484 коротких цитаты Фридриха Вильгельма Ницше

Ниже 484 цитаты Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человеческая история была бы слишком глупой штукой без духа, который внесли в нее бессильные.

   Человеческая история была бы слишком глупой штукой без духа, который внесли в нее бессильные.

   — Генеалогия морали · книга
2. «

   Тот, кто не осмеливается больше полагаться на самого себя, но невольно для определения своего чувства обращается к истории за советом: «как мне в этом случае ощущать?», тот из трусости постепенно превращается в актера и играет какую-нибудь роль, большей частью даже несколько ролей, и потому играет каждую из них так плохо и так плоско.

   Тот, кто не осмеливается больше полагаться на самого себя, но невольно для определения своего чувства обращается к истории за советом: «как мне в этом случае ощущать?», тот из трусости постепенно превращается в актера и играет какую-нибудь роль, большей частью даже несколько ролей, и потому играет каждую из них так плохо и так плоско.

   — Несвоевременные размышления · книга
3. «

   Знаете ли вы испуг засыпающего? — До пальцев своих ног пугается он, ибо почва уходит из-под ног его и начинается сон...

   Знаете ли вы испуг засыпающего? — До пальцев своих ног пугается он, ибо почва уходит из-под ног его и начинается сон...

   — Так говорил Заратустра · книга
4. «

   Мужество — лучшее смертоносное оружие: мужество убивает даже сострадание. Сострадание же есть наиболее глубокая пропасть: ибо, насколько глубоко человек заглядывает в жизнь, настолько глубоко заглядывает он и в страдание.

   Мужество — лучшее смертоносное оружие: мужество убивает даже сострадание. Сострадание же есть наиболее глубокая пропасть: ибо, насколько глубоко человек заглядывает в жизнь, настолько глубоко заглядывает он и в страдание.

   — Заратустра · книга
5. «

   Мало ценности во всем том, что имеет свою цену.

   Мало ценности во всем том, что имеет свою цену.

   — Так говорил Заратустра · книга
6. «

   Талант иного человека кажется меньшим, чем он есть, потому, что он ставит себе всегда слишком большие задачи.

   Талант иного человека кажется меньшим, чем он есть, потому, что он ставит себе всегда слишком большие задачи.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
7. «

   Вы смотрите вверх, когда вы стремитесь подняться. А я смотрю вниз, ибо я поднялся.

   Вы смотрите вверх, когда вы стремитесь подняться. А я смотрю вниз, ибо я поднялся.

   — Так говорил Заратустра · книга
8. «

   Существует ложь, вошедшая в нашу кровь и плоть... Её называют чистой совестью.

   Существует ложь, вошедшая в нашу кровь и плоть... Её называют чистой совестью.
9. «

   Каждый человек подобен путешественнику, изучающему страну и народ из окна железнодорожного вагона.

   Каждый человек подобен путешественнику, изучающему страну и народ из окна железнодорожного вагона.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
10. «

    На какую философскую позицию ни становись, в наши дни с любого места видно: мир, в котором мы живем, ошибочен, и это самое прочное и надежное, что еще способен схватывать наш взгляд, мы находим основание за основанием в подтверждение этого.

    На какую философскую позицию ни становись, в наши дни с любого места видно: мир, в котором мы живем, ошибочен, и это самое прочное и надежное, что еще способен схватывать наш взгляд, мы находим основание за основанием в подтверждение этого.
11. «

    Странно! Стоит лишь мне умолчать о какой-то мысли и держаться от нее подальше, как эта самая мысль непременно является мне воплощенной в облике человека, и мне приходится теперь любезничать с этим «ангелом Божьим»!

    Странно! Стоит лишь мне умолчать о какой-то мысли и держаться от нее подальше, как эта самая мысль непременно является мне воплощенной в облике человека, и мне приходится теперь любезничать с этим «ангелом Божьим»!
12. «

    Мораль — это важничанье человека перед природой.

