518 цитат Фридриха Вильгельма Ницше, которые стоит перечитать

Ниже 518 цитат Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда сто человек стоят друг возле друга, каждый теряет свой рассудок и получает какой-то другой.

   Когда сто человек стоят друг возле друга, каждый теряет свой рассудок и получает какой-то другой.
2. «

   Что собственно возмущает в страдании, так это не само страдание, а его бессмысленность.

   Что собственно возмущает в страдании, так это не само страдание, а его бессмысленность.
3. «

   Кто подвергается нападкам со стороны своего времени, тот еще недостаточно опередил его или недостаточно отстал.

   Кто подвергается нападкам со стороны своего времени, тот еще недостаточно опередил его или недостаточно отстал.
4. «

   Остерегайся приступов своей любви! Слишком скоро протягивает одинокий руку тому, кто с ним повстречается.

   Остерегайся приступов своей любви! Слишком скоро протягивает одинокий руку тому, кто с ним повстречается.

   — Так говорил Заратустра · книга
5. «

   С самого начала, существенно-основательно, христианство было усталостью и омерзением — испытываемыми жизнью от жизни же, и только прикрывающимися, и прячущимися, и принаряжающимися верой в «иную», или же «лучшую»жизнь. Ненависть к «миру», предание проклятию аффектов, страх перед чувственностью и красотой, потусторонность, придуманная, чтобы легче было очернять посюсторонность, в сущности же тяга к небытию, к ничто, к концу, к покою, к «субботе суббот» — все это, равно как и несгибаемая воля христианства допускать одни только моральные ценности всегда казалось мне самой опасной и зловещей из всех возможных форм «воли к погибели» и по меньшей мере знаком самого глубокого нездоровья, утомления, уныния, немощи и оскудения, жизненного обнищания, — ибо пред моралью (в особенности христианской, то есть безусловной) жизнь обязана оставаться вечно и неизбежно неправой, потому что жизнь есть нечто сущностно неморальное, — раздавленная всем весом презрения и непрестанных «нет!», жизнь обязана ощущаться как недостойная желаний, как лишенная ценности в себе. А сама мораль — как?! разве мораль не то же самое, что «воля к отрицанию жизни», тайный инстинкт уничтожения, принцип упадка, уменьшения, уязвления, не то же самое, что начало конца?... И следовательно, опасность опасностей?

   С самого начала, существенно-основательно, христианство было усталостью и омерзением — испытываемыми жизнью от жизни же, и только прикрывающимися, и прячущимися, и принаряжающимися верой в «иную», или же «лучшую»жизнь. Ненависть к «миру», предание проклятию аффектов, страх перед чувственностью и красотой, потусторонность, придуманная, чтобы легче было очернять посюсторонность, в сущности же тяга к небытию, к ничто, к концу, к покою, к «субботе суббот» — все это, равно как и несгибаемая воля христианства допускать одни только моральные ценности всегда казалось мне самой опасной и зловещей из всех возможных форм «воли к погибели» и по меньшей мере знаком самого глубокого нездоровья, утомления, уныния, немощи и оскудения, жизненного обнищания, — ибо пред моралью (в особенности христианской, то есть безусловной) жизнь обязана оставаться вечно и неизбежно неправой, потому что жизнь есть нечто сущностно неморальное, — раздавленная всем весом презрения и непрестанных «нет!», жизнь обязана ощущаться как недостойная желаний, как лишенная ценности в себе. А сама мораль — как?! разве мораль не то же самое, что «воля к отрицанию жизни», тайный инстинкт уничтожения, принцип упадка, уменьшения, уязвления, не то же самое, что начало конца?... И следовательно, опасность опасностей?

   — Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм · книга
6. «

   Наша вера в других выдает, где мы охотно хотели бы верить в самих себя. Наша тоска по другу является нашим предателем.

   Наша вера в других выдает, где мы охотно хотели бы верить в самих себя. Наша тоска по другу является нашим предателем.

   — Заратустра · книга
7. «

   Cпасти мужчину от комплекса неполноценности может любовь мудрой женщины.

   Cпасти мужчину от комплекса неполноценности может любовь мудрой женщины.
8. «

   Несчастным или счастливым человека делают только его мысли, а не внешние обстоятельства. Управляя своими мыслями, он управляет своим счастьем.

   Несчастным или счастливым человека делают только его мысли, а не внешние обстоятельства. Управляя своими мыслями, он управляет своим счастьем.
9. «

   Вы любители познания! Что же вы до сих пор сделали из любви к познанию? Совершили ли вы уже кражу или убийство, чтобы узнать, каково на душе у вора и убийцы?

   Вы любители познания! Что же вы до сих пор сделали из любви к познанию? Совершили ли вы уже кражу или убийство, чтобы узнать, каково на душе у вора и убийцы?
10. «

    Современные самоубийцы дискредитируют самоубийство.

    Современные самоубийцы дискредитируют самоубийство.

    — Злая мудрость · книга
11. «

    Бывает невинность во лжи, и она — служит признаком сильной веры в какую-нибудь вещь.

    Бывает невинность во лжи, и она — служит признаком сильной веры в какую-нибудь вещь.

    — По ту сторону добра и зла · книга
12. «

    Люди не стыдятся думать что-нибудь грязное, но стыдятся, когда предполагают, что им приписывают эти грязные мысли.

    Люди не стыдятся думать что-нибудь грязное, но стыдятся, когда предполагают, что им приписывают эти грязные мысли.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
13. «

    Как же может что бы то ни было возникать из своей противоположности? Например, истина из заблуждения?

    Как же может что бы то ни было возникать из своей противоположности? Например, истина из заблуждения?
14. «

    Подобно тому, как водопад в своем падении становится более медленным и парящим, так и великий человек дела действует обыкновенно с большим спокойствием, чем можно было ожидать от его бурного порыва перед действием.

    Подобно тому, как водопад в своем падении становится более медленным и парящим, так и великий человек дела действует обыкновенно с большим спокойствием, чем можно было ожидать от его бурного порыва перед действием.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
15. «

    Книги, которые читает всякий, — это всегда скверно пахнущие книги: к ним прилипает запах мелкого люда. Там, где толпа ест и пьёт, даже там, где она поклоняется, — там обыкновенно воняет.

    Книги, которые читает всякий, — это всегда скверно пахнущие книги: к ним прилипает запах мелкого люда. Там, где толпа ест и пьёт, даже там, где она поклоняется, — там обыкновенно воняет.

    — По ту сторону добра и зла · книга
16. «

    Так всякий говорит военачальник: «Не давай покоя ни победителю, ни побежденному».

    Так всякий говорит военачальник: «Не давай покоя ни победителю, ни побежденному».

    — Стихотворения · книга
17. «

    Факт всегда глуп.

    Факт всегда глуп.
18. «

    Я люблю тех, кто не умеет жить иначе, как чтобы погибнуть, ибо идут они по мосту.

    Я люблю тех, кто не умеет жить иначе, как чтобы погибнуть, ибо идут они по мосту.

    — Заратустра · книга
19. «

    Что вреднее всякого порока? — Деятельное сострадание ко всем неудачникам и слабым — христианство.

    Что вреднее всякого порока? — Деятельное сострадание ко всем неудачникам и слабым — христианство.

    — Антихрист. Проклятие христианству · книга
20. «

    Чем выше мы поднимаемся, тем меньше и ничтожнее кажемся тем, кто не может взлететь.

    Чем выше мы поднимаемся, тем меньше и ничтожнее кажемся тем, кто не может взлететь.