41 цитат Генри Джеймса, проверенных временем

Подборка из 41 цитата Генри Джеймса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Приятно быть обласканным судьбой, когда от неё уже ничего не ждёшь!

   Приятно быть обласканным судьбой, когда от неё уже ничего не ждёшь!

   — Женский портрет · книга
2. «

   Успех – это когда сбываются мечты нашей юности.

   Успех – это когда сбываются мечты нашей юности.

   — Изабелла · книга
3. «

   Мысль о том, что я не могу помочь тебе, не могу видеть тебя, говорить с тобой, касаться тебя, прижать тебя к себе и не отпускать — так, чтобы ты мог отдохнуть на моей груди и чувствовать мое глубокое участие... Эта мысль терзает меня, мой дорогой мальчик, заставляет меня томиться по тебе и по себе самому, скрежетать зубами и стонать от осознания горечи, которой полна жизнь… Но есть и другая мысль, которая приносит мне облегчение, — и я хочу, чтобы ты подумал об этом, как о чем-то возможном. Я пробуду в городе несколько недель, но вернусь домой к первому апреля. Если бы ты приехал, и я смог бы заботиться о тебе, обнимать тебя как брата, как возлюбленного, утешать или хотя бы на время избавлять от мучительной боли... Эти картины я пытаюсь представлять как вероятные, достижимые, не невозможные. Позволь, мой дорогой мальчик, моей нежности утешить тебя…

   Мысль о том, что я не могу помочь тебе, не могу видеть тебя, говорить с тобой, касаться тебя, прижать тебя к себе и не отпускать — так, чтобы ты мог отдохнуть на моей груди и чувствовать мое глубокое участие... Эта мысль терзает меня, мой дорогой мальчик, заставляет меня томиться по тебе и по себе самому, скрежетать зубами и стонать от осознания горечи, которой полна жизнь… Но есть и другая мысль, которая приносит мне облегчение, — и я хочу, чтобы ты подумал об этом, как о чем-то возможном. Я пробуду в городе несколько недель, но вернусь домой к первому апреля. Если бы ты приехал, и я смог бы заботиться о тебе, обнимать тебя как брата, как возлюбленного, утешать или хотя бы на время избавлять от мучительной боли... Эти картины я пытаюсь представлять как вероятные, достижимые, не невозможные. Позволь, мой дорогой мальчик, моей нежности утешить тебя…
4. «

   Приятно, когда о тебе существует хорошее мнение.

   Приятно, когда о тебе существует хорошее мнение.

   — миссис Тачит · книга
5. «

   В жизни нужно быть по возможности счастливым. В этом всё дело.

   В жизни нужно быть по возможности счастливым. В этом всё дело.

   — Ральф · книга
6. «

   И, кроме всего, думай обо мне с тем же нетерпением и нежностью, с какими я думаю о тебе.

   И, кроме всего, думай обо мне с тем же нетерпением и нежностью, с какими я думаю о тебе.
7. «

   Я скучаю по тебе совершенно не пропорционально тем трем крошечным дням, которые мы провели вместе (теперь кажется удивительным, что их было всего три).

   Я скучаю по тебе совершенно не пропорционально тем трем крошечным дням, которые мы провели вместе (теперь кажется удивительным, что их было всего три).
8. «

   Её не так-то легко постичь. Её можно зримо представлять себе, отчетливее, чем кого бы то ни было ещё, но рано или поздно начинаешь понимать, что это не значит знать её.

   Её не так-то легко постичь. Её можно зримо представлять себе, отчетливее, чем кого бы то ни было ещё, но рано или поздно начинаешь понимать, что это не значит знать её.

   — Крылья голубки · книга
9. «

   Мы вольны поступать, как нам вздумается. На всем белом свете нет никого, кому мы обязаны отдавать отчет.

   Мы вольны поступать, как нам вздумается. На всем белом свете нет никого, кому мы обязаны отдавать отчет.

   — Гудвуд · книга
10. «

    Когда человек счастлив, ни о каком потерянном времени не может быть и речи.

    Когда человек счастлив, ни о каком потерянном времени не может быть и речи.

    — Феликс Янг · книга
11. «

    От родной страны нельзя отказаться, как нельзя отказаться от родной бабушки. Ни ту, ни другую не выбирают – они составляют неотъемлемую часть каждого из нас, и уничтожить их нельзя.

    От родной страны нельзя отказаться, как нельзя отказаться от родной бабушки. Ни ту, ни другую не выбирают – они составляют неотъемлемую часть каждого из нас, и уничтожить их нельзя.

    — Ральф · книга
12. «

    ... каждый раз с нежностью вспоминаю нашу прогулку, как мы в сумерках катились на велосипедах, и не могу не чувствовать всю неправильность того, что подобные минуты так быстро подходят к концу. Ничего — у нас будет еще много, очень много таких минут!

    ... каждый раз с нежностью вспоминаю нашу прогулку, как мы в сумерках катились на велосипедах, и не могу не чувствовать всю неправильность того, что подобные минуты так быстро подходят к концу. Ничего — у нас будет еще много, очень много таких минут!
13. «

    Дорогой, дорогой мой мальчик, обнимаю тебя с нежностью, которую и выразить не могу! Как, должно быть, обижен ты был на мое ужасное, бессердечное молчание в ответ на твое прекрасное, благородное, утонченное письмо! Но, дорогой мой мальчик, я был унылейшим образом болен и только пару дней как вновь — хоть и не до конца — обрел дар слова. Не жалей меня, потому что все уже позади, я выздоравливаю, опасность миновала. Я выбрался — на удивление быстро — из глубокой черной дыры. И когда я был в ней, в этой черноте, я думал о тебе, дорогой мальчик, думал страстно и безнадежно, о твоем последнем письме и о том, как впускаю тебя в свое сердце… Теперь же я обессилен и выжат. И только на пять минут, перед сном, впускаю тебя в свое сердце. И мне лучше, лучше, лучше, мой дорогой мальчик, и не думай о моей болезни. Думай только о моей любви и о том, что я навсегда и навеки твой Генри Джеймс.

    Дорогой, дорогой мой мальчик, обнимаю тебя с нежностью, которую и выразить не могу! Как, должно быть, обижен ты был на мое ужасное, бессердечное молчание в ответ на твое прекрасное, благородное, утонченное письмо! Но, дорогой мой мальчик, я был унылейшим образом болен и только пару дней как вновь — хоть и не до конца — обрел дар слова. Не жалей меня, потому что все уже позади, я выздоравливаю, опасность миновала. Я выбрался — на удивление быстро — из глубокой черной дыры. И когда я был в ней, в этой черноте, я думал о тебе, дорогой мальчик, думал страстно и безнадежно, о твоем последнем письме и о том, как впускаю тебя в свое сердце… Теперь же я обессилен и выжат. И только на пять минут, перед сном, впускаю тебя в свое сердце. И мне лучше, лучше, лучше, мой дорогой мальчик, и не думай о моей болезни. Думай только о моей любви и о том, что я навсегда и навеки твой Генри Джеймс.
14. «

    Её воображение всегда было до чрезвычайности стремительно, и если пред ним захлопывали дверь, оно устремлялось в окно. Изабелла не умела ставить ему преграды и в критические минуты, когда лучше было бы положиться всецело на разум, расплачивалась за поблажки этой своей склонности видеть, накапливать не просеянные рассудком впечатления.

    Её воображение всегда было до чрезвычайности стремительно, и если пред ним захлопывали дверь, оно устремлялось в окно. Изабелла не умела ставить ему преграды и в критические минуты, когда лучше было бы положиться всецело на разум, расплачивалась за поблажки этой своей склонности видеть, накапливать не просеянные рассудком впечатления.

    — Женский портрет · книга
15. «

    Он жертва скептического века: веру в себя он утратил, а чем заменить её – не знает.

    Он жертва скептического века: веру в себя он утратил, а чем заменить её – не знает.

    — Ральф · книга
16. «

    Претерпеть разочарование, бесчестие, позорный столб, виселицу — это еще не банкротство; банкротство — ничего не претерпеть.

    Претерпеть разочарование, бесчестие, позорный столб, виселицу — это еще не банкротство; банкротство — ничего не претерпеть.

    — Поворот винта. Зверь в чаще · книга
17. «

    Слишком много думать о замужестве вульгарно – и уж боже упаси гоняться за женихами.

    Слишком много думать о замужестве вульгарно – и уж боже упаси гоняться за женихами.

    — Женский портрет · книга
18. «

    Бывает легче читать между строк, чем строку за строкой.

    Бывает легче читать между строк, чем строку за строкой.
19. «

    Тем, кто занимается благотворительностью, не приходится упрекать других за любовь к удовольствиям.

    Тем, кто занимается благотворительностью, не приходится упрекать других за любовь к удовольствиям.

    — лорд Уорбертон · книга
20. «

    Каждое твое слово — словно нежное прикосновение твоей руки, и приносит столько же наслаждения, как если бы я своей рукой прикоснулся к твоей.

    Каждое твое слово — словно нежное прикосновение твоей руки, и приносит столько же наслаждения, как если бы я своей рукой прикоснулся к твоей.