    Мораль — это важничанье человека перед природой.
13. «

    Какова же была та огромная потребность, из которой возникло столь блистательное собрание олимпийских существ? Тот, кто подходит к этим олимпийцам с другой религией в сердце и думает найти у них нравственную высоту, даже святость, бестелесное одухотворение, исполненные милосердия взоры, тот неизбежно и скоро с недовольством и разочарованием отвернётся от них. Здесь ничто не напоминает об аскезе, духовности и долге; здесь всё говорит нам лишь о роскошном, даже торжествующем существовании, в котором всё наличное обожествляется, безотносительно к тому добро оно или зло. И зритель, глубоко поражённый, остановится перед этим фантастическим преизбытком жизни и спросит себя: с каким же волшебным напитком в теле прожили, наслаждаясь жизнью, эти заносчивые люди, что им, куда они ни глянут, отовсюду улыбается облик Елены, как в сладкой чувственности парящий идеальный образ их собственного существования.

    Какова же была та огромная потребность, из которой возникло столь блистательное собрание олимпийских существ? Тот, кто подходит к этим олимпийцам с другой религией в сердце и думает найти у них нравственную высоту, даже святость, бестелесное одухотворение, исполненные милосердия взоры, тот неизбежно и скоро с недовольством и разочарованием отвернётся от них. Здесь ничто не напоминает об аскезе, духовности и долге; здесь всё говорит нам лишь о роскошном, даже торжествующем существовании, в котором всё наличное обожествляется, безотносительно к тому добро оно или зло. И зритель, глубоко поражённый, остановится перед этим фантастическим преизбытком жизни и спросит себя: с каким же волшебным напитком в теле прожили, наслаждаясь жизнью, эти заносчивые люди, что им, куда они ни глянут, отовсюду улыбается облик Елены, как в сладкой чувственности парящий идеальный образ их собственного существования.

    — Рождение трагедии из духа музыки · книга
14. «

    Всегда теряешь от слишком интимного общения с женщинами и друзьями; и иногда при этом теряешь жемчужину своей жизни.

    Всегда теряешь от слишком интимного общения с женщинами и друзьями; и иногда при этом теряешь жемчужину своей жизни.
15. «

    Нельзя прощать тем, кто не умеет прощать.

    Нельзя прощать тем, кто не умеет прощать.
16. «

    Где нет места для любви или ненависти, там нету и крупной роли для женщины.

    Где нет места для любви или ненависти, там нету и крупной роли для женщины.

    — По ту сторону добра и зла · книга
17. «

    Кто ликует даже на костре, тот торжествует не над болью, а над тем, что не чувствует боли там, где ожидал её.

    Кто ликует даже на костре, тот торжествует не над болью, а над тем, что не чувствует боли там, где ожидал её.

    — По ту сторону добра и зла · книга
18. «

    Религии богаты всякими уловками против требования самоубийства; этим они вкрадываются в доверие тех, кто влюблен в жизнь.

    Религии богаты всякими уловками против требования самоубийства; этим они вкрадываются в доверие тех, кто влюблен в жизнь.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
19. «

    «Царство небесное» — это состояние сердца, а отнюдь не то, что находится «над землею» и грядет «после смерти».

    «Царство небесное» — это состояние сердца, а отнюдь не то, что находится «над землею» и грядет «после смерти».
20. «

    Существуют женщины, которые, куда ни посмотришь в них, не имеют нутра, а суть чистые маски. Достоин сожаления человек, который связывается с таким почти призрачным, неизбежно не удовлетворяющим существом; но именно они могут сильнее всего возбудить желания мужчины: он ищет их души — и ищет без конца.

    Существуют женщины, которые, куда ни посмотришь в них, не имеют нутра, а суть чистые маски. Достоин сожаления человек, который связывается с таким почти призрачным, неизбежно не удовлетворяющим существом; но именно они могут сильнее всего возбудить желания мужчины: он ищет их души — и ищет без конца.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга