концов мы любим наше собственное вожделение, а не предмет его.

    В конце концов мы любим наше собственное вожделение, а не предмет его.

    — По ту сторону добра и зла · книга